Путь демона. Тетралогия - Глушановский Алексей Алексеевич - Страница 252

— Никого нет дома, — небрежно помахивая боккеном, София вышла из-за двери. — Папу вызвали в часть, мама поехала к бабушке, осталась только я, — злая и невыспавшаяся, так что теперь твою жалкую жизнь может спасти только чудо, — она замахнулась деревянным мечом и провела сильный удар сверху вниз.

К её удивлению, Олег не стал ни отступать, ни нападать, пытаясь перевести 'сражение' в ближний бой, где, благодаря, куда большему весу у него были бы неплохие шансы её обезоружить. Он, как-то очень ловко, словно давно, и весьма профессионально занимался фехтованием, сделал коротенький шажок в сторону и к ней, пропуская удар мимо себя, после чего аккуратно перехватил боккен у самой рукояти, так, будто там, за ней, располагалась не деревяшка, а острое и опасное лезвие, и легко, без какого либо видимого напряжения вывернул его из рук сестры. Та только изумленно моргнула.

— Чудо, говоришь, — как-то очень невесело улыбнулся он, после чего перевернул боккен, направляя его 'острием' себе в грудь. — Такое устроит? — он резким движением надавил на него, словно намереваясь пронзить себя 'мечом', и София, изумленно увидела короткую вспышку багрового пламени в том месте, где дерево коснулось тела. Тонкий, почти невесомый пепел осыпался на пол коридора, и Олег протянул ей обратно обугленную рукоять.

Молча посторонившись, девушка пропустила брата домой, после чего протерла глаза, и еще раз внимательно взглянула на обугленную деревяшку у себя в руках.

— Мда… Интересные мне сны нынче сниться стали, — пробормотала она. — Все, больше фентези на ночь не читаю. Верните мне лучше Деда Мороза с золотой медалью! На брата я и в жизни насмотреться успею!

— К сожалению, это не сон, — Олег, не разуваясь, прошел в комнату. — Можешь ущипнуть себя, если хочешь. — Он с такой внимательностью и ностальгией осматривал привычную обстановку квартиры, словно не был дома долго… Очень долго, а не буквально на прошлых выходных.

— И что же тогда это такое, если не сон? — язвительным тоном поинтересовалась София. — Алкогольные галлюцинации? Так я ведь, в отличии от тебя не пью!

— Сейчас расскажу, — Олег грустно улыбнулся, и протянул руку. Небольшая фарфоровая статуэтка, изображающая самурая с занесенным для удара мечом, внезапно сорвалась со своего места на секретере и плавно спланировала ему на ладонь. Крутя её между пальцев, и не отрывая взгляда от пола, Олег начал свой рассказ: — Фи, помнишь, я рассказывал, что нашел интересную книгу по магии…

Его рассказ был долгим. Сестра была пожалуй единственным человеком в этом мире перед которым он не считал нужным чего-либо скрывать. Так что заготовленная для родителей 'мягкая' версия была отставлена в сторону, и Олег рассказывал чистую правду. Более того, на этот раз, он описывал все что с ним происходило куда подробней, иногда даже проецируя небольшие иллюзии, с показом отрывков из своей жизни. Благо, кто-кто, а сестренка вполне могла дать ему хороший совет, как действовать в такой непростой ситуации, которая возникнет у него когда он вернется.

Рассказ его не раз прерывался весьма эмоциональными комментариями Софии, причем, когда он дошел до алтаря, и весьма оригинальной 'благодарности' Аталетты, комментарии эти состояли из тех самых слов, которыми прапорщик дядя Коля объяснял своим солдатам, что те поступили весьма нехорошо, сперев на учениях половину всего ротного запаса сахара, и оттащив его в деревню в обмен на самогон.

Когда он закончил, воцарилась недолгое молчание. Первой его прервала София. — Бедный. — Она взъерошила его волосы, и крепко обняла своего брата. — Ты держись! Вынеси их всех нафиг, раз так надо, порви эту дуру блондинистую на британский флаг, и будь счастлив со своей богиней! А можно, я с тобой пойду? Я б ей устроила Варфоломеевскую ночь, и утро стрелецкой казни разом!

— Нет, — Олег покачал головой, и мягко отстранился.

