Игры с богами. (Трилогия) - Малиновская Елена Михайловна - Страница 126

– Здесь очень душно, – тихо, скорее разговаривая сама с собой, пожаловалась девушка. Нарочито медленно провела рукой по лбу, стирая маленькие капельки пота. Дернула за шнуровку простой светлой рубахи, будто от нехватки воздуха. Мужчина поперхнулся, округленными от изумления глазами наблюдая за действиями чужачки.

– Вам так не кажется? – вежливо поинтересовалась она, робко и немного застенчиво улыбнувшись. Охранник едва не ответил ей, обманутый невинным выражением лица девушки, но в последний момент спохватился, нахмурился и с мрачной решимостью на лице сделал шаг вперед. Эвелина поняла, что он сейчас возьмет ее за локоть и насильно усадит на опостылевший стул, невзирая на сопротивление.

Девушка не стала дожидаться прикосновения мужчины. Напротив, первой взяла его за руку и легонько сжала пальцы. Рослый детина совершенно неожиданно для себя смутился и покраснел, отводя взгляд. Ему почему-то казалось, что сейчас происходит нечто постыдное и запретное.

– Я очень хочу пить. – Бархатный печальный голосок хрупкой девушки, которую он прежде никогда не видел, вкрадчиво вползал в его сознание. – Пожалуйста. Вы же добрый человек.

Мужчина разгневанно вскинул голову и попытался отдернуть руку. Ему было необходимо выполнить свой долг любой ценой. Глашатая приказала, чтобы он следил за этой темноволосой чужачкой, не давая той ни малейшей поблажки. Столько – сколько потребуется. Не его вина, что этой незнакомке приходится страдать от жажды и голода. В конечном итоге она сама виновата – хотя бы тем, что навлекла на себя гнев старших гончих.

Внутренний монолог охранника захлебнулся, как только мужчина случайно посмотрел в почти черные глаза девушки, в которых блуждали зеленые искорки недовольства. Чужачка, склонив голову, с интересом наблюдала, как ее противник внезапно сильно побледнел.

– Помоги мне, – прошептала девушка. Она даже не стала прибегать к магии, вовремя вспомнив слова Далиона о том, что в этих местах колдовство бесполезно. Просто позволила зверю на миг выглянуть из ее души.

– Конечно, – запинаясь, отозвался мужчина. Неловко одной рукой отстегнул флягу от пояса и протянул ее имперке.

– Спасибо, – с легкой усмешкой поблагодарила Эвелина. Затем с жадностью припала к столь желанной воде.

Она едва успела утолить жажду, как дверь резко распахнулась. В комнату ворвались несколько мужчин, которые умело оттеснили ее от порога.

– Лови! – кинула флягу недавнему тюремщику девушка. Тот машинально поймал ее, потом с недоумением потряс головой, еще не совсем понимая, что произошло.

Тем временем строй молчаливых охранников разошелся в стороны, пропуская в помещение глашатую Безымянного Бога. Эвелина с любопытством смерила девчушку взглядом. Казалось, что с момента их последней встречи ничего не изменилось. Глашатая все так же была босой и одета в простое черное одеяние, свободными складками падающее до самого пола.

– Подойди ко мне, – приказала она, уставившись прямо на чужачку невидящими бельмами глаз.

Девушка скептически покосилась на ближайшего телохранителя, который, не скрываясь, держал в руках обнаженный острый клинок. Интересно, если она слишком резко пошевелится, не сочтут ли это попыткой покушения? Эвелина уже давно поняла: людям не привыкать убивать. Главное, чтобы их преступления были хоть чуточку оправданны в собственных глазах. И облегчать жизнь тем, кто желал ей смерти, чужачка не собиралась.

– Не бойся, – словно почувствовав сомнения бывшей ученицы императора, мягко произнесла глашатая. – Тебе не причинят вреда. По крайней мере пока.

Эвелина едва сдержала невеселую усмешку после этих слов собеседницы. Но подчинилась. Сделала несколько шагов и встала рядом с глашатой. Чуть поморщилась, когда та с силой вцепилась ей в руку.

– Ты ведь не откажешься составить мне компанию на прогулке перед началом сбора? – мило улыбнулась девчушка. – Пожалуйста.

– Разве у меня есть выбор? – риторически поинтересовалась Эвелина. Ответа, как она и ожидала, не последовало.

Солнечный свет больно ударил по глазам, когда они вышли наружу. За ночь ощутимо подморозило, и сейчас снег миллиардами острых граней хрустел под подошвами ботинок. Тень Далиона в очередной раз поежилась, увидев, как беззаботно идет глашатая босиком по сугробам. Эвелине было холодно даже смотреть на нее.

