Сын Архидемона (Тетралогия) - Рудазов Александр - Страница 172

– Хм-м-м… А что, может быть… Тем более, что они явно знакомы… Значит…

– Значит, летим в Р’льиех? - вторично спросил Рабан.

– Разумеется. Только сначала…

– Ты что, опять есть хочешь? - настороженно предположил Рабан.

– Есть я хочу всегда, - с сожалением ответил я. - И тут уж ничего не поделаешь…

– Можно слегка уменьшить тебе желудок, - предложил Рабан. - Если как следует поработать, управлюсь недели за четыре. Я…

– Ты идиот в моей голове, - высказал свое мнение к этой идее я. - Желудок мы уменьшать не будем. Давай лучше уберем слух.

– Зачем?

– Если я оглохну, то не буду слышать тебя! И вообще, отстань - я не голоден!

– Врешь.

– Вру. Ну и что?

– У задних ворот пасется бесхозный йорг-йорг.

– С этого начинать надо было! - возмутился я, опускаясь на восьмереньки.

Спустя час я шел по тому же коридору, только теперь бурчание в животе слегка поутихло. Самую малость. В средних руках я держал ножные кости йорг-йорга и постукивал ими по грудине, изображая тамтам. А в верхней правой покоился клювастый череп.

– Слышь, Петрович, а в этом лесу медведи водятся? Да какие тут, на хрен, медведи? - старательно изображал кукольный театр я, щелкая этой импровизированной трещоткой. - Хорошо, всадник куда-то отошел, пока мы его коня харчили…

– Не мы, а ты. Но да, хорошо, а то б ты и его сожрал.

– Неправда!

– Правда, правда. Видишь, патрон, иногда даже понос может спасти жизнь. Тому парню точно спас.

– Не знал, что у Тощих Всадников Ночи бывают проблемы с желудком.

– Анатомически демоны устроены не так, как люди, но в систему классификации Овбери вполне вписываются.

– Это что еще такое?

– У вас ее называют системой Линнея. Царство - животные, тип - хордовые, класс - млекопитающие, отряд - приматы, семейство - гоминиды, род - кобалоиды, вид - homo kobalis nahagara Langa. Все просто.

– Только не для меня… Подожди-ка, кобалоиды?… А это разве не гоблины?

– Ну да. Homo kobalis - гоблин обыкновенный. Родственные виды. Если орк, то homo kobalis orcus. А чего? Вампиры обыкновенные, например, называются homo sapiens chiroptera immortus - те же люди, только неживые и кровососущие.

– А люди - просто homo sapiens?

– Ну, это вид. Еще есть подвиды…

– А это как?

– Это в скобках. Ты, когда был человеком, был homo sapiens (clarus). Человек (светлый). Европеоид.

– А теперь?

– Теперь… теперь… Не знаю. Я классификацию Овбери всю знаю, но тебя там нет.

– Почему? - обиделся я.

– Потому что ты яцхен. А там только обыкновенные существа, способные к воспроизводству себе подобных.

– Я способен!

– А вот сначала докажи, тогда и посмотрим, - хихикнул Рабан.

– Сейчас все брошу и буду доказывать… - злобно прохрипел я, с трудом удерживаясь, чтобы не вонзить когти себе в голову.

А Рабан там внутри вовсю веселился, радуясь своей безнаказанности. Хотя потом он немного смутился - я подумал о том, что надо будет отправиться в его родной мир, украсть там другую личинку керанке и проглотить. А Рабана - убить!

– Патрон, ты ведь это не всерьез? - осторожно уточнил он.

– Нет, - буркнул я. - Но буду придерживать в качестве запасного варианта. Все-таки жаль, что ты не… ну амулет какой-нибудь, например. Тогда я бы просто снял тебя с шеи и выкинул в сортир. А еще лучше - расплавил к чертовой матери! А потом вылил бы в сортир.

– Хе-хе! Хорошо, что я не амулет, правда? - ехидно поинтересовался Рабан.

– Для тебя хорошо, конечно…

Прямо сейчас в Р’льиех я не полетел. Все-таки в Кадафе бываю не каждый день, и раз уж посетил, надо проработать полную программу.

– Патрон, что ты делаешь? - поинтересовался Рабан, скептически глядя на кучу мелькающих рук.

– Да вот, смазываю, чтоб удобней сидеть было… - ухмыльнулся я, нанося последний слой.

