Сын Архидемона (Тетралогия) - Рудазов Александр - Страница 174

– Все, заткнись, надоел! - оборвал его философствования я. И, чтобы заглушить по-прежнему что-то бормочущего Рабана, начал декламировать: - Чем измерить кошку - может быть, мехами? Может быть, когтями, может - красотой! Я измерю кошку убитыми мышами, я измерю кошку… блин, ни одной рифмы нет…

– Catus felis domesticus, - тут же сообщил Рабан. - Царство - животные, тип - хордовые, класс - млекопитающие, отряд - хищники, семейство - кошачьи, род - кошки малые, вид - кот обыкновенный домашний.

– Рабан, ну с чего ты взял, что это интересно? - вздохнул я. - Давай поиграем в игру, а? Кто дольше промолчит? Кто скажет слово или звук, тот будет лысый бурундук!

Рабан недовольно замолчал, и дальше мы летели уже в тишине.

В этих местах Птиц Лэнга почти не встречается - слишком близко к Глубинному Царству, тут для них небезопасно. И не могу сказать, что меня это огорчает - после недавних событий эти мелкие крылатые демоны вызывают у меня неприязнь. Хотя они и раньше ее вызывали.

– Ладно, ты выиграл! - с явным облегчением воскликнул Рабан. - Смотри, патрон, глубинные лярвы!

– А ты теперь лысый бурундук… - рассеянно сообщил я, глядя на проплывающих внизу склизких безногих монстров, похожих на побелевших моржей. Глубинные лярвы отличаются от обычных примерно так же, как тюлени от медведей.

– Патрон, я керанке. Мозговой полип. Я размером с ноготь и похож на гнилой кедровый орех. Неужели ты думаешь, что сравнение с бурундуком меня обидит?

– Ах да… - разочаровался я.

Долина Инкванок закончилась. Начались бушующие воды Глубинного Царства. Я стал сопоставлять пейзаж с картой, тут же вывешенной в мозгу Рабаном. Он хорошо умеет рисовать такие вот мысленные картинки.

Единственный крупный водоем Лэнга не слишком велик. Больше любого из земных морей, но меньше даже самого маленького океана - Северного Ледовитого. Воды здесь очень холодные и мутные - уже на метровой глубине дно совершенно исчезает из видимости. Регулярны шторма - тут частенько бывают моретрясения, а подводные скалы порой просто ходят ходуном. Имеется около двух десятков гигантских водоворотов вроде Мальстрема. Даже больше и опаснее - мореходство в Лэнге было бы самоубийственным занятием. Про рифы я вообще не говорю - их тьма-тьмущая. Островов, как таковых, нет, но из воды во многих местах торчат высоченные пики, похожие на огромные каменные гвозди, воткнутые в дно. Сходство просто поразительное: у них действительно есть «шляпки» - что-то вроде округлых платформ. Летающие создания порой останавливаются на них, чтобы передохнуть. Я тоже иногда останавливаюсь.

Хотя летающих существ тут как раз мало. Бывает, залетают порой с северо-востока неосторожные Птицы Лэнга, выныривают из воды демонические летучие рыбы, да на большой высоте иногда проносится дымный след - Курильщик, залетевший из Мертвого Царства. Я и сам стараюсь держаться повыше - среди тварей, водящихся в этих водах, есть такие, что могут проглотить меня целиком. Вон из воды как раз выстрелил длиннющий скользкий столб с присосками - щупальце исполинского спрута. А если бы столб был потолще и почернее, без присосок, но зато с глазами и зубами - это Дракон Лэнга, монстр, похожий на огромного мозазавра.

Мурашки по хитину ползут, когда вспоминаю, что всего через несколько минут придется нырять. Не люблю я этого, но что ж тут поделаешь? На горизонте уже виднеются спиралевидные скалы - надводная часть Р’льиеха. Когда-то это был огромный город, часть самых высотных зданий до сих пор торчит на поверхности. Сверху все это похоже на огромный атолл из металла и камня…

Древние, которые строили Р’льиех, были очень предусмотрительными существами. Они возводили свои постройки так, чтобы те могли выдержать любой катаклизм. И значительная их часть действительно пережила потоп и то, что произошло после него - падение Ктулху. Циклопический демон разрушил центральную часть города, но окраины уцелели. И там все еще живут существа, дышащие воздухом. Дома Р’льиеха (те, что уцелели) совершенно герметичны.

– Тухлятиной какой-то попахивает, - пробормотал я.

