VIP значит вампир (Трилогия) - Набокова Юлия - Страница 245

После первых же встреч Ирвинг перестал сравнивать Сашу с Карен. Саша была не заменой погибшей жене, а подарком судьбы, его новым, нежданным шансом на счастье. А когда первая эйфория прошла, все сделалось в сто крат сложней. Он — вампир, она — человек. Оставить ее любовницей невыносимо. Сделать женой — невозможно, пока она смертная.

Как–то он поделился своими сомнениями с Вацлавом, и тот рассказал о своем прошлом. О том, как, будучи женатым, стал вампиром. О том, как запах крови жены сделался навязчивой идеей. О том, как не решался ее обратить. И о том, как потерял.

— Не совершай моей ошибки. У тебя есть право на то, чтобы сделать Александру одной из нас. Если она любит по–настоящему, то поймет.

Ирвинг подал заявку в Совет старейшин, а когда получил разрешение, колебался еще неделю. Как сказать той, кого он любит больше всего на свете, страшную правду о себе? Как признаться в том, что обманывал ее все это время? Как предложить отказаться от солнечных дней ради ночей с ним? Как поставить ее перед таким тягостным выбором?

Слова Вацлава начали сбываться. С каждой встречей аромат крови Саши становился все более волнующим, туманил разум и отравлял поцелуи навязчивым привкусом. Он мечтал, чтобы Саша была с ним каждую минуту, но не мог долго находиться рядом, когда они встречались. Свидание превращалось в изощренную пытку. Больше всего на свете Ирвинг боялся потерять Сашу, но именно это и происходило с каждым днем. Его натура вампира брала свое и отдаляла от любимой. Медлить было нельзя. Пора было решаться. Или они будут вместе в вечности, или расстанутся навсегда…

Ирвинг отогрел дыханием озябшие Сашины ладошки. Они бродили по парку уже битый час, а он все никак не мог завести разговор.

— Ну говори уже, — вдруг потребовала она, подняв на него серьезные глаза. — Я же вижу, ты что–то собираешься мне сказать, но все никак не решишься. Что, ты женат и у тебя жена и дети?

Ирвинг глубоко вдохнул и заговорил.

Глава 10

НОЧЬ ВАМПИРСКИХ ОТКРОВЕНИЙ

Смерть для вампиров ничего не значит. Они всегда найдут способ восстать из могилы.

Терри Пратчетт. Carpe Jugulum. Хватай за горло!

Будущее — не холодильник, на него гарантию не выпишешь.

Арина Ларина. Дюймовочка крупного калибра

Следующим вечером я проснулась с мыслью о Саше. Как она там? Как восприняла исповедь Ирвинга и его предложение сделать ее вампиром? Что решила?

Я порывисто села на постели, и пальцы Вацлава принялись выводить рисунок на моей спине.

— Проснулась?

— А тебе разве еще не пора на работу? — Я обернулась через плечо.

— Пора, — неохотно отозвался он. — Я и так задержался. Боялся тебя разбудить. Ты так чутко спишь.

Я взглянула на часы. Шесть вечера. Один час до конца рабочего дня в «Милом доме». Надо спешить.

— Тогда давай поторопимся! — Я уклонилась от страстных поцелуев Вацлава и солгала: — Хочу заглянуть в один магазин до закрытия. Вчера присмотрела там классное платье, но не успела примерить. И больше не хочу откладывать на завтра то, что можно купить сегодня.

Вацлав сделал вид, что поверил, и принялся одеваться.

Он подвез меня до улицы, где находится агентство. Я указала на витрину магазина, куда частенько забегала после работы.

— Когда увидимся? — спросила я, прежде чем выйти из машины.

— Сегодня вряд ли, — сосредоточенно отозвался он. — Позвоню завтра.

— Тогда удачной ночи! — Я потянулась поцеловать его на прощание.

— Спасибо, — серьезно ответил он. — Удача мне понадобится.

Я испытала укол совести. По возвращении в Москву я даже не поинтересовалась у Вацлава, зачем его так срочно вызывали Гончие. Обязательно расспрошу его об этом в следующую же встречу.

Я вышла на тротуар, и «форд» Вацлава резко сорвался с места — Гончий торопился наверстать время, потерянное в моей постели. Даже не взглянув на витрину магазина, я заторопилась к офисному зданию. Мне надо было срочно увидеть свою подругу.

