Игры с богами. (Трилогия) - Малиновская Елена Михайловна - Страница 110

– И что придумал? – иронично изогнув бровь, спросила девушка. – Перебить кучу народу, а вину возложить на меня? Очень умно. Но ты так и не сказал, как намереваешься объяснить Далиону его просчет с клятвой.

– Легко, – хмыкнул Шари. – Мой глупый друг и сам знает, что ты при особом желании можешь убить скольких угодно. Потому как, девчонка, у тебя два истинных имени. Да, одно из них данное тобой слово отнимет. Но зверю для убийств с лихвой хватит и второго.

– О чем ты? – с недоумением переспросила чужачка. – Ни у одного человека не может быть двух имен. Ты, верно, бредишь.

– Отнюдь, – ухмыльнулся мужчина. – Считается, что ни один человек не может повелевать силой двух стихий. Однако над твоей головой благословение двух богов. Да кому я рассказываю? Сама же прекрасно знаешь, что ты владеешь магией и огня, и воды. Это ты с легкостью продемонстрировала мне и Далиону при первой схватке с перекидышем. Мой друг сначала не поверил глазам. Потом, когда вытаскивал тебя из объятий смерти, разглядел истинную твою суть. Точнее – две сути под одной оболочкой. Удивился настолько, что рассказал обо всем Ирре, а та, в свою очередь, поведала мне. Тогда у нас еще были более теплые отношения.

– Мерзавец, – прошептала женщина, плотнее закутываясь в шаль.

– Да ладно тебе, – ни капли не смутившись, рассмеялся Шари. – Я полагал, ты поддержишь меня. Но почему-то нашей милой Ирре пришлась не по вкусу идея убить тебя. Настолько не по вкусу, что она наотрез отказалась участвовать в этом. Хотя ранее помогла мне спрятаться от Далиона. Верно, услышала, как я ворковал со своими девочками. Рассказывал настоящую причину своего изгнания.

– Никогда не любила насильников, – выдохнула женщина, с отвращением посмотрев на старшую гончую. – Я-то полагала, что ты поссорился с Далионом из-за происков Эвелины. Будто она наговорила гадостей и глупостей про тебя, а тот и поверил. А на самом деле вон как все оказалось.

– Жаль, – холодно улыбнулся мужчина. – Твое благородство погубит тебя. Ты просто умрешь сразу же вслед за девчонкой. Принципы и мораль – жутко неблагодарное дело. Без них жить намного проще.

Чужачка усмехнулась от последних слов гончей. Затем смерила Дарию и Райю, перешептывающихся за спиной Шари, презрительным взглядом. Те, заметив это, сразу же смолкли.

– Поэтому ты использовал этих дурех? – негромко поинтересовалась Эвелина. – У них уже не осталось принципов и морали?

– Не только, – мягко поправил ее собеседник. – Во-первых, мне всегда было легче найти общий язык с девушками. Любят меня они. А во-вторых, от них ты меньше всего ожидала подвоха. Правда, Нор едва не спугнул тебя. Я не хотел его привлекать. Но Райя рассказала о том, что между вами завязываются какие-то отношения. Она у меня наблюдательная девочка. Вот я и решился. Пообещал денег и свободу. Ведь на самом деле Нор совершенно не хотел быть младшей гончей. Он слишком жалостлив для этого. И слишком любит жизнь. А вот с девочками было проще.

– Пообещал им роль тени старшей гончей? – невежливо перебила мужчину чужачка. – Только их две, а место – одно. Заставишь сражаться друг против друга до победного, пока не останется лишь одна?

– Зачем же? – возразил Шари. – Мне ведь тоже по статусу положена тень. Просто до этого я не хотел утруждать себя личным учеником. Это хлопотно и предполагает отказ от многих удовольствий. Но ради такого дела – почему бы и нет.

Эвелина глубоко вздохнула. Запрокинула голову к небу, выискивая среди облаков полную луну.

– Ну же, – прошипел мужчина. – Призывай своего зверя. Мне будет легче жить на свете, если я убью перекидыша, а не безоружную девчонку. Впрочем, это не помешает мне в крайнем случае собственноручно свернуть твою хрупкую шейку.

Девушка лениво потянулась. Потом прикинула взглядом расстояние. В шаге от нее – Шари, сразу за ним жмутся две гончие. Вполне выполнимая задача для бывшей ученицы императора.

