Паладин. (Трилогия) - Шелонин Олег Александрович - Страница 198

Тело Германа с переломным хребтом билось в предсмертных конвульсиях у его ног на полу.

– Люка, миленький, – Юлия бросилась на шею бесенку и разрыдалась от переизбытка чувств.

– Он тебя ранил? – пальцы Люка пробежались по шее девушки, заляпанной кровью.

– Нет, это его. Он себе руку распорол перед тем как читать заклинание.

– А это плохо. Очень и очень плохо, – прикусил губу Люка.

Герман дернулся в последний раз, затих, и тут же встрепенулась Офелия.

– Где я? Что? – начала озираться она, – Кевин, наконец-то! Юлька, а ты чего ревешь?

– Это она от радости, – сказал Кевин, – я бы сейчас сам заревел, если б остались силы. Заставили вы нас за собой побегать негодницы. Но, к счастью, кажется, все кончено.

– А я вот в этом не уверен. – Люка гладил по спине всхлипывающую Юлию, отстраненно смотря в пространство.

– Ты это о чем? – не понял юноша.

– Конец пути, а что же дальше? – Люка в смятении посмотрел на статую Исуды, затем перевел взглыд на статую Святого Сколиота.

– И что же дальше? – настороженно спросил Кевин, почуяв неладное, – мы победили. Исуду оживить не удалось…

– Твой отчим был болван, – грустно сказал Люка, – игрушка смертная в руках богов. Освободить Исуду можно только уничтожив его вторую половину – Святого Сколиота. А это можно сделать, лишь попав сюда. – Лицо бесенка исказилось, и Кевин понял, что внутри него идет отчаянная борьба.

– А сюда вас мог при вести только паладин Вездесущего, – дошло до рыцаря.

Одна рука Кевина крепко сжала рукоять меча, который засветился в полутьме подземелья ослепительно ярким белым светом, другая деликатно затолкала Офелию за спину.

– Юлия, иди сюда, – ласково позвал он сестренку Офелии, – кажется, у нас возникли маленькие проблемы.

– Ты ошибаешься. Большие проблемы. Иди, – подтолкнул к Кевину девушку Люка, – так действительно будет лучше.

– О чем ты говоришь? – шмыгнула носиком Юлия, и отшатнулась, увидев разворачивающиеся за спиной своего избранника черные крылья.

Кевин схватил ее за руку, и откинул за спину в объятия Офелии. Облик бесенка изменился. Он стал выше, статней, черные волосы рассыпались по могучим плечам.

– Так ты не бес… – скрипнул зубами рыцарь, и еще крепче сжал рукоять меча.

– Я был когда-то правой рукой Заблудшего, часть которого заключена в нем, в Исуде. Моим заданием был ты. Здесь была схватка тысячу лет назад. Извечная битва добра и зла. Вездесущий вышел из не без потерь а вот мой господин… Да, я падший ангел. Был… а теперь… теперь, не знаю. Похоже, мне не доверяли, раз Герману приказали произвести здесь ритуал вызова демона на крови.

Кевин покосился на Германа, и с ужасом увидел, что труп зашевелился, неторопливо поднялся на ноги, и за спиной его тоже замерцали призрачные черные крылья, постепенно материализовываясь в этом мире.

– Ты своего добился Олифем, я за тебя рад. – Демон окончательно проявился, сделал шаг вперед. – Что ж ты стоишь как истукан? Добей людишек. Ну, а потом займемся Сколиотом. – Исчадье ада выудило из воздуха огненное копье. Демон окинул насмешливым взглядом Олифема.

– Нет, подожди, ну… так нельзя…

– Я так и думал, что тебе не место здесь. Очеловечился. Что ж, ладно, так и быть, я сделаю все сам. Ну, здравствуй и прощай Великий Паладин Вездесущего. Ты хорошо послужил всем нам проводником.

Копье сорвалось в полет.

– Не-е-ет!!! – на пути копья вырос Олифем, удивленно посмотрел на огненное древко, торчащее из его груди, и медленно осел на пол, подминая своим телом черные, поникшие крылья.

– Получи мразь! – взревел Кевин.

Горе и отчаяние заставило его сделать очень непрофессиональный с точки зрения воинского искусства шаг. Так нельзя поступать в битве с явно превосходящим тебя по силам противником. Перехватив эльфийский меч за рукоять на манер копья он швырнул его в демона, вложив в этот бросок всю свою силу, ярость, и магическую мощь.

