У Великой реки. (Дилогия) - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 145

Это что получается? Ac-Мирен, сбежавший из Вираца за подозрение в связи с орденом Созерцающих, здесь с ними через стеночку перестукивается? Небось и в гости ходят, на блины и наливочки? Эх, и почему тогда «Камера знаний» его вину не смогла доказать?

За забором возвышалось каменное, что редкость для этих мест, здание храма. Не слишком большого, но поражающего массивностью стен. Откуда-то со двора доносилось позвякивание бубенцов, словно некто лениво встряхивал бубен. Ворота храмового подворья тоже выглядели серьезно, такие и грузовиком с ходу не вышибешь. Толстенные дубовые плахи, соединенные мощными железными полосами. На каждой створке грубо откованная железная эмблема – круг с тремя направленными вниз шипами – «Кровоточащее солнце Кали».

– Силу чувствуешь? – спросила Маша.

– Чувствую.

Действительно, даже через фон магических сторожей со стены мощно, хоть и едва заметно при этом, тянуло Силой, причем такой пугающей мощи, что, хоть мы и шли по противоположной стороне улицы, хотелось сбежать вовсе. Сила была приглушенной, словно замкнутой на себя. Так, на грани слуха, скорее желудком, ты даже не слышишь, а ощущаешь дыхание спящего дракона. И понимаешь, что разбуди его – и от громового рева содрогнутся земля и небо. Так было и здесь.

Ощущали злую Силу не только мы. Идущие по улице, приближаясь к храмовому подворью, не замечая того сами, переходили на противоположную сторону – никому не хотелось к нему подходить.

– Это алтарь, – пояснила Маша, прищурившись и глядя на черно-чешуйчатый конус крыши храма, поднимающийся над стеной. – Я его даже вижу. Он сейчас собирает Силу, поэтому мы его почти не чувствуем.

– Там жертву принесли. Я чувствую смерть, – пробормотала Лари. – От этого и Сила.

Я ничего на это не сказал, но в моем сознании опять возникла картина с корзиной, наполненной головами Созерцающих. А неплохо было бы, неплохо, видят боги…

За храмовым подворьем имелся небольшой пустырь, в этом месте что-то снесли, – но сейчас начинались работы. На пустыре копошились десятка два рабов в бронзовых ошейниках, одетых в какое-то тряпье, и охраняли их двое охранников в черном, в тюрбанах с закрытыми лицами, и один совсем молодой монашек с жезлом в руке – маленький, тощий крысеныш с обритой головой. А все ошейники наверняка к его жезлу привязаны. Только пальцами щелкни, и раба скрутит такой болью, что он белого света невзвидит.

Получается, что Созерцающие еще и расширяются, пользуясь поддержкой смотрящего Сливы и поддерживая Сливу в свою очередь. Интересно, а кто там из них теперь на самом деле главный? Такое их заметное процветание начинает превращаться в настоящий вызов всему сущему. Как отнесется, например, тот же Нижний Новгород к такому мерзкому делу? Не откажет ли в поддержке местным воротилам? А ведь очень просто такое может произойти, если кто-то возьмет на себя труд обратить внимание торговой республики на происходящее. А кто обратит? Местные смотрящие? Не думаю: тогда и сами они пострадают.

И насколько такое неожиданное возвышение одного смотрящего по нраву шести остальным? Тоже вопрос. Не думаю, что они все счастливы, особенно если вспомнить о судьбе двоих из них, безвременно покинувших эту юдоль скорби.

– Маша, скажи мне вот что… – обратился я к своей подружке, подхватив ее под локоток. – На каком расстоянии должен быть портал от алтаря, если он от него питается?

– В идеале они должны совпадать по вертикальной оси.

– В смысле? – заинтересовалась уже Лари.

– Очень просто, – взялась объяснять Маша, активно жестикулируя. – Алтарь всегда черпает энергию либо снизу, либо сверху…

– А не от жертвы? – перебила ее демонесса.

– Нет, не от жертвы, – покачала головой колдунья. – Жертва лишь таран, предсмертный выброс энергии, накопленной ее муками, разрушает границу между слоями, позволяя алтарю включиться в поток Силы одного из самых нижних планов, скорее всего именно плана Кали.

