Покер для даймонов. Тетралогия - Бульба Наталья Владимировна - Страница 191

А если учесть, на фоне каких событий все это происходило, выдержке Элильяра можно было только позавидовать.

– Может, лучше стоит выпить за его счастье?

В отличие от меня, он не счел нужным контролировать свои эмоции, и раздался его густой смех.

А я, позволив себе лишь улыбнуться в ответ на его веселье, терпеливо ждал. Понимая, что несколько мгновений передышки – это все, что я могу для него сейчас сделать. Потому что я был одним из немногих, кто понимал, насколько сложно ему сейчас продолжать сохранять внешнюю невозмутимость. Видел (когда, оставшись со мной наедине, он сбрасывал маску бесстрастности), как тяжело дались ему последние недели. Вместившие в себя и подозрения в предательстве тех, кто был не просто близок – был частью его жизни, и резкие слова Олейора, сделавшего именно то, к чему его так настойчиво начали подводить сразу, как стало понятно, кто станет первыми жертвами, если их не вывести из-под удара. Я разделил с ним тяжесть его решения: поддержать черную жрицу в ее стремлении отомстить своим бывшим сородичам, отпустив вместе с ней собственную мать. Зная о словах светлоэльфийской Видящей, которые тщательно скрывали от всех, не столько боясь напугать мрачными предсказаниями, сколько опасаясь спугнуть удачу, которая все еще была на нашей стороне.

Его смех оборвался так же резко, как и начался.

– Ты уверен в том, что намерен делать?

Он встал из-за стола и отошел к окну. И это было одним из немногих признаков, по которым можно было судить о степени испытываемого им волнения или о серьезности обсуждаемого вопроса: так он собирал необходимое ему мужество, чтобы в очередной раз взять на себя ответственность за то, что другим было не по силам.

– Мой правитель сомневается, что я смогу качественно сыграть его роль?

Он на мгновение отвлекся от созерцания бегущих по небу облаков, кинув на меня быстрый взгляд, хмыкнул, давая понять, что оценил шутку, и вновь вернулся к прерванному занятию.

– Если бы я сомневался, вряд ли позволил тебе сделать это. Риск будет очень велик.

– Мы с властителем Тахаром обсудили все возможные игрушки, с которыми к нам заявятся гости, да и с личиной он пообещал мне помочь. Было бы намного хуже, если бы мы не знали, когда именно это случится.

– Думаешь, они пойдут с рохсашами?

– Если излучатели и будут, то только у самих даймонов. Вряд ли они доверят их своим эльфийским приспешникам. Правда, и при таком раскладе жертв, особенно среди охраны, будет немало, но думаю, мне удастся их уменьшить.

Новый, брошенный в мою сторону взгляд явно выдал его интерес к последней моей фразе, но уточнять он не стал, зная, что я сам расскажу, когда буду уверен.

– Я давно хотел тебя спросить, – а вот это что-то новенькое… с таким выражением его глаз, в глубине которых одновременно сосредоточенность хищника и ранимость, я еще не встречался, – тебя не тянет на Землю?

Удар ниже пояса. И ведь не уточнишь, любопытство это взыграло или вопрос задан ради далеко идущих планов.

– Меня успокаивает то, что я могу вернуться туда в любой момент, когда захочу.

Еще пару мгновений он демонстрирует свой интерес к моей персоне, правда, не давая возможности понять, удовлетворил его мой ответ или нет, и отворачивается к окну.

А активированный, словно невзначай, амулет, мною же и сделанный, не позволяет отследить движение стихий внутри защитного контура, делая эту ситуацию еще более интригующей.

– У моего правителя есть в отношении моей родины какие-то идеи? – Впрочем, один вариант использования моего мира напрашивался сам собой. Остается лишь проверить, если мне это будет позволено.

– Если наш план провалится, ты должен будешь забрать детей и увести их вместе с Альеной и Аншаром на Землю. Вряд ли твой мир заинтересует даймонов – уж больно вы похожи.

– Это не звучит как комплимент.

– Но именно это служит твоему народу защитой.