– У тебя был великолепный план, – низким, рокочущим голосом произнесла Эвелина. – Но ты не учел одной маленькой детали.

– Какой же? – удивленно вскинул брови мужчина.

– Вот этой, – любезно пояснила чужачка. Затем одним резким движением метнула в гончих тугой зеленый шар. Шари шарахнулся было в сторону, но заклинание уже обвивало его множеством ловчих нитей, бережно спутывая руки и ноги мерцающим слабым светом. Та же участь постигла и девушек. Миг – и эта троица более не опасна.

Эвелина присела на корточки перед поверженным врагом и прошептала, глядя в налитые яростью и злобой глаза:

– Не всякая магия несет вред. Это заклинание не причиняет вам ни боли, ни каких-либо неудобств. Таким образом, клятву я сдержала. Если бы вы рассредоточились по двору – мне было бы очень трудно охватить такую площадь. Но ты всегда был самоуверен. Самоуверен и слаб в колдовстве. Поэтому и не учел этой малости.

Где-то неподалеку всхлипнула Ирра. Затем, не сдерживаясь более, разрыдалась в полный голос. Застонал, приходя в себя Ранол. Только Нор молчал, не смея поднять взгляд на неожиданную спасительницу. Эвелина слабо улыбнулась и с наслаждением зажмурилась, поймав в плен зрачков лучик лунного света. Зверь удовлетворенно рыкнул и вновь задремал, дожидаясь своего законного времени.

Эвелина окинула еще раз придирчивым взглядом поднос, который ей предстояло нести в комнату. Несколько ломтей хлеба, жареное мясо, овощи и даже три наливных зрелых яблока. Пленники останутся довольны. Если можно, конечно, чувствовать радость, будучи надежно запертыми в одной из комнат дома и дожидаясь скорого справедливого судилища.

Девушке пришлось взять на себя вопрос кормления плененных гончих. Больше некому. Не Нора же с Ранолом посылать к разъяренному Шари, который не упустит ни малейшего шанса на освобождение. Не говоря уж про Ирру. Нет, в таких делах лучше перестраховаться. Хватит с нее одного раскрытого заговора.

Бывшая ученица императора лично зачаровала дверь небольшого темного помещения, куда под ее бдительным руководством оставшиеся младшие гончие перенесли обездвиженных товарищей. И только после этого она немного распутала паутину ловчего заклинания, впрочем, не снимая его полностью. Конечно, Шари слаб в магии, но рисковать Эвелина больше не хотела. Она не допустит ошибки старшей гончей, переоценившей свои силы и умения. Поэтому заклинания приходилось обновлять после каждого визита. Поневоле девушка задумалась – не исчерпает ли она вновь свой магический ресурс в самый неподходящий момент. Ей слишком много приходилось колдовать в последнее время.

Одно радовало – до возвращения Далиона оставалось совсем ничего. Тогда она сложит с себя эту утомительную обязанность – по три раза в день обеспечивать заговорщиков едой да выносить из комнаты ведро, играющее роль уборного места.

Эвелина вздохнула. Надо признать – она искала малейшей возможности, чтобы отсрочить неприятный визит. Мало кого обрадует необходимость выслушивать оскорбления и проклятия в свой адрес. Правда, буйствовал один Шари. Девушки обычно молчали, забившись в самый дальний и темный угол комнатенки. Сказать по правде – тени Далиона было их жаль. Тяжело сохранить благородство и самостоятельность, если попадаешь под влияние намного более хитрого и опасного человека, поднаторевшего в предательстве ближних.

Откладывать посещение пленников дальше становилось просто глупо. Девушка поморщилась и встала. Лучше сразу разделаться со всем. Тогда вечер можно будет провести более-менее свободно, не оглядываясь на невыполненные обязательства. Быть может, даже найти время переговорить с Нором и Иррой. Те избегали ее общества с ночи превращения. Если женщину еще можно было понять – не каждому приятно откровенничать с бывшим врагом, – то причины младшей гончей, заставляющие его поступать подобным образом, оставались для Эвелины совершенно непонятными. Чего он боится? Все уже давно обговорено и понято. Да, неприятно, конечно, что Нор сначала помогал Шари, но кто из нас не ошибается. По крайней мере, юноша нашел в себе силы и мужество отказаться от преступного замысла практически сразу, когда понял истинные намерения старшей гончей.