Пограничная река. (Тетралогия) - Каменистый Артем - Страница 135

Собравшиеся загудели, признавая правоту кузнеца. Его эмоциональное высказывание повернуло обсуждение в другое русло — люди, растерявшиеся после слов Руслана и Бориса, смогли взглянуть на проблему трезво, а не с позиции былых обид. Рита, единственная женщина, допущенная на совет, спокойно произнесла:

— А что станут делать хайты, когда выжгут левый берег? Я бы на их месте немедленно перебралась на правый, чтобы и с нами заодно покончить. Интересно, а как мы от них отобьёмся, не имея стен?

— А никак, — хмыкнул Алик. — Вон, пускай Олег расскажет, как они пленных по степи гоняют, он в этом большой эксперт.

— Я уже сто раз рассказывал, — буркнул Олег.

— Нет, ты всё же скажи, — настойчиво произнёс Алик. — Твое мнение очень интересно.

Олег уже понял, что кузнец занял резко милитаристскую позицию, желая убедить всех в необходимости отправки военного отряда. Возражения Руслана в расчёт не принимались — судя по всему, они не настолько уж дружат, скорее наоборот, просто оба недолюбливают Добрыню, став на этой почве временными союзниками. Но сейчас до Добрыни дела нет: опасность грозит посёлку, а значит, никто не станет заниматься новым кузнечным цехом — все силы бросят на возведение укреплений. Да в любом случае с хайтами шутки плохи. Так что логичнее всего подавить эту угрозу на дальних подступах — вот за это Алик будет сражаться отчаянно.

— Ладно, — кивнул Олег, — скажу, что думаю. Впрочем, и думать здесь нечего: надо действовать. Хайты не раз показывались на восточном берегу, даже наши рыбаки однажды заметили их корабль. Никто шум не поднимал, относились как к данности. Досадно, конечно, но приходилось мириться с этой опасностью. И раз к нам обратились с таким призывом, то дело дрянь. Это не мелкий отряд и не единичный корабль: происходит нечто серьёзное. Если проигнорируем, то будем не правы. Как минимум надо посмотреть, что там случилось: хайты наши враги, чем больше мы о них узнаем, тем лучше. И помочь соседям — не столько наш долг, сколько голый прагматизм. Если они выжгут левый берег, нам на пользу это не пойдёт. А помочь можем изрядно: мало того, что только у нас есть корабли, самые лучшие бойцы тоже у нас. Мы довольно часто сражались с ваксами, да и про события прошлого года не забывайте, когда выдержали осаду. А кузнецы зимой без дела не сидели, оружия и доспехов хватает. Я не знаю ни одного другого поселения, где у каждого мужчины есть топор или меч, а у некоторых и то, и другое. Да, большим войском не поможем, но каждый наш боец стоит трёх обычных мужчин.

— Это верно, — признал отец Николай. — Некоторые ребятки сущие волки. Если бы у меня была сотня таких бойцов, я б не бросил свой посёлок, отбились бы без труда.

— Сотни не наберётся, — вздохнул Олег. — Из тех, кто ходил со мной в рейд на ваксов, человек тридцать парни хоть куда. Ещё можно взять несколько охотников, но в любом случае более-менее нормальных бойцов у нас около полусотни. Остальные просто мясо: на стенах они ещё могут повоевать, но в чистом поле толку от таких немного, разве что в задних рядах постоять. Кроме того, очень не хватает боевого опыта.

— Как не хватает? — нахмурился Добрыня. — Сам говорил, что кучу стычек выдержали.

— Да, я не отказываюсь от своих слов. Но тут надо учесть, что сражались мы с ваксами, а это не в счёт. Хайты не только более серьёзные противники, они вообще другие и сражаются совершенно иначе. Против них потребуется другая тактика, а с этим туго. Опыт осады здесь не поможет: бой на стенах слишком специфичен, как и схватка на кораблях, так что всему придётся учиться…

— Кровью такая учеба обернётся, — вздохнул священник.

— Да, — признал Олег. — Но ещё неизвестно, с чем мы столкнёмся в этот раз. Не исключено, что это войско небольшое.

— У страха глаза велики, — кивнул Алик. — Я тоже думаю, что надо туда послать приличный отряд. Кругов должен привести человек пятьдесят, раз уж так забеспокоился, да у окрестных посёлков население за четыре тысячи переваливает, это только ближайшие, бойцов двести-триста должны дать в самом худшем случае.