Демон с усмешкой смотрел на летящий в него меч, и даже не пытался увернуться. Что для него, падшего ангела, жалкое оружие смертных людишек? Улыбка замерла на его устах, когда соприкоснувшись с бессмертным телом меч превратился в огненное копье, и пробил все магические защиты исчадия ада. Раздался дикий вопль. Дважды убитое тело Германа рухнуло на пол уже свободное от падшего ангела, вышвырнутого обратно в преисподнюю.

– Люка!!! – Юлия, рыдая, припала к груди своего возлюбленного, орошая безжизненное лицо слезами, и осыпая его поцелуями, – не уходи!!!

Кевин с Офелией потрясенно смотрели на Олифема, над которым рыдала сестренка герцогини.

– Ой, мамочки, – всхлипнула Офелия, – мне его так жалко. Он хоть и бес, но был такой хороший.

– Он падший ангел, – Кевин прижал девушку к своей груди, нежно провел рукой по ее волосам.

– Да какая теперь разница?

– Он знал… – юноша прикусил губу, чтобы самому не разреветься как девчонка, – …уже когда мы активировали книгу Святого Сколиота он знал где находится Исуда, и с его возможностями мог без нашей помощи проникнуть сюда. Но он шел до конца, а потом отдал жизнь за нас.

Внезапно подземелье озарилось призрачным светом, льющимся откуда-то сверху, заставив всех замереть.

– Любая заблудшая душа может заслужить прощение, если покается в своих грехах и сделает это искренне, – прошелестел по подземелью чей-то мягкий, добрый голос. – Ты заслужил прощение не столько словами, сколько делами Олифем. Встать на сторону добра и отдать жизнь за друга способен не каждый.

Лицо Олифема порозовело. Падший ангел открыл глаза, сел, недоуменно посмотрел на свои крылья, которые медленно перекрашивались, меняя цвет. Они белели на глазах.

– Ты… меня простил? – Олифем недоуменно потряс головой, разметав по плечам белоснежные волосы, которые тоже сменили колер.

– Да, ты достоин занять место у подножия моего трона.

В призрачном свете проявилась золотая лестница, уводящая вверх, за своды подземелья.

Юлия смотрела на своего избранника, пыталась что-то сказать, но не могла. Губы ее подрагивали, в глазах плескалась радость, от осознания того, что любимый ожил, и отчаяние. Девичье сердце предчувствовало разлуку, но не хотело мириться с ним.

– Это что, Бог дал, Бог взял, да? – внезапно с вызовом спросила она, задрав голову кверху.

– Каждый из вас свободен в своем выборе… – прошелестел по подземелью тот же мягкий голос.

– Аллах акбар! Слава тебе Господи! Вот на этом давай и остановимся, – Олифем поднялся с земли и тоже задрал голову, – послушай, Вездесущий, я был когда-то рядом с тобой, был и по другую сторону баррикад, но мне надоело смотреть на созданные тобой миры то сверху, то снизу. Это мир прекрасен, здесь мои друзья, – Олифем подтянул к себе сразу расцветшую Юлию, – так позволь мне остаться в нем обычным человеком.

– Ты всегда был непокорным ангелом, Олифем, – раздался сверху легкий смешок, – и всегда все делал по-своему…

Кевин затаил дыхание. Несколько мгновений в подземелье царила абсолютная тишина. Юлия с Офелией сжали кулачки, а Олифем зачем-то сунул за спину руку, и скрестил под крыльями пальцы.

– Ну, что ж, ты сделал не самый худший выбор, я тебя благословляю…

Яркая вспышка света на мгновение ослепила Кевина и его друзей, а когда зрение вернулось к ним, в подземелье уже не было ни призрачного света, ни золотой лестницы, ни Олифема. Вместо него перед друзьями стоял Люка, растянувший рот до ушей в счастливой улыбке.

– Ха! Отмазался! – радостно завопил он, схватил в охапку Юлию, подтянул ее к себе, и смачно поцеловал в губы, – а что, мальчики, девочки, не устроить ли нам маленький бордельеро по этому поводу?

– Сколько ж в тебе еще осталось от бесенка… – невольно рассмеялся Кевин, обнимая Офелию.

– Мера добра и зла в душе человека… а я ведь теперь человек! Нет, за это определенно надо выпить! В конце концов, должны мы устроить приличный мальчишник, а заодно и девичник, пока наши принцессы нас окончательно не захомутали? Предлагаю это сделать в «Тихой гавани». В заведении Сильверучи подают прекрасный эль. Перед свадьбой надо как следует оторваться. Шеф, твори портал и подгребай туда всю нашу кома…