Не знаю, как далеко нас могли завести эти рассуждения, но нам пришлось прервать разговор. После короткого, но весьма решительного стука и разрешения войти, в кабинете правителя появился еще один персонаж – лорд Саражэль. Начальник личной разведки Элильяра и учитель моего друга и наставника. Он гордился успехами Гадриэля и тем, что тот был способен идти дальше, чем он сам. Неожиданно и я был включен в список тех, кому он может доверить своего повелителя.

– Правитель Элильяр, советник Александр. – Прежде чем продолжить, бросил взгляд с обернувшегося к нему главного интригана на меня, словно уточняя, достойны ли мои уши услышать то, что он намерен сообщить.

К этому стоило уже привыкнуть – нечто подобное повторялось по нескольку раз в день, но каждый из нас четко осознавал: понимание – пониманием, а внешнее проявление приличий еще никто не отменял. Короче, как мучились, так и будем мучиться, расшаркиваясь друг перед другом так, как того требует этикет.

– Продолжайте, лорд Саражэль. Мне кажется, что советнику Александру будет приятно узнать, что не только он печется о процветании наших земель.

Мы с лордом обменялись многозначительными взглядами, которые, естественно, не стали неожиданностью для Элильяра, знавшего о негласном шефстве, которое было надо мной взято. Словно еще раз убеждая друг друга в том, что проблемы, свалившиеся не только на темных эльфов, но и на других правителей Лилеи, не стоят того, чтобы ради них терять присутствие духа.

– У меня для вас неожиданная новость.

Похоже, новость стоила того, чтобы не просто сделать паузу, а молча подать правителю свернутый листок бумаги, который он вытащил из внутреннего кармана камзола.

Первое, чему я начал учиться, поселившись в этом дворце, – удовлетворять свою потребность много знать самыми замысловатыми способами. А уж там, где сам же и выстраивал заново систему защиты, после того как мама сумела обмануть старую, я мог делать все что угодно. В рамках дозволенного Элильяром.

Так что написанное на межрасовом четким и ровным почерком, который выдавал писавшего как существо абсолютно уверенное не только в своих словах, но и в самом себе, мы с правителем читали одновременно. Впрочем, чуть дрогнувший уголок губы дал мне понять, что пусть мое заклинание и не ощущается, но в его наличии совершенно не сомневаются.

– Кто передал это сообщение? – На лице Элильяра блуждала улыбка, наряду с холодным взглядом лучше всяких слов говорившая о том, что в его голове начали выстраиваться планы.

– Лорд Алраэль Дер’Ксант, управитель Камариша.

– Похоже, я не зря пустил демонов в свою вотчину. Дочь повелителя Арх’Онта оказалась столь же непредсказуемым фактором, как и ты с Лерой.

От открывшихся перспектив и странного ощущения, словно я осознал себя хищником, преследующим жертву, я не смог произнести ни слова, и лишь ответил улыбкой, очень похожей на ту, которая украшала теперь не только лицо правителя, но и моего негласного наставника. Теперь я понимал, что означало «родство душ», про которое мне неоднократно твердила мама, объясняя, почему так легко и просто я вошел в наиболее узкий круг приближенных к Элильяру.

– Мне связаться с властителем Тахаром?..

– И с Аароном тоже. Согласуй с ними встречу, желательно нынешней ночью. А сам, после того как отправишь меня к ним, потренируешься в исполнении моей роли. Теперь, когда дата покушения подтвердилась еще из одного источника, мне не хотелось бы вспугнуть заговорщиков своим неожиданным исчезновением.

– Мне позволено будет уточнить, мой господин? – И, получив кивок, по которому уже было заметно понимание моего вопроса, я продолжил: – Вы сегодня ожидаете кого-нибудь в своих покоях?

Он прекрасно понял намек, который я делал уже не в первый раз. Редко, когда Элильяр проводил ночь, не пригласив к себе очередную барышню.

– Лорд Саражэль, подберите нашему юному другу даму, которая сможет скрасить одиночество «липового» правителя.

– Думаю, не стоит. Правитель Ксандриэль прислал вам копии отчетов своей разведки по даймонам и дюжину бутылок лучшего вина из своих подвалов. Так что вы всю ночь проведете, разбирая бумаги и наслаждаясь изысканным вкусом этого благородного напитка. Ну а если позволите, то лично я могу составить вам компанию. Тем более что подающий столь большие надежды молодой человек вполне заслуживает того, чтобы я уделил ему чуточку моего драгоценного времени.