Покер для даймонов. Тетралогия - Бульба Наталья Владимировна - Страница 285

— Если у них проблемы, то они сразу появятся и у нас. — Мой братец всегда отличался способностью поразительно быстро вникать в ситуацию.

И со свойственной ему верой в мои силы пропустил сам момент перехода, который на деле выглядел не столь оптимистично, как звучали мои слова и уже разбирался с тем, что нас могло ожидать после.

— Если у них проблемы, — начала я, повторяя интонации демона, — то к тому времени, как мы до них доберемся, их не будет ни у них, ни у нас.

Закираль молчал. Все также окутанный щитами и бесстрастный. И только мерцание серебряного контура вокруг зрачков давало понять, насколько напряженно он выискивает все изъяны предложенного мною плана.

После моих слов молчал и Радмир. Но судя по тому, как складывались в боевом захвате его когти, для себя он уже все решил.

— Ты сможешь сразу после перехода выстроить портал во дворец?

Вопрос мужа не мог не радовать — он уже принял мое предложение.

Вот только отвечать на него я не стала. Расстегнув пару пуговиц на шубке вытащила подвешанный на толстой цепочке кристалл перехода, который на меня собственноручно надела мама. Если бы не те блокираторы и не необходимость вернуться за остальными… Мы бы уже давно были во дворце у папеньки и доказывали магам, отслеживающим такие переходы, что мы именно те, за кого себя и выдаем.

— Тогда чего мы ждем?

В голосе Закираля, впервые с того момента, как мы ощутили открытие межмировых порталов, проявились хоть какие-то чувства, давая мне возможность пусть и не вздохнуть с облегчением, так хотя бы слегка расслабиться.

— Твоего приказа, — буркнула я, уже отгораживаясь от всего, что могло помешать мне нащупать следы тонкой нити, связавшей когда-то меня и мага.

И это было не столь просто, как казалось — клятва была исполнена и признана тем, кто ее принимал. И если бы не теплые отношения, сложившиеся между мной и Элизаром, вряд ли бы мне удалось найти даже отголоски того, что когда-то требовало меня беречь его жизнь больше, чем свою.

Меня никто не торопил, но я понимала, что наше нахождение в этом лесу, когда нашими поисками занимаются не только даймоны, но и более чувствительные к магии варлахи, о которых уже несколько раз упоминал муж, с каждым мгновением становилось все более опасным.

Тонкие нити кружились перед моим внутренним взором, рассказывая мне о тех потоках сил, что составляли мою основу. Паутина заклинаний, словно снежный узор на стекле, опутывала меня коконом защиты. Чуть стихший, но готовый в любую минуту взорваться неукротимым огнем вулкан доставшейся мне от отца стихии чуть урчал, радуясь тому, что его мощь оказалась так кстати. Связь Единственной, ставшая еще ярче, после того, как Варидэ признала меня женой Закираля… и не отсвет — ощущение смоченной осенними дождями дороги, на которой мы впервые встретились с магом.

Я скользнула вслед за проявившимися чувствами, наполняя их собой, своей памятью, тем, что нам с ним пришлось пережить вместе и… он отозвался, выстраивая между нами мост, на другом конце которого…

— Там варлахи! — Мой вскрик совпал с возникшим перед моими глазами серым туманом и тонким повизгиванием вынимаемых из ножен мечей.

Не успели мы выступить на обагренный кровью снег на берегу замерзшей речки, присутствие которой выдавал густой кустарник, очерчивающий ее русло, как меня довольно жестко задвинули за спину. Причем, не успела я еще возмутиться, вспоминая, что с этими тварями с помощью магии общаться бесполезно, как оказалась едва ли не зажата между двумя спинами: Закираля и брата.

Поразительная слаженность.

Я, конечно, понимаю, что на фоне этой парочки мои способности мечника смотрятся бледновато, но… уж тому же самому Элизару я ни в чем не уступала, а после того, как начали раскрываться связанные с Хаосом способности, в одной схватке из десяти мне удавалось заставить признать поражение и мужа.

Вот только… выразить свой протест мне не удалось. Я только ощутила тяжесть вынимаемого из ножен меча, как все закончилось, так для меня и не успев начаться.

Но как же я ошибалась…

Первый же, брошенный по сторонам взгляд, отразился в моей душе болью — мы почти опоздали.

