Гений Сталин. Титан XX века (сборник) - Ошлаков Михаил Юрьевич - Страница 12

Обидно, что российские власти зачастую идут на поводу у этой заведомой лжи и провокации, пытаясь остаться «немного беременными», угодив и своим иностранным «партнерам» и сохранив лицо перед нами. Неужели их буржуазная солидарность сильнее национального патриотизма? Не хотелось бы так думать.

В качестве примера звериного лика Сталина и коммунистической системы часто приводится и Постановление Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров Союза ССР от 7 августа 1932 года «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперативов и укреплении общественной (социалистической) собственности», известное как «закон о трех колосках».

Данное постановление предусматривало наказание в виде расстрела или (при наличии смягчающих обстоятельств) 5 – 10 лет лишения свободы за хищение социалистической собственности на транспорте и на селе. Разумеется, мера наказания, определенная за данный вид преступлений, была чрезвычайно строга, прямо скажем – несоразмерна. Чем это было вызвано?Летом 1932 года в письме Молотову и Кагановичу Сталин дал ответ на этот вопрос:

Если будут возражения против моего предложения об издании закона против расхищения кооперативного и колхозного имущества и грузов на транспорте – дайте следующее разъяснение. Капитализм не мог бы разбить феодализм, он не развился бы и не окреп, если бы не объявил принцип частной собственности основой капиталистического общества, если бы не сделал частную собственность священной собственностью, нарушение интересов которой строжайше карается и для защиты которой он создал свое собственное государство.

Прежде чем строить социализм, Советскому Союзу пришлось осуществить мероприятия, характерные для перехода от феодализма к капитализму. Одним из них и являлась в значительной степени коллективизация. Развитие капитализма в других странах шло по аналогичному сценарию. Как и сталинскому СССР, молодой европейской буржуазии требовалось обезземелить массы крестьян, превратив их в наемных рабочих на промышленных предприятиях и в крупных сельскохозяйственных структурах. При этом страны Западной Европы пережили данные процессы на триста лет раньше России (о чем, кстати, Сталин откровенно говорил). А что касается жестокости, так Европа в ней (при разного рода «огораживаниях») намного нас превзошла. Сталин не случайно говорил о «священности» частной собственности на Западе, поскольку знал, с какой невероятной для современного мира лютостью там ее защищали. В той же Великобритании до конца XIX века была предусмотрена смертная казнь за мелкое воровство для несовершеннолетних детей, а уж в Германии охотников до чужой собственности ожидал целый набор изощренных казней и пыток.

Что же получается? Раз процессы, породившие коллективизацию и жестокость при охране собственности, являются характерным для всего мира этапом эволюционного развития, значит, деятели, огульно клеймящие сталинскую политику в деревне, пускают стрелы вовсе не в социализм (бог с ним, в конце концов!), но в Россию. А вот это уже плохо.

Сталин считал социалистическую собственность гораздо более неприкосновенной, чем собственность частную, ибо, с его точки зрения, воровали люди не у барина, не у хозяина, а у народа. Именно поэтому Сталин решительно приравнял таких правонарушителей к государственным преступникам, определив им соответствующую меру наказания. Интересно, что Михаил Шолохов в романе «Они сражались за Родину», написанном уже в период осуждения «сталинизма», резко критикуя репрессии, в то же время высказался в поддержку постановления от 7 августа. На вопрос брата Николая Синцова о том, что стало бы с колхозами без этих драконовских мер, крестьянин, помявшись, признается: «Растащили бы их по нитке».

Конечно, русское крестьянство в годы коллективизации пережило большую трагедию, сложившуюся из миллионов отдельных судеб, вовлеченных в бешеный водоворот истории. Сегодня нам кажется, что многое можно было сделать по-иному. Сознаемся, посмотрев вокруг, что это не так уж легко.

