Покер для даймонов. Тетралогия - Бульба Наталья Владимировна - Страница 221

И он отступил в сторону, позволяя мне увидеть шестерых мужчин в наглухо застегнутых набиру. И как, стихии их забери, они тут друг друга различают?

Я кивнула своему новоявленному теру, давая понять, что поняла и согласна. Впрочем, вряд ли кто-то принял бы мои возражения. И повернулась к стоящему уже у кровати Валиэля дракону.

– Ты там присмотри за ним. – Я старалась говорить спокойно, чтобы снова не расплакаться.

Можно было, конечно, сослаться на то, что я всего лишь слабая человеческая женщина, но вряд ли бы это помогло решить наши проблемы. Хорошо еще, что меня согревала мысль о том, что как только все это закончится, я всем ее участникам закачу такую истерику, что… Все дальнейшее мне было еще необходимо придумать, но это уже не самое сложное.

– А ты за Гадриэлем, – делая вид, что не замечает, с какой иронией поглядывает на него черноволосый зорд, ответил мне дракон.

И, подняв светлого на руки, не оглядываясь, вышел из комнаты.

Оставив меня мысленно считать до десяти, чтобы не нарушить раньше времени собственные планы.

– Моя госпожа, – я вскинула взгляд, в который раз уже отмечая, что в бесстрастности даймона есть нечто, заставляющее меня мгновенно собраться, – я готов проводить вас в ваши покои. Лорд Гадриэль может следовать с нами – алтарелла Асия приказала разместить его поблизости от вас.

Ну и проводил. Хорошо еще, шел достаточно медленно, потому что в противном случае эльф выглядел бы совершенно зеленым. Не хотелось бы мне оставлять его одного в таком состоянии, но как только Сэнар в нескольких словах объяснил, что и где находится в предоставленной моему другу комнате, тот немедленно пожелал остаться один. А на мой вопросительный взгляд зыркнул так, что я поспешила выскочить за дверь.

Мои покои, состоящие из небольшой, но уютной гостиной, спальни, гардеробной и, что было для меня особо важным, сияющей белизной ванны, действительно находились рядом.

Сэнар уточнил, не нужно ли мне чего-либо, и, получив в ответ такой же взгляд, которым одарил меня черноволосый лорд, так же как и я несколько ранее, поторопился исчезнуть из поля моего зрения.

Физическая усталость и напряжение прошедших часов давали о себе знать, поэтому я, быстро ополоснувшись и накинув покрытый геометрическим рисунком халат, буквально упала на широкую постель. Уже из последних сил укрывая себя одеялом.

Проснулась я не столько оттого, что отдохнувшее тело готово было к новым свершениям, сколько от ощущения чужого взгляда.

Как бы пригодились сейчас мои способности, но рисковать я не могла.

Медленно приоткрыла глаза, все еще смутно надеясь, что чувства меня подвели.

Увы, в этот раз мне не повезло. В кресле, которое стояло у самой двери, сидел Сэнар. И, судя по тому, что его ресницы начали подниматься вместе с моими, он тоже дремал. Похоже, он лишь время от времени осматривал все вокруг, именно таким мимолетным взглядом и разбудив меня.

Я могла не задавать вопросов, а он мог и не отвечать – и так все было понятно. Но я решила, что этого недостаточно.

– Я могу узнать, что ты здесь делаешь? – Я была удивительно спокойна. Как та змея, которая уже приготовилась впрыснуть яд в свою жертву.

– По приказу алтареллы Асии обеспечиваю вашу, моя госпожа, безопасность.

Я откинула край одеяла и, стараясь, чтобы ткань халата полностью прикрывала мое тело, спустила ноги на пол.

– Ты хочешь сказать, что во владениях алтареллы мне грозит опасность? – Даже несмотря в его сторону. Чтобы ничем не выдать кипевшей во мне ярости.

– Нет, моя госпожа, здесь вам ничего не угрожает. Но алтарелла приказала, чтобы я постоянно находился рядом с вами.

Может, стоит пожаловаться Гадриэлю? Прежде чем я успела додумать до конца, я вынуждена была прикусить язык. Не трудно предположить, чем все это могло закончиться.

– Но если мне не изменяет память, то твоей госпожой на данный момент является не алтарелла Асия, а я. – Я улыбнулась как можно нежнее. И, неожиданно даже для самой себя, рявкнула. Да так, что он резво вскочил с кресла и вытянулся в струну: – Вон!

