Рабин, он и в Африке Гут - Лютый Алексей - Страница 52

Топот ног и звон меди стали намного громче, и милиционеры напряглись, готовясь пустить в ход дубинки, но делать этого им не пришлось. На улицу, где располагался трактир – постоялый двор, в полном составе выскочил взвод Ваниных подопечных, возглавляемый Навином. И Иисус, похоже, времени даром не терял. В этот раз ребята экипировались более прилично, чем при предыдущем своем появлении. К медным шлемам и дубинкам добавились мясницкие ножи и доспехи, явно сделанные на скорую руку из медных тазов для варки финикового варенья.– Взво-од, на месте! – завопил Навин, узрев свое начальство целым и невредимым. Его сослуживцы затормозили, синхронно переминаясь с ноги на ногу.

– Стой, раз-два, – скомандовал он, и воинство застыло, положив дубинки на плечи. – Товарищ старшина, вверенное вам подразделение для выполнения боевого задания прибыло. Ждем ваших приказаний, сэр!

– Вольно, – буркнул Жомов. – Какого хрена вас сюда принесло? Вам что, больше делать нечего? Я вам какой приказ давал?

– На какой вопрос прикажете отвечать в первую очередь? – подобострастно поинтересовался Навин. Жомов замер, в раздумьях почесывая затылок.

– Начни с конца, – наконец вынес он свой вердикт.

– Вверенному мне подразделению была дана команда заниматься строевой подготовкой, – браво рапортовал Навин в ответ на приказ омоновца. – Занятия шли два часа и были прерваны из-за появления туч кровососущих насекомых, благополучно затем перебитых градом. После этого происшествия делать нам действительно было нечего. А сюда мы явились после того, как поступили разведданные о возможном выдвижении войск фараона к месту вашей дислокации. Дело чести еврейского военнослужащего…

– Находиться в стороне, когда командир подвергается опасности, – закончил за него Жомов. – Все, вольно. Разойдись.

Похоже, смысл последнего приказа омоновец своим подчиненным заблаговременно объяснить не успел. Новобранцы просто взяли и разошлись. На всю катушку. Дико заорав, они бросились врассыпную и принялись ломать двери окрестных домов, валить заборы, выворачивать камни из мостовой и швырять их в окошки. Жомов от такой интерпретации собственного приказа попросту оторопел и не сразу сообразил, что нужно делать с распоясавшимся войском. Зато Попов быстро все понял.

– Стоя-а-ать! – рявкнул он с такой силой, что половина личного состава жомовского войска приказ этот просто физически выполнить не смогла, поскольку оказалась сбитой с ног его мегадецибельной звуковой волной. Ну а остальные действительно застыли, словно громом пораженные.

– Вот так-то лучше, – удовлетворенно проговорил Андрюша и направился в трактир. Уставшему от крика эксперту срочно требовалось подкрепиться!

Жомов, которого поповская звуковая волна почти не задела и в обещанном слуховом аппарате, как следствие, нужды еще не возникло, принялся наводить надлежащую дисциплину среди контуженных подчиненных. Пару минут он просто орал на бойцов. Получилось это хоть и тише, чем у Андрюши, зато куда эффективнее из-за тщательно подобранной лексической структуры предложений (матерился он, если проще выражаться!). Затем Ваня заставил новобранцев двести раз отжиматься от мостовой с полной выкладкой и лишь после этого отпустил изможденных солдат, дав им возможность отдохнуть на строевой подготовке.

Когда Жомов вернулся в трактир, вся честная компания в полном составе сидела за столом, ожидая ужина. Рахиль было попыталась помочь хозяину заведения обслужить своих лучших постояльцев, но тот в очень вежливых выражениях объяснил неуклюжей девице, что ей просто на кухне не хрен делать. В этот раз Рахиль не расплакалась, а просто отказалась от ужина, ссылаясь на диету, и тайком отправилась наверх, наводить порядок в комнатах ментов. Нахор, напротив, спустился вниз и стоял навытяжку около Рабиновича, отчитываясь по заданному учебному материалу.

– Структура экономических пирамид в первую очередь создается для того, чтобы возглавляющие ее лица могли получить беспрепятственный доступ к оборотному капиталу, – глухо бубнил он под пристальным взглядом сенсея. – Организаторы подобных структур…

– Ты его не в налоговую полицию служить готовишь? – недовольно поинтересовался омоновец, прерывая бормотание перса. – Может быть, пообщаетесь на эту тему в другом месте или мне своих бойцов в трактир позвать, чтобы они тут строевую песню разучивали?

