Гений Сталин. Титан XX века (сборник) - Ошлаков Михаил Юрьевич - Страница 43

Троцкисты считали предательством революции реабилитацию Русской православной церкви, русской истории, вступление СССР в Лигу Наций. Происходившие перемены лишали троцкистов доминирующего положения в нашем обществе.

Троцкизм – явление не национальное. Враги России только и ждут, что мы начнем клеймить евреев. Нет! Евреи – один из коренных народов России, и при Сталине в дальнейшем как в руководстве, так и в культуре и науке с успехом работало огромное количество евреев. Евреи в XX веке вообще внесли большой вклад в развитие нашей страны. Еще раз подчеркнем: троцкисты – это не национальность, а политико-социальная общественная ориентация, мировоззрение, враждебное укреплению нашего великого государства.Весь мир понимал, что без консолидации общества, устранения внутренних противоречий Россия обречена. Джозеф Дэвис, бывший с 1936 по 1938 год послом США в СССР, через несколько дней после начала войны сказал о пятой колонне в СССР:

«У них нет таких, они их расстреляли… Неожиданно передо мной встала такая картина, которую я должен был ясно видеть еще тогда, когда был в России. Значительная часть всего мира считала, что знаменитые процессы изменников и чистки 1935–1938 годов являются возмутительными примерами варварства, неблагодарности и проявления истерии. Однако в настоящее время стало очевидным, что они свидетельствовали о поразительной дальновидности Сталина».

Эта консолидация происходила на фоне чудовищной гонки вооружений, охватившей Запад еще до начала Первой мировой войны, милитаризации и фашизации Европы, которая регулярно выбрасывала в сторону нашей страны протуберанцы угроз, давления и шантажа. Помимо леваков и троцкистов, органы НКВД выявляли лиц, враждебных советскому социалистическому строю. Нарком сельского хозяйства СССР И.А. Бенедиктов позднее так определял это противостояние:

«Далеко не все, кто в результате Октябрьской революции потерял богатство и привилегии, возможность жить за счет труда других, бежали за границу. Немало этих людей, воспользовавшись сумятицей и неразберихой первых послереволюционных лет, сумели пробраться в государственный, партийный аппарат, даже в НКВД. Тем более что образованных людей, специалистов не хватало всюду. Потенциальной «пятой колонной» была значительная часть дореволюционной интеллигенции, утратившей ряд привилегий и льгот материального плана и перешедшей на работу в советский аппарат «скрепя сердце», бывшие нэпманы, ненавидевшие советскую власть кулаки. Опасность представляла деятельность ушедших в подполье буржуазных, мелкобуржуазных, монархически настроенных групп и группировок, ряд которых поддерживал регулярные связи с эмигрантскими кругами. Все это было не выдумкой Сталина или НКВД, а самой что ни на есть прозаической реальностью».

Еще раз напомним: подавление инакомыслия – не изобретение Сталина, а единственный путь консолидации, по которому шли все крупные державы в XX столетии: США, Британская империя, Франция, Италия, Япония, Германия.

Нам, грешным делом, уже начинает казаться, что любой военный, имевший анкетные отклонения от национально-пролетарского шаблона, попадал под подозрение. Отнюдь! Начальником Генштаба Красной Армии работал маршал Б.М. Шапошников – бывший царский полковник, царскими офицерами были также маршал А.М. Василевский, генерал армии А.И. Антонов, а маршал Л.А. Говоров и вовсе служил Колчаку. Помимо этих самых известных военачальников в нашей армии были сотни офицеров и десятки генералов, носивших золотые погоны старой армии, имевших «чуждое» происхождение.

Жуков считал, что большой потерей для нашей армии был М.Н. Тухачевский. Это, по мнению Жукова, был гигант военной мысли и патриот России. Надо сказать, что Георгию Константиновичу несколько изменяла объективность, когда речь шла об армейской корпорации. Скорее всего, слова Жукова в защиту Тухачевского следует понимать как его принципиальное неприятие диктата со стороны партии и НКВД. Так или иначе – нам не дано узнать, как показал бы себя Тухачевский на полях Великой Отечественной. При этом его участие в заговоре, скорее всего, факт. По мнению П.А. Судоплатова, долгое время возглавлявшего военную разведку, материалы уголовного дела Тухачевского не оставляют сомнений в том, что маршал планировал свержение Сталина.