– Патрон, у тебя же нет обонятельных рецепторов, ты не можешь чуять запахи.

– Ну и что? У тебя вот нет мозгов, но ты ведь как-то думаешь?

Насчет запаха я, конечно, наврал - просто захотелось поддразнить Рабана. Заранее знал, что он не удержится, чтобы не проявить врожденную занудливость. Но про тухлятину я и так знаю - тут всегда так пахнет. Ктулху спит уже шесть с половиной тысяч лет - конечно, вода вокруг него немного попортилась. А вы, когда спите, себя контролируете?

Складываю крылья и начинаю планировать по крутой спирали все ниже и ниже - к мутной зеленоватой воде. Несколько секунд, и вот уже верхние руки, вытянутые вперед, с плеском погружаются в океан. А за ними и все остальное. Складываю крылья треугольниками, обвертываю перепонку вокруг бедер - теперь это уже подводные крылья. Хвост закручиваю спиралью и вращаю им с бешеной скоростью. Ступни вытягиваю почти горизонтально, пальцы складываю вместе, и загребаю всеми шестью руками одновременно. Мчусь со скоростью рыбы-меча - двести километров в час. Да, под водой я так же хорош, как на суше или в воздухе. Яцхен - универсальная модель, подходит для любой физической среды. Огнеупорный, бронебойный, скоростной… и очень скромный!

На что похож океан Лэнга… Видели когда-нибудь такие лампы, заполненные разноцветным гелем? Включаешь ее, и там начинают плавать вверх-вниз симпатичные шарики. За этим можно наблюдать до бесконечности - очень успокаивает. Вот здешний океан - это такая же лампа, только увеличенная в миллионы раз. Шарики, плавающие тут, выглядят почти так же, и по консистенции похожи на гель… но это не гель. Это разновидность живой слизи - бесформенные создания, не имеющие ни мышц, ни органов чувств. Они служат кормом для всякой водяной живности, а сами питаются… да всем подряд. Если неосторожно позволишь такому комку слизи прилепиться к тебе, он начнет впитывать твой пот, отмершие частички волос и кожи… а потом и не отмершие. Может и дырку проесть. Поэтому отрывать эту мерзость надо сразу же, как только попала на тело - если останется хотя бы крошечный кусочек, он обязательно въестся в кожу, а потом и еще глубже. Мне это, к счастью, не угрожает - мой панцирь для живой слизи слишком твердый кусочек. Но все равно неприятно. К тому же ткань они тоже пожирают, а штаны мне пока что дороги…

Мне опять вспомнилась тема, поднятая, пока мы летели - насчет родства душ. Несмотря на скептицизм Рабана, я верю, что для каждого человека где-то есть половинка. И мне очень хотелось бы знать, где моя, и как она выглядит. Хочется, конечно, думать, что это леди Инанна… ну у меня просто не получается об этом не думать!

– А ты ей скажи об этом, патрон, - тут же посоветовал Рабан. - Признайся, что она тебе нравится.

«Думаешь, стоит?» - подумал я. Разговаривать вслух под водой неудобно.

– Думаю, стоит. По крайней мере, сделаешь ей приятное.

«Думаешь, ей будет приятно?»

– Думаю, будет. Как следует похохотать - что же тут неприятного? Всем будет весело - ей, мне…

«Мне - нет», - мрачно подумал я.

– Хорошо, не всем. Но два из трех - неплохой результат.

«Знаешь, Рабан, с каждым днем ты нравишься мне все меньше и меньше».

– Да ладно, патрон, не переживай. У тебя все равно ничего не получится - вы разных биологических видов. Она-то человек… ну, биологически. Бывают боги-демоны, как Йог-Сотхотх, боги-звери, как Анансэ, а она бог-человек.

«Сам знаю…»

– И вообще - флиртовать с боссом нельзя. Тебя уволят, а ей устроят импичмент.

«Кто?!»

– Ну чего ты ко мне пристал? Я пошутил. У меня есть чувство юмора. А вот у тебя нет.

«Шуток на эту тему я не люблю», - мрачно подумал я. - «А чувства юмора нет как раз у тебя».

Я включил маленький фонарик для подводного плавания, предусмотрительно прихваченный из замка. Света этот простенький приборчик дает меньше, чем больной светлячок-инвалид, но для моего сверхзрения это как огромный прожектор. К тому же там нет батареек - заряжается от тряски. Если бы только не эта проклятая муть, застилающая все вокруг! Даже собственные руки различаю с трудом!