— А Саша на работу сегодня не вышла, — завидев меня, доложил Ефим. — Эй, Жан, подожди! — донеслось мне вслед.

Но я уже выбежала на улицу и ловила такси. Сердце зашлось в тревоге, заподозрив самое страшное. Неужели я опоздала?

Никогда в жизни мне еще не были так ненавистны московские пробки, каждая минута в дороге казалась часом, и когда наконец впереди показался Сашин дом, я не стала дожидаться, пока очередной затор перед перекрестком позволит машине подъехать ближе, расплатилась с водителем и сломя голову понеслась но тротуару, обгоняя стоящие автомобили.

Домофоном я не воспользовалась — какой–то мужчина входил в подъезд и любезно придержал мне дверь. В лифте он все время сверлил меня заинтересованным взглядом. Любая нормальная вампирша на моем месте воспользовалась бы ситуацией, чтобы подкрепиться, но сейчас меня меньше всего волновал фастфуд. Я боялась, что моя лучшая подруга стала вампиром. И этот страх вытеснял из головы все остальные мысли.

Лифт полз непозволительно медленно, еще медленней открывались двери. Если бы не мужчина за моей спиной, наверное, я бы выломала их, чтобы скорее попасть на этаж. Вот и знакомая дверь! Сколько раз я бывала в гостях у Сашки за последние пять лет — и не сосчитать. И ни разу не была после того, как попала в Клуб. У меня появились совсем другие интересы. Сашка, обеспокоенная моим поведением, приходила ко мне домой, тогда она и познакомилась с Глебом. А теперь я замерла перед ее дверью, собираясь с духом. Кто меня встретит там — моя Сашка или незнакомая вампирша? Я вдавила звонок с такой силой, что могла бы проломить стену. Мелодичная трель разнеслась по ту сторону двери, а потом мой слух различил едва слышные шаги.

— Саша, Сашенька, — я убрала палец со звонка и заколотила кулаком, — открой мне.

За дверью раздался тихий всхлип, от которого у меня остановилось сердце и опустились руки.

— Пожалуйста, — прижавшись щекой к железной двери, проскулила я.

Щелкнул замок, я отшатнулась от открывающейся двери и замерла. На пороге показалась заплаканная Сашка. Бледная, со спутанными волосами, с потухшим взглядом, но все та же. Не вампир, человек. Тонкий аромат ее крови остался таким же, что и вчера, и настойчиво взывал к моей жажде.

— Ты уже все знаешь? — взволнованно выдохнула я.

— Зачем ты пришла? — безжизненно спросила она, глядя на меня так, будто не узнавала.

— Я переживаю за тебя, Сашка.

— А я–то еще вчера удивилась, к чему этот разговор о вампирах… — Казалось, она меня даже не слышит.

Я отметила, что она стоит за порогом, не переступая его и не приглашая меня внутрь. Словно веря в то, что эта невидимая граница убережет ее от возможной опасности, которую я теперь могла для нее представлять. И от этого мне сделалось так горько, что на глазах выступили слезы.

Саша повернулась ко мне спиной, и до меня донеслось:

— Проходи. Мама с Аленой на концерт ушли. Папа в командировке. Я одна.

Я шагнула в темный коридор и споткнулась о тапочки, которые поставила к моим ногам Саша.

— Переобувайся.

Все было как всегда. Тапочки со смешными мишками. Занавески с подсолнухами на кухне. Чай с бергамотом. Кружка с тюльпанами. Только на этот раз, автоматически поставив передо мной кружку, Саша вдруг запнулась и вопросительно подняла глаза:

— Или ты теперь не пьешь… чай?

— Пью. И ем. — Я придвинула к себе вазочку с овсяным печеньем и надкусила одно из них, совершенно не почувствовав вкуса.

— Значит, все не так страшно, как на первый взгляд, — задумчиво сказала она, и я поперхнулась печеньем.

— Саш, — не веря своим ушам, выдавила я.

— Жан, я понимаю, что все это противоестественно и мерзко. — Подруга поморщилась. — Но моя жизнь преобразилась только с появлением Ивана… то есть Ирвинга. Я не могу от него отказаться. Он нужен мне. А я нужна ему.

— Саш, ты не понимаешь, на что ты хочешь пойти… — пылко заговорила я.

— Я все понимаю, — резко возразила она. — Ты тоже вам… — Она так и не смогла произнести это слово вслух и вывернулась: — Одна из них. Ты изменилась, но не стала чудовищем.