– Ты не сердишься на меня? – первой начала разговор вестница, небрежно откидывая прядь светлых волос со лба.

– За что? – спросила чужачка.

– Ну как же, – улыбнулась глашатая. – Тебе пришлось достаточно долгое время просидеть в одиночестве – без еды и питья. Тем более, как ты, наверное, уже поняла, в воздухе, напоенном ароматом жажды.

– Нет, не сержусь, – покачала головой Эвелина. – Правда, я не поняла, к чему было это представление. Вы ожидали, что я наброшусь на охранника с кулаками, пытаясь отобрать его флягу?

– И это в том числе, – кивнула ее собеседница. – Просто я не смогла удержаться от любопытства. Видишь ли, ты сейчас прошла испытание, которому подвергаются все желающие стать старшими гончими. Мне стало интересно, сумеет ли ученица Дэмиена справиться с этим заданием.

– Бывшая ученица, – поправила чужачка, поморщившись от слов глашатой. Затем, заинтересовавшись, задала вопрос: – И как? Я справилась?

– Вполне, – рассмеялась девчушка. – Многих на моей памяти приводили в ту комнату. Кто-то, не выдержав, начинал умолять о пощаде. От этих я отказывалась сразу же. Кто-то пытался сразиться с охранником. Тут все зависело от их мастерства и отваги. Те, что побеждали, становились старшими гончими. Те, что проигрывали, получали второй шанс через какое-то время. Если они доживали до повторной милости, конечно. Обычно жизнь младшей гончей – весьма кратковременное явление.

– А еще какие-нибудь пути выхода из ситуации есть? – продолжила расспросы Эвелина.

– Да, конечно, – пожала плечами глашатая. – Ты ведь нашла. Кстати, до тебя таким способом никто не воспользовался. И никто не вышел из комнаты столь быстро.

– Я польщена, – хмыкнула чужачка.

– Жаль, – небрежно обронила девчушка. – Жаль, что ты не гончая. Я бы с радостью предоставила тебе изрядный кусок владений. Думаю, ты вела бы охоту справедливо и достойно. Я еще раз убедилась, что Дэмиен умеет воспитывать своих учеников.

Эвелина промолчала. Она с тоской огляделась по сторонам. Нет, невозможно бежать. Телохранители хоть и отстали, но все же не так сильно, как хотелось бы. Да и куда убежишь без теплой одежды? Меховой плащ остался в том доме, который выделили им для ночлега. Девушка уже изрядно замерзла, будучи слишком легко одетой для такой погоды. И она не понимала, как глашатая может разгуливать босиком при таком морозе.

– Не беспокойся за меня, – без труда прочитала ее мысли девчушка. – Служение Богу наделило меня множеством способностей. И возможность не чувствовать боль или холод – лишь одна из них.

– Но вы не Высочайшая? – на всякий случай поинтересовалась чужачка, решив перепроверить слова Далиона.

– Ты же знаешь, что нет, – терпеливо повторила собеседница. – Я лишь голос и глаза наместника Бога. И его карающее оружие, в случае необходимости.

– Я не понимаю, – глухо призналась Эвелина. – Почему Высочайшего Безымянного Бога нельзя увидеть? К чему такая таинственность?

Глашатая остановилась и повернулась лицом к бывшей ученице императора. Незрячие глаза ее смотрели без всякого выражения прямо перед собой.

– Разве смерть можно увидеть? – с насмешливой улыбкой отозвалась она. – Смерть приходит во множествах обличий, но для каждого умирающего ее лик по-своему прекрасен. Ты должна это знать. Ведь сама была на пороге обители богов уже трижды. Первый раз – когда тебя ласкала Младшая Богиня.

Девчушка протянула руку и коснулась седых прядей в волосах Эвелины. Той потребовалось все ее мужество, чтобы не отшатнуться. Тень Далиона с горечью признала, что ее пугали необычные способности глашатой неведомого божества.

– Второй раз, – продолжила между тем собеседница, словно не заметив реакции чужачки, – второй раз ты умирала после бегства из Академии. Тогда боги даже вознаградили тебя за перенесенную боль – позволили увидеть родителей и наставницу. Ну а третий раз из объятий смерти тебя вытащил твой хозяин. И получил возможность разглядеть твою истинную суть. Хотя у тебя так много имен, что даже мне интересно, почему боги были так благосклонны к тебе.