У Великой реки. (Дилогия) - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 159

Я беспомощно оглянулся лишь для того, чтобы убедиться: все остальные вооружены примерно так, как и я, только хуже. И что? Даже «лимонки» остались в вещмешках – против вампиров они не годятся, а лишний вес в драке таскать никто не хотел.

– Короче, всем целиться демону в морду! – скомандовал я, поудобней прикладываясь к ружью. – Стрелять залпом и по моей команде.

Ракшаса уже заметно ускорилась, преодолевая действие заклятия. И вскоре ее голова с многочисленными черными косами, свисающими водопадом, показалась снаружи. А вот дальнейшего я не ожидал. Заклятие рухнуло сразу, и наш дружный залп, наложившийся на очередь из «дегтяря», в основном пропал впустую. В ставшую очень быстрой ракшасу попала лишь одна моя пуля, разорвавшаяся вспышкой белого огня прямо на ее коже, да заряд картечи, выпущенный Лари.

Хуже было другое – ни пуля, ни картечь не оставили на синей, лоснящейся коже демона ни царапины. Она даже не обратила на них внимания, хоть и покачнулась от удара. Все же пуля десятого калибра не камешек из рогатки. А в ответ она распахнула свою пасть, противоестественно страшную, потому что находилась та на красивом женском лице, хоть и странной цветовой гаммы, а затем я опять оглох, сорванная ставня врезалась мне в лоб, выбив искры из глаз, а ураганный ветер швырнул меня спиной на резной дубовый буфет, дверка которого проломилась под моей тяжестью. А затем с улицы донеслись тяжелые шаги – дуб-дуб-дуб, словно по земле шествовала бронзовая статуя.

– Она сюда идет… – простонала Маша, а затем что-то мелькнуло в окне, и отколотые страшным ударом меча о стену большие осколки гранита влетели в комнату, забарабанив по стене у нас над головой, ломая мебель, обрушивая полки и выбивая искры и пыль.

– Бежим! В другую комнату! – заорал я, схватил Машу за руку и потащил за собой.

Все бросились следом – вовремя, чтобы не попасть под горизонтальный поток булыжников, в который превратился могучий простенок между двумя окнами. Как из гаубицы угодили!

Мы неслись по скользкому, навощенному деревянному полу, оскальзываясь и пробуксовывая на поворотах, но недолго, вскоре достигнув противоположного конца здания усадьбы. Все без команды попадали на пол, но я все же подполз к окну и аккуратно выглянул.

Ракшаса стояла там же, где и была, стараясь заглянуть в разрушенные окна зала, в котором мы были. Для этого ей не хватало роста, она была лишь раза в полтора выше меня, поэтому, поставив ногу на подоконник первого этажа, тварь подтягивалась на руке. Это что, с умом у нее проблемы? Хотя кто сказал, что ракшасы должны быть умными? Они проводники Силы, а не ума. Сила есть, ума не надо – так вроде…

Верно, не надо. А зачем ей ум, если наши пули на ней царапинки не оставили, а двумя ударами своего меча она второй этаж гномами сложенного замка вскрыла как глиняный горшок со сметаной? Не нужен ей ум. Если там нас не найдет, то перейдет дальше. А за пару дюжин ударов она всю усадьбу с землей сровняет. А что с нами будет? Что она сделает? Сожрет с костями, изрубит на куски или что-нибудь покруче совершит, вроде вырывания души и отдачи ее во власть всяким когтистым тварям на вечное разрывание? Не хочу!

Портал так и мигал посреди двора, но амплитуда миганий становилась все чаще. Он вот-вот должен был закрыться, а проходить через него сейчас было уже смертельно опасно. Попади в такое «мигание» – и тебя на куски разорвет. Так что идея насчет «смыться обратно» не прокатывала. Не выйдет смыться.

Я переломил стволы ружья, выбросив пустые гильзы, а демон насторожился, начав озираться. Черт, а толку с того, что я перезаряжу ружье? Чем оно мне поможет? А ничем. Но не ждать же просто так, когда ракшаса до нас доберется. На этот раз я аккуратно затолкал в патронники две «колотушки»: все равно никакой разницы – зажигательные пули или нет. На ракшасе нет и царапинки.

– Всем сидеть тихо, – прошептал я и на четвереньках, чтобы не мелькать в окнах, рванул в обратную сторону. За мной сразу увязалась Лари. Лари – это хорошо, она сильнее и быстрее. Осталось только придумать, что с этой силой и быстротой делать.

