Ааргх (Трилогия) - Белянин Андрей Олегович - Страница 79

Предложение было принято всеми. Когда надо, жители фронтира умеют проявлять разумную инициативу и послушание приказам. Гномы быстро отыскали подходящее местечко, где наш маленький огонь был надежно прикрыт сплетением сосновых веток. Эландер ушел в глубь чащи. Я придавил сапогами двух змей и еще одного острозубого флекса. Вот из-за таких противных тварей, бывает, в лес босым и не шагаешь. Прячется во мху, бегает на двух лапках как бешеный, размер пасти как раз на человеческий мизинец — откусит — и наутек, лови его потом…

Мой хозяин задумчиво стоял, привалившись спиной к смолистому стволу, словно не замечая, как понемногу к нему же приклеивается. Смешной он парень. И чего ему в столице спокойно не жилось? Надо же было суетиться, добровольно искать себе приключения на тощую задницу, лезть с предложениями к Императору, вмешиваясь в контрабанду ведьм, вставая поперек зубов всем подряд. Включая, кстати, и меня, в начале нашего знакомства…

Заносчивый был, самоуверенный, глупый, вечно на всех нарывался, словно у него пять жизней в запасе, и лез со своим показным благородством во все щели, особенно туда, где его аристократический нос был максимально нежелателен. Да-а… жизнь многому его научила. Вот только, к сожалению, совершенно не исправила. А может, и к счастью? Я уже привык к нему, такому несуразному, шумному и беспокойному хозяину…

— Малыш, как ты думаешь, между Сун и этим стареньким магом что-то есть? Мне показалось, будто бы он как-то чрезмерно внимательно рассматривает ее колени. И спят они вместе, в одной комнате… Не хотелось бы тебя накручивать, но, по-моему, если молодая, эффектная девушка поступает телохранителем к старой развалине с колдовскими способностями, то… Эти безобидные старички порой такие шустрые!

«Убью», — только успел подумать я, как этот сморчок бросился наутек.

Добрых минут десять я гонял его по кустам, рыча, как Берлобог, которого пчела ужалила в коричневый нос, — ему и больно, и обидно, и орать стыдно, а очень хочется!

Мы успели намотать пять или шесть оборотов вокруг невозмутимых гномов, я протоптал и расчистил боевым топором изрядную просеку, Эшли тоже не спешил демонстрировать признаки усталости или раскаяния, поэтому предостерегающий крик бдительного эльфа застал нас врасплох:

— Воздух! Жрец Зла возвращается!

Мы с графом чисто автоматически прыгнули под какую-то уцелевшую елку, привычно прикрывая друг друга.

— Трогательная очень картина эта, — удовлетворенно похвалил Нетуром. — Пошутил, однако, над вами остроухий всеми. Нет никого, тоже дракона нет, Жреца и… шутка сие. Можно ха-ха всем!

Какое-то неопределенное время мы лежали нос к носу, молча, но явственно строя жуткие планы страшной мести лесному юмористу, потом еще раз переглянулись и долго ржали сами над собой. Гномы поддержали, а, как известно, уж они хохочут громче всех! Никто ни на кого не обижался, всем была нужна разрядка. Тем паче что свежую лысую крысу Эландер все-таки подстрелил, и ужин удался на славу. А недополученный адреналин мы с моим неугомонным хозяином легко огребли этой же ночью. Нам же без приключений нельзя, мы ж все из себя такие столичные…

Это был сарказм, шутить ааргхи не умеют. Так, на всякий случай, если вы забыли.

— Первую половину ночи дежурим мы с Малышом, вторую — гномы, — уверенно распределил вахты племянник главнокомандующего. — Эландер героически проявил себя сегодня на охоте, поэтому он от ночных бдений освобождается. На заре — в путь! Огненные пустоши уже не за горами, а там нас ждет… Что нас там ждет, мой эльфийский друг?

— В основном слава… — почесав за ухом, решил Эландер, но, видя вытянувшиеся физиономии бородачей, милостиво добавил: — Ну и золото, разумеется…

Эльфийское золото в нашем мире ценится выше королевского и даже выше гномьего. Хотя гномы, как рудокопы, добывают его в гораздо больших количествах, но у остроухих неизмеримо выше сама технология получения драгоценного металла. К тому же в эльфийском золоте высок процент серебра, за счет чего оно имеет скорее лимонный оттенок. Золото же, добытое гномами, грешит избытком меди, оно у них, так сказать, красноватое. Впрочем, на чистой стоимости слитков это почти не отражается, а вот в ювелирном производстве все отдают предпочтения лимонному цвету.