— Пойми, пожалуйста, и не обижайся. Когда я вернусь в Фенриан, там не будит место для любви, дружбы и защиты родного человека. Только кровь, месть и чернейшая магия. Я не хочу, чтобы ты в этом запачкалась. Мне надо возродить своего демона, в самые сжатые сроки, а для этого нужна смерть, смерть многих… Очень многих!

Знаешь, — сражения, — это далеко не так весело и приятно как пишут в некоторых фентезийных книжках. Это кровь, вонь, вываленные кишки и хрипы. Это друзья и соратники, которые умирают у тебя на глазах, и ты долго пьешь, пытаясь заглушить противное чувство, что ты мог, мог спасти, помочь, защитить, но не сумел, не успел этого сделать, и винишь себя, что позвал их за собой. Пойди ты один, — и они были бы живы. Поверь, это совсем не та судьба, которую я бы для тебя желал. Ты останешься здесь! В этой битве рядом со мной будут только те, кому не страшна смерть, потому, что они и так давно мертвы. Тебе там не место!!!

— Какой ты суровый, — покачала головой София. — Ну а мне, что прикажешь делать? Оставаться тут, и волноваться за тебя, — как ты, что ты, жив ли, или уже даже души от тебя не осталось.

— Нет. У меня для тебя есть подарок, — дай руку. — Мгновенье, и на руке девушки, возник почти такой же браслет, как и у Лены.

— Это, чтобы я не волновался за тебя, а ты за меня. На его ладони материализовался, еще один браслет, а следом, — часы, очень похожие на обычные, командирские, только по углам пятиконечной звезды на циферблате располагались буквы, образуя надпись 'Ариох'

— А вот и еще один, для мамы. Часы, — для отца. Обладают теми же свойствами. Как придут, пусть наденут и не снимают. Они существуют, пока я жив. Если я умру окончательной смертью, они рассыпятся пеплом. Украсть их или потерять невозможно. Если они не одеты, то испепелят любого, к ним прикоснувшегося, кроме членов нашей семьи. Еще, — это защита. Очень хорошая, надежная защита от всех опасностей, которые я только могу себе вообразить. На случай столкновения с теми, которые я себе вообразить не могу, по команде могут включать защитное поле, мощность которого позволит носителю выжить даже в центре ядерного взрыва. Для этого достаточно лишь мысленно сказать: 'Мне нужна защита'.

София немедленно поэкспериментировала. Вокруг неё возникла тоненькая светящаяся пленка. Олег, не обращая внимания, продолжал:

— Снятие — так же, мысленно: 'Снять защиту'. Ну и на крайний случай, — они дают возможность связи со мной. Это если столкнешься с какими-либо неприятностями, какие я сейчас представить не могу. Активируется просто. Начерти пятиконечную звезду, на концах напиши буквы А_Р_И_О_Х — мой ник, — там я использую его в качестве имени, положи этот браслет в центр звезды, встань напротив луча с буквой 'А',после чего позови меня, по полному имени и по нику.

— Этот браслет может не только защищать, но и быть неплохим средством связи. Только вызывай лишь по действительно важным делам. Энергии браслета хватит только на один вызов, после чего он распадется пеплом. В случае чего, — зови, если к тому времени я верну себе демонические силы, то пару-тройку легионов кинуть на помощь смогу. Думаю, что для небольшого Армагеддона этого хватит. Ни или если чем другим помочь потребуется…

— В общем, это все. Энергии у меня осталось совсем мало. Хорошо если еще минут пять продержусь. И так отцу пришлось защитку упростить по максимуму. Ну да он и сам за себя постоять может, вам с матерью важнее. Так что — постарайся успокоить их по поводу моего отсутствия. Правды лучше не говори, придумай что-нибудь, как доказательство используй амулеты. Твой браслет кстати, помимо всего прочего, должен помогать накладывать простенькое внушение. Заклятья три-четыре скастовать сможешь. А мне пора!

— Постой, — воскликнула София, но было уже поздно. Силуэт Олега налился оранжевым свечением, потом от него повеяло волной ласкового, бодрящего тепла, и он медленно истаял. И только лишь ярко сверкающие амулеты оставленные им, да невесомый пепел на ковре подтверждали, что все это ей не привиделось.

Госпожа, у меня отличные новости, — вихрем ворвавшийся в кабинет Аталетты чрезвычайны й и полномочный посол Фенриана в Валенсию Альберт Крозельц буквально излучал радость.