Лично мне так же трудно представить, что выступления Тухачевского на суде, учитывая логику и глубину признаний маршала, были неискренни и кем-то написаны за него. Существование заговора в РККА – реальность, причем заговор этот имел не освободительный характер для России, а реакционный.

В течение ХХ века в европейских странах неоднократно приходили к власти фашистские режимы – от Франко в Испании до Иоаннидеса в Греции. Во всех этих случаях соответствующие страны попадали в зависимость от иностранного финансового и политического диктата, практически утрачивали самостоятельность, олигархия и коррупция расцветали буйным цветом, а народ нищал и мучался.

Решимость заговорщиков в СССР подогревали письма Троцкого, так называемые «бюллетени оппозиции», изымавшиеся в СССР, в которых Троцкий призывал свергнуть «кровавый термидорианский режим» Сталина.Кстати, сам Сталин вовсе не ставил НКВД задачу тотальной чистки РККА. Еще в июне 1937 года, сразу после ареста Тухачевского, но до начала самых массовых арестов в армии, на заседании Военного совета при Наркомате обороны Сталин просил:

«Я думаю, что среди наших людей как по линии командной, так и по линии политической есть такие товарищи, которые случайно задеты. Рассказали ему что-нибудь, хотели вовлечь, пугали, шантажом брали. Хорошо внедрить такую практику, что если эти люди придут и сами расскажут обо всем – простить их… Простить надо, даем слово простить».

Применялись ли пытки в НКВД? Да, применялись, и это было обусловлено определенными причинами. Все они так или иначе являлись следствием Гражданской войны, раскола общества, низкого культурного уровня работников органов НКВД в середине 30-х годов. Но, опять же, не надо думать, что за границей в эти годы политических заключенных поили кефиром: американцы вовсю натравливали и просто нанимали гангстеров для борьбы с рабочим движением – корыто с цементом, и в Гудзон. Мы, русские, сами излечились от жестокости, этой болезни роста. Мы воспитали интеллигентных, умных чекистов, осудили перегибы и с середины 50-х годов эту страницу истории закрыли. А те же американцы с 1964 по 1973 год сбросили на вьетнамские города 7,7 миллиона тонн бомб, в 1982 году обстреливали Бейрут из 406-миллиметровых морских орудий своих линкоров, ну а последние события уже все помнят – Югославия, Ирак. Вот подозревал Сталин, допустим, Сидорова, чекисты взяли того и трясут – оказался не виноват. А кое-кто заподозрил страну с двадцатимиллионным населением в хранении оружия массового уничтожения, разорил ее, оккупировал и ничего – ошибка вышла, и только.

Есть еще такое место божье – Гуантанама, «масса градусов Западной долготы». Сидят там «мальчишечки», которые по своим антропогенным особенностям могли стать террористами. Превентивно так, сидят – может, завтра выйдут, а может, и никогда. Двадцать первый век – триуфм демократии.

Давайте представим ситуацию, что атомные бомбы на Японию сбросил не Трумэн, а Сталин, в миг единый убив 250 000 мирных людей. А ведь в США по поводу этого варварского акта никакого национального самобичивания нет – им не пахнет даже. Вообразите себе, какой обструкции подвергли бы русских, учини они такое!

Читатель может возразить – Запад жег, вешал и морил голодом всяких там китайцев, вьетнамцев и негров, словом – иностранцев. Сталин же – свой народ. Правильное сомнение! Дело в том, что колониальные и неоколониальные державы, в том числе США, существовали и продолжают существовать за счет других народов и стран. Россия же, особенно в социалистический период, развивалась исключительно за счет внутренних ресурсов. Соответственно приложение политической силы для Запада имело внешний характер, для нас – характер внутренний. Это историческая закономерность, крест России. Сталин – ни при чем.