Похоже, тон был взят верный. Но, к сожалению, не действенный. Сэнар так и продолжал стоять застывшей статуей, не торопясь исполнять мое пожелание.

Ладно, короткий путь оказался не самым простым. Придется объясняться.

– Сэнар. – Ноги утопали в мягком ворсе ковра, пока я преодолевала разделяющее нас расстояние. – Как бы ни относился ко мне мой муж, но присутствие в моей спальне постороннего мужчины может быть расценено как измена с моей стороны. – Конспирация, стихии ее подери. Уже не знаешь, кому и что можно говорить. – Лорд Гадриэль является не только подданным принца Олейора, но и его другом. Я бы не хотела давать ему повод, сомневаться в моей верности.

– Я не мужчина, я – ваш тер. – А в черных глазах – полное отсутствие эмоций.

И ведь попробуй ему возрази, если формально он прав. Тер – воин, защищающий своего господина или госпожу. И два слова в клятве: честь и верность, полностью расставляют все по своим местам.

Не знаю, чем могло бы все это закончиться, если бы не вошедшая в комнату Асия. Быстрый взгляд на меня, на даймона, который, судя по моим ощущениям, готов уже был смеяться над сложившейся ситуацией, и она кивком отправляет его за дверь. Оставляя открытым вопрос о том, кто и кому служит. И улыбкой сопровождая вздох облегчения, который вырывается из моей груди.

– Мы о таком не договаривались. – С укоризной бросаю я, намереваясь опять забраться под одеяло.

Но мечтам о продолжении отдыха сбыться не суждено.

– У тебя есть час на сборы. Мой племянник, очарованный твоей красотой и грациозностью, настоял на встрече. И, – она задержала взгляд на моих сжатых в узкую полоску губах, – постарайся не убить его, когда он начнет расточать комплименты. Яланир очень опасен. Не менее опасен, чем мой брат, и от него зависит, насколько быстро мой план начнет претворяться в жизнь.

– А не пора ли, подруга, тебе уже начинать приоткрывать завесу таинственности?

Я не сильно-то и рассчитывала на ее ответ, начав уже продумывать, в каком образе мне предстоит показаться родственнику Асии. Но, неожиданно для меня, жрица опустилась в то кресло, где совсем недавно сидел Сэнар.

И заговорила: спокойно, бесстрастно, с легким равнодушием. Словно все, что она произносила, ее никак не касалось.

– Вилдор всегда мечтал о встрече с Единственной. Он жаждал силы, могущества, власти. Но, когда это случилось, судьба решила над ним посмеяться – его отец выбрал эту женщину для себя. Будь она дарианкой, никто не посмел бы с ней так поступить. Лишь она имела бы право решать, кто будет отцом ее ребенка, кто даст ему имя. Здесь же все было по-другому: Вилдор привез ее после одного из набегов, в которых он частенько принимал участие и не смог сломить волю отца. Пришло время, и женщина родила девочку, отдав Хаосу свою жизнь. Ни один из двоих, для кого она что-то значила, не защитил ее от чужеродной магии. Эта женщина была моей матерью.

На ее лице не отражалось ни единой эмоции, но в ее душе чувствовалась боль. Я поражалась тому, сколько даймонов, увидев свет, не узнали материнского тепла.

И не задумывались об этом, принимая сложившееся как данность, как то, что давно уже вошло в устои их жизни.

Многие, но, как оказалось, не все.

– Отец Вилдора признал меня дочерью, наделив теми же правами, что и своих сыновей. Правда, это продолжалось недолго. Сразу после того, как меня передали жрицам на обучение, мой брат убил отца и захватил власть. Несколько лет Дариану сотрясало: Кодекс чести черного воина был нарушен. И тем, кто должен был править и требовать его безукоризненного соблюдения. Тогда моему брату удалось склонить воинов на свою сторону, доказав, что не он, а его отец стал нарушителем, разрушив его связь с Единственной. И ему не только поверили – его буквально превозносили. Ведь легенда о той, которая может раскрыть еще неизведанное, дать даймону доступ к силам, открывающим ему новые пути, всегда занимала умы дарианцев. Так же думала и я. И даже гордилась братом, считая, что он отомстил за свою возлюбленную и мою мать. Так продолжалось до того вторжения на Лилею.