Вопрос в том, как, с каких позиций мы будем оценивать свою историю? Скажем, во времена того же Горбачева в СССР подневольно и совершенно бесплатно на «стройках социализма» трудилось несколько армийстройбата. Сколько жизней наших молодых людей, их родителей и невест перемолол и искалечил один только этот проклятый стройбат, трудно подсчитать. Сколько наших сограждан при Горбачеве были согнаны с родных мест, превратившись в беженцев и бомжей?Выходит, вся разница между Сталиным и Горбачевым в этом вопросе состоит только лишь в том, что Сталин помог нам построить великую державу, а Горбачев ее развалил и распродал. При этом Горбачева заваливают международными наградами, всячески восхваляют и ставят нам в пример, а Сталина проклинают на чем свет стоит.

Иностранный капитал и русское вредительство. Грабеж среди белого дня. «Лена голдфилдс»

С позиций сегодняшнего дня процессы против технической интеллигенции и обвинения ее представителей во вредительстве кажутся наименее мотивированными из всех «сталинских репрессий». Действительно, нам, современным людям, трудно поверить, чтобы русские инженеры и техники, будучи в здравом уме и твердой памяти, портили станки, заваливали шахты или способствовали выпуску негодной продукции от одной только ненависти к «народной власти».

Есть большой соблазн считать, что процессами против технической интеллигенции, прошедшими в 1928–1931 годах, Сталин «разогревал» общество, доводя его до градуса, необходимого для последующего разгрома партийного, военного и чекистского аппарата. В подобном предположении определенно есть своя логика, ибо, посади Сталин в 1928 году на скамью подсудимых не «недобитых буржуев», а Тухачевского, Дыбенко или Блюхера, народ, разумеется, этого бы не понял.

Так ли в действительности обстояло дело? Для того чтобы разобраться в этом вопросе, потребуется совершить небольшой экскурс в историю.

В дореволюционный период полновластным хозяином богатейшего Ленского золотопромышленного района являлась компания «Лензолото» («Лена голдфилдс»), принадлежавшая английским банкирам, а также семейству Гинцбургов, которое имело российское происхождение и непонятную принадлежность по гражданству. Доля в компании, приходившаяся на так называемых «русских бизнесменов», являлась на деле не чем иным, как легализованным подкупом должностных лиц царского правительства, закрывавших глаза на явный ущерб, наносимый интересам России в результате деятельности «Лена голдфилдс».

Помимо прямого и беззастенчивого разграбления богатств России компания прославилась невиданной жестокостью эксплуатации рабочих, которых полиция силой и обманом сгоняла на прииски со всей страны. На рудниках «Лензолота» рабочие содержались подневольно и трудились в условиях, выходивших за все мыслимые нормы и рамки. Рабочий день составлял 16–20 часов, при 30-градусном морозе люди спускались в шахты по обледенелым лестницам и на протяжении тяжелейшей смены работали по колено, а то и по пояс в воде, после чего в промокшем рванье несколько верст шли к своим баракам. Низкий заработок рабочих заставлял трудиться также их жен и детей, часто не получавших никакой оплаты за свой труд. Ежегодно только в результате несчастных случаев на «Лензолоте» погибало около тысячи рабочих, а количество увечий на тысячу занятых на производстве в год составляло 700 человек!

В 1912 году недовольство людей вылилось в массовую забастовку, в ходе подавления которой войска открыли огонь, убив и ранив около 500 рабочих и членов их семей.

В 1917 году Ленские золотые прииски были национализированы. Казалось, что после «ленского расстрела» самим смыслом существования советской власти дорога «Лена голдфилдс» в Россию должна была быть заказана. Однако уже в 1925 году, едва заняв пост председателя Главного концессионного комитета СССР, Троцкий вернул «Лена голдфилдс» право добычи золота на Ленских приисках сроком на 30 лет.

Мало этого, полномочия компании на порядок расширились – отныне ее производственная деятельность, включавшая кроме золотодобычи переработку иных минерально-сырьевых богатств Урала и Сибири, охватывала колоссальную территорию от Якутии до восточных склонов Уральского хребта. Только на Северном Урале (помимо золотодобычи) «Лена голдфилдс» получила от Советского Союза комплекс горнодобывающих и металлургических предприятий, включавший Ревдинский, Бисертский, Северский металлургические заводы, Дегтярское и Зюзельское месторождения меди, Егоршинские угольные копи и другие предприятия.