Я дополз до лестницы и прямо на заднице соскользнул по полированным деревянным ступенькам на первый этаж. Незачем что-то предпринимать вблизи того места, где Маша прячется. Не надо.

– Я могу попытаться ее увести отсюда, – прошептала оказавшаяся рядом Лари. – Но не уверена, что она увяжется за мной.

– Она может сначала увязаться, а потом вернуться, – зашептал я в ответ. – Увидит, что ей тебя не догнать, и передумает. Или просто догонит, а потом вернется.

– А что делать? – прошипела тифлингесса.

– Делать?

В голове у меня мелькнула какая-то смутная идея, совсем еще непонятная, но вселившая робкую надежду. Потому что идея – это уже хорошо в положении полной безыдейности. И натолкнул меня на нее все чаще и чаще мерцающий портал.

– Пока укройся, – сказал я и бросился к окну столовой, тому самому, через которое я уже сегодня дважды пролез в обоих направлениях.

Ракшаса отошла от стены и теперь стояла во дворе, задумчиво заглядывая на дно опустевшей чаши. Вид у нее был не столько злобный, сколько огорченный, словно она хотела сказать: «Ну что за сволочи, а? Как так можно?» Я прикинул, куда мне потом придется бежать, после того как у меня получится опять привести ее в бешенство, и понял, что, если я пальну из этого окна, пространства для маневра у меня останется всего ничего. Поэтому я, стараясь даже не дышать, начал тихо подкрадываться к ней, поочередно выглядывая из многочисленных вытянувшихся в ряд окон.

Видимо, созерцание опустевшей жертвенной чаши окончательно расстроило ракшасу, потому что она вдруг пригнулась, напряглась, шея ее вздулась веревками жил, и она снова завыла, к моему счастью, не в мою сторону, отчего у меня лишь заложило уши, а в мозг словно вилку воткнули. К этому моменту я держал ее на мушке – и совершенно инстинктивно спустил курок. Ударило в плечо, вспыхнул хвост пламени, но выстрела я не слышал – весь запас моего слуха ушел на крик ракшасы. И, к моему удивлению, крик прервался. Тяжелая «колотушка» ударила в затылок, взметнув мелкие косы, а сама ракшаса чуть не свалилась вперед.

Я не понял, как именно она развернулась: выглядело это все так, словно она перетекла из одного положения в другое. Метнулся алый длинный язык, оскалились черные клыки, вновь вздулись жилы на шее… и я снова пальнул в нее, целясь в лицо. Попал не в лицо, а в грудь между ключицами. Мне показалось, я даже увидел, как разлетелась на куски моя пуля, на коже опять не появилось ни царапины, но ракшаса качнулась назад, запнулась за одну из каменных скамеек и вульгарно шлепнулась на задницу, вновь не закричав.

А я бросился из комнаты с такой скоростью, что врезался плечом в косяк двери, чуть не выронив «вампирку». Пробежал мимо лестницы, заметался взглядом, куда спрятаться, увидел, как метнулась из-за угла узкая рука в черной перчатке, схватившая меня за воротник и дернувшая в какую-то темную кладовую.

– Уши! – крикнула Лари, и я зажал свои ладонями. И вовремя. Новый крик метнулся по дому, с грохотом обвалилась лестница, полетели какие-то обломки вдоль коридора, завибрировали могучие каменные стены – так, что из них посыпалась известка, а желудок сжался до величины грецкого ореха, вместе с сердцем. А затем здание сотряс дикий грохот: ракшаса вновь взялась за меч, вымещая злобу на древней усадьбе. Прямо у меня перед глазами по вековой давности кладке вдруг пробежала извилистая трещина, щелкая и плюясь осколками камня.

– Лари, единственный шанс! – быстро заговорил я. – Мне надо добраться до штуцера Орри. Ракшасу можно сбить с ног. Но она меня поймает. А ты намного быстрей меня.

– Пока я буду доставать штуцер, она меня в землю втопчет! – возмутилась тифлингесса.

– Я сам достану! Ты побегать от нее сможешь? Дай мне хоть четверть минуты, я успею.

– И что потом? – резко сменила тон Лари, заинтересовавшись.

– Надо сделать так, чтобы она оказалась между мной и порталом.