Игры с богами. (Трилогия) - Малиновская Елена Михайловна - Страница 144

– Я распоряжусь, чтобы тебе предоставили комнату для отдыха, – почтительно наклонила голову глашатая.

– Позаботься также о том, чтобы там нашлось место и для моего пленника, – сухо распорядился Ронни. Улыбнулся при виде удивления на лице вестницы бога и негромко пояснил: – Один раз твои люди уже упустили его. Я не желаю, чтобы нечто подобное произошло вторично. Да и мало ли какие глупости он может задумать. Пусть остается рядом, – так мне будет спокойнее. В настоящий момент Далион – единственная возможность выманить Эвелину из укрытия.

Глашатая покраснела от столь недвусмысленно высказанного недоверия, но ничего не ответила. Лишь поклонилась и вышла за дверь. За ней поспешили и телохранители, на лицах которых еще явственно читались недоумение и растерянность, вызванные вызывающим поведением чужака. Ронни проводил их спокойным взглядом и, дождавшись, когда плотно закроется дверь, буквально со стоном рухнул на стул.

– Устал, – доверительно признался он. – Мало того что на ногах столько времени, так еще и с вашей главной общаться – приятного мало.

– На твоем месте я бы поостерегся оскорблять ее, – укоризненно произнес Далион. – Во-первых, ты не на своей территории, а во-вторых, она все же вестница бога. Голос и карающая длань Высочайшего.

– Она просто марионетка и глупый ребенок, вообразивший невесть что, – невежливо прервал его Ронни и тут же успокаивающе поднял вверх руки, показывая, что не намерен развивать эту тему. – Давай не будем продолжать пустой спор. У нас разные боги, и мы вряд ли сумеем понять друг друга.

– Вообще-то я и сам не вполне понимаю шестого Высочайшего и того, кому он служит, – тихо признался Далион. – Живым трудно поклоняться богу мертвых. Поэтому моя стихия – огонь. С ним договориться легче.

– Вот как? – с удивлением отозвался маг. – Не думал я, что на островах тоже почитают Старших и Младших Богов. Наверное, тебе было интересно обучать Эвелину. Ведь она вполне могла бы стать сородичем тебе.

– У нас нет родов, – отмахнулся собеседник. – Каждый просит помощи у того божества, которое слышит его молитвы. Но только из-за этого разделяться на кланы или семейства… Неразумно как-то.

– Поэтому вы придумали другую иерархическую систему, – фыркнул от невеселого смеха имперец. – У нас – пять родов и безродные, у вас – гончие и добыча. Или вы предпочитаете называть это послушным стадом? По аналогии, так сказать.

– Я предпочитаю любого считать прежде всего человеком, – с достоинством возразил Далион. – Вне зависимости от его верований и происхождения. Иначе твоей племяннице повезло бы гораздо меньше в момент нашей встречи. Особенно если учесть, что тогда она собиралась убить меня.

– О да, это Эвелина может, – кивнул маг. – Не разобравшись в деле – сразу же лезть на рожон. Не волнуйся, я учту твое милосердие по отношению к ней, когда буду думать, что с тобой делать.

Далион промолчал. Лишь с тоской посмотрел в окно, за которым начиналась метель. Настоящее снежное безумие – с порывистым ледяным ветром, от которого дрожали стекла и хотелось как можно ближе придвинуться к теплой печи.

«Интересно, как там Эвелина? – мелькнула у него в голове беспокойная мысль. – Не замерзла ли? После превращения требуется много энергии. Надеюсь, ей хватит еды».

Ронни догадливо усмехнулся при виде погрустневшего лица недавнего противника, но сказать ничего не успел. В дверь пугливой мышкой проскользнула молоденькая служанка, которая несла в руках целый ворох постельного белья и одеял.

– Глашатая просила узнать, не будете ли вы возражать против этой комнаты в качестве места отдыха? – на одном дыхании выпалила она, избегая смотреть в сторону чужака.

– Нисколько, – пожал плечами имперец. – Только побыстрее, пожалуйста.

Далион в очередной раз поразился поведению мага. Если с глашатой он вел себя излишне вызывающе и нагло, то служанка удостоилась куда более вежливого обращения. Мужчина ей даже помог, перехватив тяжелые одеяла из рук девушки, когда она пыталась заправить постель.