Сеня недовольно покосился на Жомова, но спорить с ним не стал, поскольку слушать, как новобранцы топают по трактиру, завывая при этом «семь сорок», большого желания у кинолога не было. Рабинович махнул рукой, разрешая своему ученику занять место за столом, и все присутствующие облегченно вздохнули. Моисей с Аароном тут же воспользовались ситуацией, чтобы привлечь к себе всеобщее внимание.

– К-к-к… – Моисей для разнообразия применил в своей речи новую букву.

– Конечно, очень хорошо, что мы вместе смогли навести такой ужас на фараона, – тут же перевел его завывание старший брат. – Но нам кажется, что этого мало. Было бы неплохо сделать так, чтобы весь урожай окрестных полей был уничтожен. Этот спесивый Рамсесишка стал бы тогда намного сговорчивей.

– Вот и сделайте, – фыркнул Попов, глядя в дверь кухни, принюхиваясь к умопомрачительным запахам оттуда и глотая слюни. – Вы же говорите, что можете сотворить что угодно.

– Не мы, а господь по нашей просьбе и для блага всех евреев, – поправил его Аарон и почтительно склонил голову. – Видимо, богу угодно, чтобы ты, благочестивый чужестранец, вместо нас временно стал карающим орудием в его руках.

– Никакой я не благочестивый, – смутившись, буркнул Попов. – Я, можно сказать, атеист. Хотя в церковь иногда хожу…

Рабинович фыркнул, а Жомов, не ведавший ранее таких подробностей об Андрее, удивленно посмотрел на друга. Эксперт потупил глазки и сделал вид, что не замечает пристальных взглядов товарищей. Патриархи и вовсе не обратили внимания на заявление Попова. Видимо, приняли его слова за проявление ложной скромности.

– И все же я хочу вас попросить, магистр, чтобы вы предприняли еще какие-нибудь меры воздействия на фараона, – обращаясь к Андрюше, продолжил настаивать Аарон. – Например, наслали бы на остатки урожая тучи саранчи, чтобы полностью уничтожить посевы.

– Не буду я ничего предпринимать, – проворчал Андрюша под предостерегающим взглядом Рабиновича. – Вам надо, вы и насылайте. Хоть саранчу, хоть слонопотамов!

– Что ж, попробуем, – получив тычок в бок от Моисея, провозгласил старец. – Господи, я ничего не требую, а лишь прошу о твоей милости и снисходительности. Помоги до конца довести праведное дело, которое к тому же ты сам нам и повелел начать. Прошу тебя, не в падлу сделай так, чтобы тучи саранчи затмили небо над Египтом и полностью уничтожили нивы и сады. Оно тебе трудно, что ли?

Патриархи снова замерли, ожидая получить подтверждение собственного запроса в небесную канцелярию. Ничего не произошло. Попов начал хихикать, а Рабинович пожал плечами. Дескать, придется, как всегда, все делать самим. Он уже собрался прикрикнуть на трактирщика, чтобы тот побыстрее подавал пищу к столу. Но в этот момент с улицы раздались какие-то странные шуршащие звуки. Все присутствующие замерли, удивленно и испуганно прислушиваясь к ним, а затем истошно заорали – в окна и двери, занавески с которых благополучно сожрал Горыныч для пополнения собственного боезапаса, нескончаемым потоком хлынула огромная желто-рыжая саранча.

– Вот это хрень! – удивленно выдохнул Сеня и завопил:

– Горыныч, спасай!..

Глава 5

Все-таки жалко мне этих египтян, хотя, наверное, распускать над ними слюни и не следует. Кто их, интересно, заставлял работорговлей, например, промышлять или к бедным соплеменникам Моисея относиться так, как ни одна хорошая собака себе с хозяином обращаться не позволит. Мало ли что евреи в Египте размножаться, как кролики, начали. Ну и что? Работа у них такая – потомство себе плодить. В нашем мире вон китайцев одних больше миллиарда уже развелось. Так никто же не пытается их на кирпичных заводах эксплуатировать. Наоборот, гонят отовсюду. А вы и сами знаете – человеческая натура устроена так, что любой хомо сапиенс непременно откажется делать ту работу, к которой его принуждают, и обязательно полезет туда, куда его пускать не хотят.