Я намазал Ониксовый Трон жиром, салом и свежей грязью. Когда Йог-Сотхотх в следующий раз удрюпендит здесь свой хвост, ему потом придется долго отмываться! Сначала я хотел еще и использовать это кресло в качестве унитаза, но потом вспомнил, что определить происхождение мочи сможет даже самый хиленький демон. Хорошо еще, что меня страхует частичка души Лаларту, иначе любой проведенный саботаж просто вопил бы: «Это сделал Олег Бритва!». Но, к счастью, Лэнг так провонял демонами, что определить, какой конкретный демон тут поработал, практически невозможно.

– Мелко, патрон, мелко, - укоризненно сообщил Рабан. - Только зря его разозлишь.

– И то хлеб. У тебя, может, есть предложения получше?

– Да нет…

– Тогда сиди и не отсвечивай. Блин, опять штаны порвал…

У меня на штанах сзади есть дырка для хвоста - все-таки этот двухметровый хлыст со скорпионьим жалом на конце нужно где-то держать. И на коленях тоже дырки - для шипов. Но поскольку и эти шипы, и хвост довольно-таки острые, новые прорехи появляются чуть ли не ежедневно. Про обувь я вообще не говорю - рад бы носить, только как? На мои ступни фасона нет. Хотя Шаб-Ниггурату еще хуже - у него-то копыта. Пробовали когда-нибудь надеть ботинок на копыто? На каждом шагу спадать будет.

– Заштопать, что ли? - неуверенно потрогал разошедшийся шов я. - Только вот чем?

– Патрон, да на кой нам эти штаны?

– Набор карманов, - коротко ответил я. - Была бы у меня на животе сумка, как у кенгуру, вот тогда бы… и желательно с молнией.

– Извини, патрон, чего нет, того нет. До такой степени я тебя усовершенствовать не могу.

– Да хрен с ним… Смотри-ка, а вот этого я не писал!

На стене тронного зала отчетливо виднелась надпись «Йог-Сотхотх воняет». Но я тут ни при чем! Во-первых, точно помню, что здесь я этого не делал. Во-вторых, почерк не мой. В-третьих, оскорбление не в моем стиле - слабенькое, даже детское какое-то. В-четвертых… в-четвертых, к надписи прилип черный козлиный волосок…

– Лаларту? - недоуменно окликнули меня сзади. - А что ты… что ты здесь делаешь?

– Да вот, рассматриваю твои художества, - ответил я, не оборачиваюсь. - Как же тебе не стыдно, Шаб-Ниггурат? А еще полководец!

– Это не я! Почему ты решил, что это я?!

– А это что? - взял двумя когтями (почти что пинцет) волос я. - Длинный, черный, жесткий, пахнет козлом… Доказательства налицо!

– Лаларту, я… и что ты собираешься с этим делать?! - злобно спросил Шаб-Ниггурат.

– Еще не решил… - покачал волос перед глазами я. - Но раз уж Йог-Сотхотх поручил мне расследование, придется все ему рассказать…

– Ме-е-е-е-е-э-э-э-э-э!!! - яростно заблеял на меня Шаб-Ниггурат.

Я понял, что надо слегка сбавить обороты - «е» стремительно превращалось в «э». Турецкий акцент - очень угрожающий признак.

– Но, возможно, мы сумеем договориться… - скучающе спрятал волос в карман я. - Кто знает, может быть, ты невиновен…

– Я виновен, - угрюмо признался Шаб-Ниггурат. - Но только в этом! Я не шпион, Лаларту, ты отлично это знаешь! Я последний демон в Лэнге, кто стал бы помогать Небесам! Скорее уж ты им продашься, чем я!

Черный Козел Лесов даже не подозревает, насколько он прав…

– Вот, возьми, - неохотно протянул мне увесистый мешок он. - Возьми и молчи.

– Зубы? - уточнил я, раскрыв мешок.

– Зубы, - кивнул Шаб-Ниггурат. - Зубы утукку. Самые лучшие.

– Очень хорошо… - удовлетворенно оскалился я, обхватывая мешок левой нижней рукой (в карман не поместился). - Сделай еще одно маленькое одолжение, раз уж ты начал про утукку…

– Тебе что, мало?! - проревел полководец, грозно надвигаясь на меня. Козлиные зубы яростно заскрежетали.

– Нет-нет, вполне достаточно. Всего лишь капелька информации, по дружбе. Что ты знаешь о Йот’урраки, Эрангхо и Жрессаре?

– Что-о-о-о?… - тупо уставился на меня могучий демон. - Это кто такие?

– Первый - алуа. Остальные - утукку, огненный и ледяной. Твои солдаты.

– Лаларту-у-у… - язвительно проблеял Шаб-Ниггурат. - В Лэнге больше восемнадцати тысяч утукку и почти девять тысяч алуа. Ты думаешь, я способен запомнить каждого из них по имени?