Удача любит рыжих. (Трилогия) - Быкова Мария Алексеевна - Страница 78

— Ладно, иди… — в промежутке между двумя зевками сказал он. — М-мяу-у… Привет своему магистру передавай.

— Которому? — не поняла я.

— Да без разницы, мр-р, я их все равно всех знаю…

Я вошла в просторный вестибюль, оставляя за собой мокрые следы, — грязный снег, налипший на сапоги, незамедлительно таял, размазываясь по белоснежному мраморному полу. Впрочем, пол был уже не такой уж и белоснежный: таких, как я, было много и грязи на мраморе хватало с избытком.

Народ бегал, сидел, читал, группировался кучками и строился в несколько длинных очередей. Не сразу разобравшись во всем этом хаосе, я завертела головой и вскоре поняла, что сначала надо сдать плащ, потом — зарегистрироваться у одного из шести столов сообразно своему возрасту и курсу, ну а потом уже можно бегать, читать и болтать.

Я сдала плащ в гардероб, порадовавшись тому, что в один из свободных вечеров, не зная, куда девать руки, я от нечего делать пришила к воротнику изнутри тесемочную петельку. Мне выдали номерок — металлический, очень изящный, с аккуратно выгравированным номером на одной стороне и ковенской совой на другой, — я засунула его в карман и отправилась искать стол для первого курса.

Найти его оказалось просто — он стоял с самого краю, и очередь туда, на мое счастье, не была особенно велика. Я пристроилась ей в хвост и, постояв минуты три, подошла к столу.

— Имя? — невыразительно спросила ведьма-регистраторша. То ли этим вопросом, то ли общим впечатлением она немедленно напомнила мне давешнего кота. — Фамилия? Образовательное учреждение?

— Яльга Ясица, Академия Магических Искусств! — заученно отбарабанила я.

— «Ясица» как пишется — с одной «с» или двумя?

— С одной…

— Замечательно. Имя и фамилия преподавателя?

— Эгмонт Рихтер! — столь же заученно ответила я.

Стало тихо.

— Э-э… как вы сказали? — откашлялась ведьма. — Кто-кто Рихтер?

Я сглотнула, вспомнив, чья на самом деле я ученица. На сегодняшнем мероприятии боевой маг значился в моих наставниках в последнюю очередь.

— Я хотела сказать — Шэнди Дэнн. «Н» на конце фамилии две штуки.

Ведьма заскрипела пером.

— А чего это вы про коллегу Рихтера вспомнили? — сладким голоском уточнила ее соседка слева — упитанная чародейка с короткими светлыми волосами.

Я с должным смущением поскребла ножкой пол.

— Ну-у это… любимый учитель, да!

— Ах, люби-имый! — умилилась регистраторша. — Ну да, ну да! Как же, помню коллегу Рихтера, прекрасно помню! И вас, адептка; отлично понимаю: по нему, наверное, половина Академии сохнет!

— Сохнет, — с чистой совестью подтвердила я. — Ну а я больше всех…

Потому что стирает чаще всех, мрыс дерр гаст! Тоже мне проекция Полин, только еще и с клыками…

— Вот возьмите, здесь все написано. — «Моя» ведьма не глядя сунула мне в руку кусочек пергамента. — Следующий!

Я отступила в сторону, рассматривая полученное. Так… номер аудитории, краткая схемка первого этажа с пульсирующей на ней фиолетовой точкой. Точка, надо полагать, это я и есть. Для проверки сделав несколько шагов в сторону, я убедилась в правильности этой догадки: точка двигалась в одном со мной режиме, разве что масштаб у нас был разный.

С другой стороны пергамента сурово смотрела пресловутая сова. Взгляд у нее был как у опытного сыскаря-дознатчика: круглые глаза так и впивались в душу, сразу хотелось вспомнить, где я была вчера вечером и кто сумеет это подтвердить. От греха подальше я перевернула листок, и почти сразу же в зале раздался голос, усиленный заклинанием:

— Уважаемые адепты!

Я немедленно отступила к стенке, прикрывая лицо листочком. Опыт подсказывал, что, когда руководство начинает изъясняться подобным штилем, лучше всего прикинуться ветошью и не отсвечивать. Меня тут же прикрыли менее опытные адепты; отвоевав себе немножко жизненного пространства, я приготовилась слушать речь.