Короче, если за эту экспедицию нам платят эльфы, да еще не монетой, а кольцами, цепочками, браслетами, — реальная стоимость нашего гонорара вырастает процентов на тридцать. Убаюканные подсчетом грядущих барышей, Туром и Нетуром уснули быстро. Стройный Эландер, в обнимку с верным луком, отвалился еще быстрее. Мы с Эшли добавили сучьев в костер, немного поболтали на отвлеченные темы, потом он извинился и отправился недалеко, в кусты «сделать» то, для чего ему телохранитель абсолютно не требовался…

Поэтому минут десять я тоже не особенно волновался. Все равно по лесу он топочет, как юный мамонт, почуявший самку во время весеннего гона. Только они еще призывно трубят, вырывают бивнями молодые деревца, демонстрируя силу, и в знак любви преподносят избраннице мятый букет березок, осинок и колючих елок. Но когда мой хозяин не появился и через полчаса, я решил проявить разумный интерес к его трагической судьбе. Нет, я не оговорился, все вполне могло кончиться трагически, потому что этот столичный герой-разведчик умудрился так замаскироваться во мху, что я чуть на него не наступил. А наступил бы… все… снимайте шляпы…

— Ты чего тут? — Я присел рядом на корточки.

— Малыш, — шепотом откликнулся он, — поправь меня, если я ошибаюсь, но тебе не кажется, что вон там, за деревьями, мелькает огонек?

В указанном направлении действительно имели место оранжевые отблески небольшого костра. Лесные звери их обычно не разводят, следовательно, стоит подойти поближе и посмотреть. Друзей мы тут вряд ли встретим, а о месторасположении близких врагов лучше знать заранее. Практичный житель фронтира никогда не упустит возможности немножко избавиться от спящего противника. Ничего подлого или недостойного в этом нет, они сами приперлись в наше Приграничье, кто их звал…

— Идем очень, очень, очень тихо, — предупредил я. — Близко подходить не будем, за десять шагов можно прекрасно все расслышать и рассмотреть. Гр-р-р-кать не буду — хрустнешь сучком, закопаю в прошлогодней хвое…

— Хоть извинишься потом?

— Может быть.

— Принято, ты окультуриваешься буквально на глазах. Вперед!

Ладно, признаю, парень старался как мог. Шумел весьма умеренно, а может, и вправду научился хоть как-то ходить по лесу. В результате мы подобрались чужому огню максимально близко, и действо, открывшееся нашим глазам, отнюдь не радовало…

На большой поляне горел маленький костерок. Странным было даже не столько пламя — ярко-оранжевое, ровное, невысокое, пылающее на голой земле без дров. Нет, это мы тоже отметили, но главное, что в освещенном кругу, скрестив ноги, сидел наш старый знакомец — седобородый маг Карланиус, а в двух шагах от него стоя спала Сун. Именно стоя! Опершись спиной на сосну, с обнаженным клинком в руке, рыжая наемница мирно сопела, как ребенок в колыбели, а у ее ног валялась сброшенная черная мантия…

Эшли выразительно зыркнул на колдуна, на Сун и указал взглядом на мой меч. Я отрицательно помотал головой. Во-первых, нет повода, во-вторых, она сама пошла на эту работу, в-третьих, Карланиус слишком спокоен, значит, их стоянку охраняет кое-что покруче сонной девицы с опущенным кривым мечом. Однако теперь нам об очень многом предстоит призадуматься. Я молча сделал знак возвращаться. Мой господин ответил недоуменной гримаской — типа, куда спешить, здесь тоже интересно. Пришлось в лицах изобразить ему двух храпящих гномов и одинокого беззащитного эльфа. В конце концов, часовых ставят не для того, чтоб они покидали лагерь. Юный граф сник и подчинился…

— Надеюсь, хоть теперь ты объяснишься? — свирепо прошипел он, когда мы вернулись на стоянку.

— Гр-р-р… — привычно выдохнул я. — Нечего объяснять. Сун служит волшебнику, они тоже движутся в сторону Огненных пустошей, отдельным от нас маршрутом. Зачем? Не знаю. Ни он, ни она не докладывались, да и не обязаны.