Черная ткань набиру мелькнула перед моими глазами и Закираль, тенью пролетев через всю поляну, на которой застыли не верящие в то, что все уже позади воины, опустился на снег рядом с лежащей неподвижно сестрой.

Щупальца заклинаний разлились над ее телом, когда я, уже видя, но еще не осознавая, как многих мы не досчитаемся, подбежала к ним.

— Что?!

Я и боялась спугнуть напряженную тишину, страшась услышать то, что может оказаться приговором и не могла удерживать в себе волнение.

— Ментальный удар. — Его голос был глух, выдавая волнение. — Поэтому она и не смогла взять варлахов под контроль.

— Скажи, что с ней будет все в порядке. — Мои слова прозвучали слишком жалобно.

И я понимала, что не должна вновь стать той, что потребует его внимания тогда, когда оно нужно другим, но… я не могла поверить, что все вокруг меня является тем, что я вижу.

— Ее защита выдержала, скрыв сознание, потому я и не смог до нее дотянуться. Но лучше ей… — Он замолчал, поднимаясь, и резко обернувшись, тем же низким, тяжелым, похожим на рык голосом, бросил в сторону подошедшего Элизара: — Где Рамон?

— Остался в крепости. — Левая рука мага была залита кровью, меховая накидка висела клочьями, разрезанная и разодранная, в карих глазах расстилалась мертвая пустошь. — Там много кто остался.

Рамон! Я не успела узнать его настолько хорошо, чтобы это отразилась такой же болью, как гибель Тамираса, но… Асия не успела рассказать мужу о продолжателе рода герцога Рамона Карэ.

И от этого на душе стало горько, отзываясь не мыслями — их оттенками, в которых ярко сверкало лишь одно слово: неизбежность.

— Мы только подошли к ней, когда дозорный с вышки прокричал, что видит даймонов. Их было не больше двадцати, но на их лицевых платках были серебряные полосы, о которых ты предупреждал и с ними были варлахи. Рамон именем короля приказал уйти в порталы, но сотник его не послушался. — Элизар замолчал и потемневшим взглядом обвел поляну.

Зрачки Закираля на мгновение вспыхнули алым, заставив отшатнуться не только графа, но и меня.

— Дальше.

Алраэль и Веркальяр, из пятерки которого я видела лишь двоих, так и не решившись приблизиться к нам, остались стоять рядом с несколькими воинами из крепости. И мне хотелось выть, понимая, что это все, кому удалось выжить. И ради того, чтобы выжили они…

— Рамон начал выстраивать портал и когда тот уже почти стабилизировался, забилась Асия, пытавшаяся усмирить варлахов. Я бросился к ней, приказав эльфам прикрывать мага и стараясь не смотреть на то, что началось вокруг. К этому моменту даймоны были уже в крепости и это была не битва. Глаз не замечал их движений и только по тому, как падали воины, можно было отследить их путь. И они приближались к нам, словно зная о том, кто мы и зачем там находимся.

Я попыталась придвинуться к мужу, надеясь хоть как-то ослабить скручивающееся вокруг него напряжение. Но его щиты напоминали неприступную стену, не позволяя мне даже сделать шаг. И лишь тонкая нить внутри меня звонко вибрировала, говоря о том, что испытывает сейчас кажущийся бесстрастным Закираль.

И дело было не только в том, что погибли те, кто уже успел стать частью нашей жизни, но и в том, что перепутье, на котором он оказался, ощерилось вопросами, на которые трудно было найти ответы.

Он был здесь, с нами, но… он был из тех, кто убивал. Он любил меня, но… если бы мы не встретились, сейчас не знал бы сожаления. Он уже был новым Ялтаром Дарианы, но… не мог прекратить вторжения, пока его отец либо не откажется от своей власти, либо… не умрет от его руки.

— Маг крепости помог Рамону удержать портал, а сотник, наконец-то осознав, что славы в такой гибели не будет, отдал приказ уходить. Но было уже поздно, да и сил на то, чтобы перебросить нас как можно дальше у них не хватило. Здесь все, — Элизар кивком указал себе за спину, на поляну, на которой было не больше двух десятков живых и почти столько же… мертвых, — кому удалось покинуть крепость. Они держали переход до последнего, но сами уйти не успели. А потом нас нашли варлахи… Мы оказались слишком близко и они сумели отследить наш магический след.