Речь оказалась на удивление кратка и доступна. Очевидно, КОВЕН не любил размазывать кашу по тарелке — приятно было знать, что хотя бы в этом мы совпадаем. Оратор выразил свою радость от встречи с безмерно талантливыми нами («Это да!» — пробормотала я себе под нос), пообещал нам сложные, но интересные задания («Уже интересно, мрыс дерр гаст, особенно с учетом моего профиля!») и посоветовал нам слушаться голоса сердца, что в моем варианте, как правило, было чревато. Наконец, нам пожелали удачи и разрешили удалиться в залы.

Я быстренько сверилась с картой и стала целенаправленно проталкиваться к выходу в коридор.

Наш зал располагался на первом этаже, немножко южнее рекреации. Был он большой, в плане идеально квадратный и довольно светлый. С потолка свисала огромная хрустальная люстра — я не особенно в этом разбираюсь, но, по-моему, она была эльфийская. Подвесок, по крайней мере, там хватало и позолоты тоже. Равно как и весу, так что я немедленно представила, как половчее обрушить ее на голову потенциальному врагу.

Ибо ни стульев, ни парт, ни чернильниц в зале не имелось. Стол, правда, там был, но только один, и за ним, чинно оправляя традиционные мантии, рассаживалось наше жюри. Очевидно, нас ждало практическое задание… я вспомнила зимнюю сессию, экзамен у Шэнди Дэнн и пала духом. Средний хороший результат?! Йе-э, да они от меня и «среднего плохого» не дождутся!

Лучше бы того же Ривендейла послали, он у нас хотя бы герцог…

От тоскливых мыслей меня отвлек какой-то магистр, воздвигнувшийся над столом для жюри. Судя по роскошной мантии — да, именно мантии, как на картинках в учебнике истории! — наглой физиономии и изукрашенному стулу, это был местный Самый Искусный Маг. Скорее всего, некромант, ибо других здесь сегодня все едино не водится.

— Ну что же, господа адепты, — заявил он, обводя нас взглядом. То ли взгляд был такой, то ли тон, но все моментально смолкли и усиленно изобразили готовность внимать. Только мне все было трын-трава: ни Эгмонту, ни Белой Даме некромант конкуренции составить не мог. — Долгих разговоров я разводить не буду: мы с вами коллеги и легко друг друга поймем. Итак, о ходе проведения олимпиады. Как вы все уже догадались, задание будет практическое. — «Е-мое!» — с выражением подумала я. — Для его выполнения вам потребуются мнемо-амулеты. Каждый адепт получит его через несколько минут. Пользоваться этими устройствами крайне просто, и я убежден, что для вас это не составит существенной проблемы. На все про все у вас сорок минут, и этого времени, как показывает опыт, хватает с лишком. А теперь о задании.

Некромант вышел из-за стола и прошествовал на середину зала. Мантия, сшитая из какой-то тяжелой ткани, величественно колыхалась на ходу, и я поняла, какого мрыса она вообще нужна. Штанами и курткой такого впечатления не создашь. Магистру не хватало только посоха, но посохи — увы! — полагаются исключительно главе КОВЕНа.

Остановившись у проведенной на полу черты, некромант величественно повел по воздуху рукой. Жест был красивый, но я не успела даже мысленно съехидничать на эту тему — ибо вдруг поняла, что вот чего-чего, а воздуха там как раз и нет.

Там была стена. Прозрачная, точно лучший хрусталь, стена, уходившая в потолок; прикинуть на глазок ее толщину у меня не вышло, а вот в длину она достигала не более пяти-шести шагов. При желании, кстати, ее запросто можно было обойти — что нам и продемонстрировал все тот же магистр-некромант.

— Перед вами магическая преграда второго рода, — сообщил он, выруливая из-за стены. — Элемент, доступный вашему взору, представляет собой лишь малую ее часть. В настоящий момент она накрыта иллюзией непрозрачности, которую мы, разумеется, снимем уже через пару минут. Вашей задачей будет описать, систематизировать и представить в виде мнемо-образов все то, что вы сумеете увидеть через нее. Задача ясна?

Адепты откликнулись нестройно, но согласно. Хитрый некромант знал, как поставить вопрос: с задачей-то мне все было я интересовало другое. Что означает — «накрыта иллюзией непрозрачности»? Вон какая прозрачная, аж окно через нее видать…