— Жди! — вздохнул Добрыня. — Приведут они… Скорее в кустах отсидятся. Хорошо, если половина согласится в этом участвовать. Не верю я в такую солидарность.

— Так ведь сами должны понимать, что это на их пользу, — произнёс Булкин, как всё по-простецки называли Сергея Булкина, главного специалиста по сельскому хозяйству.

— Помолчал бы лучше… военный агроном, — съязвил Алик. — Понимают все, только это ещё ничего не значит. Хитрожопых везде хватает, а отсидеться в кустах для них — милое дело. Пускай за тебя кто-то кровь проливает, а вылезти можно, когда всё успокоится.

— Ладно, — заявил Добрыня, — языки все горазды чесать, решать надо, что делать будем. Давайте без затей: поднимите руки те, кто хочет послать туда наших ребят. Раз, два, три… В общем, воздержались только двое, даже если они и против, роли не играет. Я тоже согласен с большинством, только решить надо, сколько человек посылать и кого.

— Да всех, кто ходил с Олегом, и пошлём, — брякнул кузнец.

— Нельзя! — встрял Руслан. — Это лучшие бойцы. Мы и так обходились без них две недели, а когда хайты рядом, это вообще ни в какие рамки не вписывается. Оставлять посёлок почти без защиты, да ещё в такой ситуации… Достаточно одного вражеского корабля, чтобы с нами покончить.

— Верно говоришь, — нехотя признал Добрыня. — Да и работы у нас невпроворот, лишаться стольких рук…

— Пускать на такое дело неопытных, плохо подготовленных ребят — не меньшая глупость, — заявил Олег. — Если так, то лучше вообще никого не посылать. Некрасиво, но ничего не поделаешь.

— Э, нет! — ответил вождь. — Насчёт того, что надо посылать, мы уже договорились. Теперь придётся решить частности, так что это брось!

— Хорошие частности! — усмехнулся Олег. — Я так подозреваю, что вести отряд придётся мне?

— Верно мыслишь. Сам прекрасно понимаешь: ты сейчас — лучшая кандидатура.

— Ну и на хрена мне тащить пушечное мясо на живодёрню? А? Ведь сами с меня спросите, если я людей потеряю. Это вам не корявые ваксы: даже маленький отряд хайтов пострашнее пары сотен каннибалов. Нет, с непроверенными людьми не пойду: я не настолько тупой.

— Не кипятись, — поморщился Добрыня. — Никто не говорит, что погонит тебя командовать бандой юнцов, не знающих, с какого конца за копьё браться. В любом случае получишь десятка два крепких ребят и большинство арков. И охотников подгоним несколько человек, стрелки из них отменные. Гонец сообщил, что к вечеру вернётся Макс, его заместителем поставим, парень он ничего. Так что не думай: на убой тебя никто гнать не собирается.

— Я и не думал, — улыбнулся Олег. — Просто чётко высказал свою позицию. Не исключено, что боя как такового не будет. Хайты здесь уже появлялись, но обычно быстро уходили или щипали перед этим мелкие посёлки. Дальше, на севере, они — серьёзная проблема, я уже рассказывал; до нас пока добираются небольшие отряды, возможно, увлеклись резней или просто разведка. Покрутятся немного и уйдут, мы даже собраться не успеем. Но зато на практике узнаем, насколько крепко человеческое братство. Посмотрим, сколько поселений пришлют своих бойцов.

— Я и так скажу: немного их будет, — вздохнул Добрыня.

«Варяг» мягко ткнулся в песчаное дно. Удур, как всегда, не подвёл — клоты великолепно разбирались во всём, что касалось воды, так что выбрать удобный подход к берегу для них — задача плёвая, если не сказать больше. Олег давно понял, что когда на рулевом весле стоит одно из этих созданий, то можно быть спокойным — корабль в надёжных руках. Но так же хорошо понимал, что уже в сотне метров от реки или озера мохнатые союзники становятся беспомощнее слепых котят. Вся их жизнь вертится вокруг воды, только рядом с ней они и могут существовать и даже на небольшом расстоянии от неё ощущают дискомфорт. По Фреоне хватало их поселений, однако увидеть жителей почти невозможно: клоты не пользовались огнём и были гениями маскировки. От природы не воинственные, они никогда не лезли на рожон. Может, это и к лучшему: справиться с таким бойцом нелегко, и они бы легко вырезали всех конкурентов. Земляне надолго запомнили осенний бой с хайтами, когда Удур с веслом в руках сдерживал целую толпу раксов.