– Спасибо, – прошептала служанка, заливаясь пунцовой краской смущения.

– Не за что, – выдавил из себя блеклую улыбку Ронни, бросая поверх свежего белья пару подушек и спустя пару мгновений сам падая прямо в одежде на кровать. Только сапоги успел снять.

Девушка так же быстро застелила лавку, которая отводилась Далиону. Тот поблагодарил ее легким кивком и осторожно присел на краешек постели, недоумевая, что делать дальше.

– Спи, – не поворачивая к нему головы, посоветовал имперец. – Сбежать ты все равно не сумеешь – я поставил на тебя, помимо охранных, еще парочку оглушающих заклинаний. Сделаешь только шаг из комнаты – они сработают. Меня тоже вряд ли убьешь. От всего сердца советую – не пытайся.

– Можно вопрос? – с некоторой робостью поинтересовался пленник, в свою очередь во весь рост вытягиваясь на лавке. Сочтя паузу за знак согласия, продолжил: – Почему ты был так мил с прислугой? Глашатой от тебя досталось намного больше. А ведь она куда важнее в нашем обществе…

– По твоей логике, на обычного крестьянина я вообще должен набрасываться с мечом и сразу же рубить несчастного в капусту? – с усилием усмехнулся маг. – Я веду себя так, как заслуживает собеседник. Служанка выполняла свои обязанности, и выполняла неплохо. Если бы я высказал свое недовольство – она, чего доброго, еще бы разрыдалась и убежала. И ждать мне заслуженного отдыха тогда еще невесть сколько. А глашатая…

Ронни сладко зевнул и вполголоса закончил, почти засыпая:

– Если не можешь играть по взрослым правилам – лучше не берись. Если не в силах осадить врага – не вступай с ним в разговоры или переговоры. Своей беспомощностью ты только распаляешь азарт противника. Понятно? И закончим на этом. Иначе еще одно слово с твоей стороны – и я…

Маг не закончил своей угрозы, незаметно для себя провалившись в глубокое забытье. Далион приподнялся на локте, с сомнением взглянув на мирно и безмятежно сопящего чужака. Интересно, что произойдет, если все же попробовать захватить его?

Несмотря на всю привлекательность этой идеи, гончей все же с сожалением пришлось от нее отказаться. Пока чужак не сделал ничего, что заставило бы усомниться в его силах и способностях. В любом случае – выбраться из поселка с боем практически невозможно. А схватка неминуема: вряд ли чужак будет молча и благодушно наблюдать за тем, как Далион попытается сбежать.

Мужчина вздохнул и опять опустил голову на подушку. Через миг он уже сладко спал, не видя, как Ронни только теперь разжал пальцы на рукояти меча, который лежал у кровати подле него.

Далиону казалось, будто он едва-едва закрыл глаза, как кто-то настойчиво и весьма невежливо потряс его за плечи.

– Вставай, – услышал он злой и насмешливый голос чужака. – В могиле отоспишься.

Рука гончей машинально метнулась к поясу и в недоумении застыла, не найдя оружия на привычном месте. Только после этого Далион сообразил, где он находится и что с ним произошло за последние сутки. Ничего не оставалось, как стряхнуть с себя последние остатки дремы и сесть.

В комнате, кроме него и имперца, никого не было. Видимо, маг разбудил его сам, решив не дожидаться прихода людей вестницы бога.

– К чему тянуть, – объяснил Ронни свое столь раннее пробуждение. – Я более-менее пришел в себя. Тем более что уже вечереет. Да и Эвелина в самом деле, чувствую, уже окончательно замерзла в этом лесу. Пора возвращать блудную, окоченевшую дочь в лоно семейства.

– Недавно ты говорил, что император Рокнара хорошо бы мне заплатил за истинное имя Эвелины, – потягиваясь, произнес Далион, словно не замечая настороженного взгляда имперца.

– Говорил, – недовольно буркнул тот. – Неужто надумал продаться?

– Да нет, – широко улыбнулся пленник. – Просто захотел узнать – какие блага император даровал тебе за племянницу?

Все благодушие в один момент с чужака слетело. Он так сильно побледнел, что Далион даже испугался – не упадет ли имперец в обморок. Но Ронни совладал со своими чувствами и чуть слышно прошипел: