Земля лишних. (Трилогия) - Круз Мария - Страница 274

Одна из них, темноволосая, очень хорошенькая, похожая на итальянку, ослепительно улыбнулась мне, сказала: «Одну минутку, сэр», пощелкала клавишами клавиатуры затем уточнила:

– Мистер Яковенко, территориальное подразделение?

Я понятия не имел, что это за «территориальное подразделение», но на всякий случай подтвердил.

– Мисс Беляева переехала в другой офис – главы Отдела, – белозубо улыбнулась девушка. – Вы знаете дорогу?

– Нет, я здесь второй раз всего, а первый был тогда, когда здесь, кроме охраны, никого не было.

– Я провожу вас.

– Спасибо, буду благодарен.

Она вышла из-за стойки и пошла передо мной, покачивая бедрами. Очень хорошенькая девушка. Не Катя ли персонал подбирает, руководствуясь склонностями? А мисс Беляева молодец: уже в кабинет руководителя перескочила, столбит участок. Умница, так держать, я за нее вполне искренне болею. Чем выше она – тем лучше для меня.

Мы с девушкой поднялись на второй этаж, прошли по коридору, в конце которого была дверь со снятой табличкой. Девушка распахнула ее, сказала кому-то в комнате: «Мистер Яковенко из территориального», затем пропустила меня внутрь, при этом вынудив протиснуться между косяком двери и ее бюстом. Шаловливая какая-то девушка. Я вошел в комнату, оказавшуюся приемной, где за столом, на котором красовался огромный компьютерный монитор, сидела еще одна девушка – молодая, деловая, рыжая. Бабье царство настоящее. При виде меня она нажала на клавишу переговорного устройства и сказала в него:

– К вам мистер Яковенко.

– Пусть заходит.

Рыжая встала из-за стола, распахнула передо мной толстую звуконепроницаемую дверь. Я поблагодарил ее и вошел в кабинет. Дверь защелкнулась за мной, и над нею загорелся зеленый огонек, показывающий, что она закрыта плотно и нас не подслушать. Кабинет был не слишком большой, но и не слишком маленький, мебель современная, но скромная, как для руководителей среднего звена. Полукруглый стол аж с четырьмя мониторами, бриф-приставка к нему, еще овальный совещательный стол у окна, полки, угловой диван в углу и кофейный столик перед ним.

Светлана сидела за столом – в отличие от других на ней никакой формы не было. При виде меня она встала, подошла, обняла и поцеловала в щеку. Затем жестом пригласила сесть на диван, что я и сделал.

– Ты что устроил на острове, а?

Голос был сердитый, но не очень натурально сердитый. Не болеет она душой за то, за что ей болеть полагается.

– А что? Для тебя все складывается как нельзя лучше. – Я обвел рукой кабинет: – Место Родмана, куча неучтенных денег, любимая Катя под рукой.

– Если бы я знала хоть что-то заранее, я бы лучше это использовала.

– Сама понимаешь, что это не мой секрет и делиться им по своему желанию я не мог.

– Ты работаешь на Разведуправление РА?

– Я – свободный подрядчик, – отрицательно покачал головой я. – Контрактор. На этот раз контракт был от них. Я все же русский, поэтому был рад возможности поучаствовать в благом деле для своего народа. Тем более что мне за это платят.

– А я тебя и не осуждаю, – сказала она. – Я даже немного рада, что «ворота» ушли туда. Это уже становилось точкой напряжения, и проблемы могли возникнуть в любой момент. Но если бы я знала заранее, что будет, то могла бы заработать много всяких преференций на этом.

Что есть, то есть. Если бы я ее предупредил, она бы использовала это на сто процентов. Например, «слила» бы меня, чтобы взлететь еще выше. Кроме меня, никто толком доказать ее предательства и не может. В деле видели только Катю, а насколько она к ней привязана? Это еще вопрос.

– Какие сейчас настроения здесь? – спросил я.

– После атаки на Дикие острова – окончательный шок, – вздохнула Светлана. – Сопли и слезы. Родман все провалил и смылся. В подвале его дома такое нашли, что весь Отдел блевал и до сих пор блевать продолжает. Еще Родман украл много денег, а сам продал нас русским. Видишь, какой он гад. А тебя я знаешь зачем вызвала?