– Ну насчет плана-то все понятно… – пробормотал я. – Откуда им еще черпать? А вот насчет вертикальной оси поподробней, пожалуйста.

– Запросто, – кивнула она. – Если «луч Силы» направлен вверх или вниз, а в данном случае вниз, то портал, питающийся от алтаря, лучше всего расположить прямо под алтарем. В подвале, например. Тогда он будет стабильным, будет потреблять меньше энергии. Чем дальше портал будет от вертикальной оси, тем нестабильной он будет и тем больше потребуется энергии для его поддержания в рабочем состоянии. Если же ось отклонится больше чем на сорок пять градусов, связь прервется. И портал превратится в самый обычный, действующий несколько секунд.

– А какое может быть расстояние от алтаря? – чуть вкрадчиво спросила Лари.

– В подвале он, – вздохнула Маша, словно сожалея о том, что ей приходится объяснять кому-то столь очевидные вещи. – А алтарь прямо над ним. Именно так получается оптимальная схема его работы, а все остальное уже чесание левого уха правой ногой.

– Уверена? На сто процентов? – переспросил я.

– Уверена.

Я подумал минутку и повторил вопрос:

– А что по расстоянию от алтаря?

– Расстояние может быть разным. Но все же чем ближе, тем лучше. На их месте я бы портал в подвале разместила, прямо под алтарем. Никаких потерь энергии в таком случае. Это принципиально?

– Это не просто принципиально: это определяет все наши действия, – усмехнулся я. – Скажи, алтари же к физическим разрушениям восприимчивы?

– Ну да, – пожала она плечами. – Ровно в той мере, насколько восприимчив материал, из которого они сделаны. Чаше всего это камень. Ну и все остальное важно – как стоит, где расположено. Нарушишь что-то – и вся Сила разойдется или вообще алтарь погибнет.

– Вот как… – удовлетворенно сказал я.

– Так, – кивнула она. – Ты когда-нибудь слышал о «походных» алтарях, например?

– Нет.

– И я не слышала, – добавила Лари.

– Потому и не слышали, что их не бывает. Алтарь – слишком тонкий инструмент, чтобы его с собой возить можно было. А что ты задумал? – обернулась она ко мне.

– Да так… есть идея…

Лари указала кнутовищем латига на повернувшееся углом к нам здание на противоположной стороне улицы, стоящее за четыре двора от стройки Созерцающих:

– «Хромой разбойник».

Над высоким крыльцом здания висела табличка с такой надписью на виларском. Дом выглядел еще крепким, хоть и слегка запущенным. Серые от непогоды бревна, дальний от нас угол немного осел. Впрочем, учитывая, что останавливаются там экипажи с барж и заодно гулящие девки туда на часок с клиентами забегают, класс гостиницы невысок и архитектурных изысков от нее никто не ожидает. Зато обращал на себя внимание высокий и крепкий забор, огораживающий задний двор, за которым была видна крыша какого-то сарая. Вход во двор был перекрыт мощными воротами, а поверху вилась спиралью колючая проволока, причем вполне новая с виду. А вот это уже необычно, чаще всего на задах гостиниц, кроме дров да помоек, и нет ничего, что следовало бы так охранять.

– Маш… а собаки там есть? Сможешь узнать?

– Могу, – усмехнулась она.

Нагнувшись, девушка подобрала с дороги маленький камешек, сжала его в кулачке, тихо сказав какое-то заклинание. Затем размахнулась и перебросила через забор «Хромого разбойника». Мы услышали, как камешек ударился в какие-то доски, но дальше наступила тишина.

– Нет собак, – сказала Маша.

– Дорогая, а что это было? – поинтересовалась демонесса, озадаченно глядя на колдунью.

– Шутка такая, мы с другими учениками Валера придумали, – заулыбалась колдунья. – Если бы там были собаки, то им бы привиделось целое стадо котов, откровенно над ними издевающихся. Иллюзия простейшая, но настроенная специально для собак.

– Это вам зачем понадобилось? – озадачился я.

– Рядом с домом Валера купеческий лабаз был с барбосами, вот мы и развлекались, пока наш маневр сам Валер не раскусил. Хулиганить он запретил, но заклятие осталось.

– Забавно, – улыбнулась Лари.

Демонессе идея устроить переполох на пустом месте явно понравилась. И не удивительно: в этом вся она, можно сказать.