– Зачем же?

– Ты – глава «хит-группы», – сказала она, странно усмехнувшись. – В команде двое сотрудников Отдела, ты и твоя девочка, и несколько наемников, которые работают на тебя. Ты у нас «территориальное подразделение». Частная военная компания.

Ну такого подхода даже следовало ожидать. Ничего удивительного. Удобно для всех. Для меня в том числе. Ведь лицензия… гранатометы на складе в Аламо и другое оружие, что без лицензии никак… Но к чему улыбочки?

– А, вот оно что. Так здесь-то я зачем?

– Я намерена послать тебя за Родманом, – ехидно улыбнулась она. – Справедливая кара, никто не уйдет от ответственности и все такое. Предатель, маньяк, двурушник. В этом меня поддержат.

– Ты уверена? Ведь ворон ворону… и так далее…

– Смотря какой ворон и какому ворону… – Она посмотрела в окно, затем опять повернулась ко мне, глядя в упор своими прозрачными глазами: – Понимаешь, тот же Гольдман, который толкает меня в это кресло и который опекает Отдел в Совете Ордена, далеко не ангел. Это жадный, хитрый, изворотливый интриган, страшно падкий на баб. Но при всем при том – он не расчленяет этих баб в подвале. Он ухаживает за ними, говорит комплименты, целует ручку, дарит им подарки и в постели ведет себя прилично, как о нем отзываются, по крайней мере. Он их любит, черт возьми. Когда он увидел запись, а затем приехал в этот подвал, его выворачивало часа два – даже врача вызывали. После чего он сказал, что Маллиган должен был пристрелить всех намного раньше, и поэтому он будет настаивать, чтобы и его тоже зарыли на помойке, как и Бернстайна.

– Понимаю.

Чего тут непонятного.

– Так и остальные в Ордене, – продолжала Светлана. – Здесь разные люди, самые обычные. Орден – это гигантская корпорация, ориентированная на извлечение прибыли любой ценой. Здесь полно карьеристов, интриганов, подлецов, стукачей, но очень мало маньяков-убийц и им подобных. И Родман поставил себя вне местной морали связью с Бернстайном. Такое здесь никакой прибылью не объяснить. А ты мне вот что скажи… Обязательно надо было убивать так много солдат из патруля? Огромные потери здесь.

Если честно, мне это самому не слишком нравилось. Война войной, но войны-то на самом деле не было. Было вооруженное ограбление. Но и рыдать я тоже не собирался, и к тому были причины, которые я и изложил:

– А как иначе? Сколько людей на русской территории погибло только потому, что Орден поощряет нападения чеченцев и препятствует строительству нормальной обороны? Так что давай не будем об этом. Орден просто нарвался, загоняя людей в угол и не отдавая себе отчета в том, что можно схлопотать по зубам за такие шутки. Вот и схлопотал. А что погибли солдаты… За ошибки и тупость политиков всегда расплачиваются солдаты. Мне их жалко, честно, но помочь ничем не могу. Когда они шли служить, они знали, что рано или поздно многомудрое начальство загонит их в какую-нибудь задницу и заставит разгребать дерьмо за собой. Так и вышло. Кстати, ты бы кофе предложила, что ли.

– Момент.

Светлана встала с дивана, подошла к столу и сказала в переговорное устройство:

– Нам два больших «эспрессо», пожалуйста.

– Минутку, – откликнулся динамик голосом секретарши.

Она вернулась на диван, а я спросил ее:

– А почему я только девиц здесь видел? Только их на работу берете? И потом…

– Нет, – усмехнулась она. – Девушки аккуратней и педантичней, чем мужчины, поэтому они на таких должностях здесь. Референты, архив тот же и так далее. Мужики работают в оперативных отделах, а сейчас все в разгоне – работают «на земле», расследуя, что вы здесь натворили. А так здесь мужчин – восемь из десяти.

– А я думал, что вы с Катей решили гарем себе завести.

– Ты лучше Кате спасибо скажи за то, что она ночью для тебя сделала, – напомнила она мне. – Она даже твою одежду окровавленную сожгла сегодня здесь, в печи для документов. Совести у тебя ни на грош. А гарем… ты знаешь, мысль удачная. Меня так пользовали в свое время, пожалуй, и я начну… Шучу, шучу!