Хроники странного королевства. Двойной след (Дилогия) - Панкеева Оксана Петровна - Страница 73

– Шеллар, – подала голос королева. – Да?

– А что мы будем делать, когда все это закончится?

– Что именно? – встревожился король и даже приподнялся на локте.

– Наш отдых. Когда мы вернемся домой и начнутся будни, обычная жизнь… Какой она будет?

– Какой пожелаешь. – Его величество слегка растерялся, так как не был готов к этому вопросу. – А делать… У королей всегда находится что делать. В частности, я вечно чем-то занят и до сих пор не пойму, как дядя ухитрялся все успевать, спать при этом, как все нормальные люди, и еще по несколько любовниц иметь.

– А что буду делать я? Ты же не думаешь, что жена должна сидеть в своих покоях с пяльцами и ждать, пока ты освободишься?

– Ну что ты, я не для того женился на воительнице, чтобы засадить ее за вышивание. Во-первых, я познакомлю тебя с нашим придворным учителем фехтования, грандмастером, который учил еще меня и моих кузенов. Тебе он понравится, могу тебя заверить. Во-вторых, приглашу пару очень толковых генералов, чтобы ты повышала уровень своего образования до подобающего главнокомандующему. В-третьих, как бы я ни был занят, мы будем много времени проводить вместе… А там видно будет. Через какое-то время у нас появятся дети, это тоже будет отнимать у тебя некоторое время.

– Только у меня?

– Полагаю, да. До меня все двадцать два поколения королей Ортана были воинами, и я надеюсь возродить эту традицию. Воспитание воина следует поручить воину, а не какому-то алхимику-вору, иначе толку не будет. А кто у нас в семье воин? Вот тебе и придется. Может, еще Элмар будет помогать, но…

– Постой-ка, любимый, я не ослышалась, дети были упомянуты во множественном числе? И сколько же ты их хочешь иметь?

– Сколько получится, но не менее двух. Хотя с проклятием покончено, я все же опасаюсь за династию. Вон, у дядюшки было четыре сына, и что получилось? Хотя бы двоих, Кира, придется, как бы тебя это ни огорчало. Элмара я как-нибудь уломаю на бастарда, раз уж он так твердо намерен жениться на Азиль…

– Не поняла?

– Возможно, ты не знаешь, нимфы рожают только девочек. И если Элмар ни разу не сбегает на сторону, сыновей у него не будет. А это было бы очень желательно… Слушай, сегодня последний вечер нашей свободной жизни, стоит ли омрачать его грядущими проблемами? Давай лучше поговорим о чем-нибудь приятном.

– О сейфах? – хихикнула королева. – Кстати, ты мне так и не сказал, что произошло, и за что ты собирался убить Кантора?

– Да никто его не собирался убивать, просто не люблю ничего, навязанного извне, а этот поганец словно забыл, что секс провоцирует у него эманации… Что творилось во дворце, ты бы видела…

– Я бы и увидела, если бы ты не разорвал на мне тунику и мне было в чем выйти из кабинета.

– Извини, я в тот момент совершенно не соображал, что делаю. Никогда больше не сниму амулета. Даже из любопытства. Хотя сейчас эманации Кантора вряд ли могут представлять опасность для моей психики, мне просто не нравится это состояние. Я как-то привык всегда контролировать свои действия. Потому и рассердился на этого нахала. Демоны бы драли этого Орландо с его просьбами…

– Ты о чем?

– Я разве тебе не говорил, почему я взял к себе Кантора, хотя прекрасно осознаю, что от него больше проблем, чем пользы?

– Нет.

– Забыл, наверное. Орландо меня упросил. Ты же помнишь, он все искал способ удержать Кантора подальше от боевых действий. После того случая с невидимкой очаровашку-принца осенило – он решил, что пристроить друга в мою охрану будет надежнее, чем морочить ему голову несуществующими хворями.

– Думает, это поможет?

– Не знаю. Но он так умолял, что я не смог ему отказать. Что ж, остается только постараться и извлечь из удивительных способностей товарища Кантора максимум пользы для короля и отечества, раз уж нам придется терпеть его выходки.

– Шеллар, – засмеялась королева, – ты возмущаешься, ругаешь его всячески, а ведь на самом деле ты его любишь. Несмотря на то что он постоянно дерзит и огрызается.

– Одно другому не мешает. Мэтр Истран тоже души не чает в Мафее, а ругает его по шесть раз на дню… Давай, пожалуй, спать, любовь моя, а то завтра рано вставать, собираться домой… Мне-то ничего, а вот ты не выспишься.

Возвращение королевской четы из свадебного путешествия состоялось быстро и буднично, без пышных торжеств, что, впрочем, никого не удивило. Первым делом король представил свою супругу ее будущим персональным наставникам и оставил в их надежных руках, а затем занялся своими делами. На два часа он заперся в кабинете с Элмаром, после чего принц-бастард выскочил оттуда красный и злой, как демон, ошпаренный тремя ведрами святой воды. После этого Шеллар III пропустил через свой кабинет по очереди всех министров, а затем еще пробежался по дворцу, заглядывая во все дыры. В результате его неукротимой деятельности настроение у всех было испорчено, начиная с Элмара и заканчивая смотрителем королевского музея, который в такой неподходящий момент додумался подкатиться к его высочеству с больным вопросом насчет чакры Трех Лун.

Разумеется, раз уж у его величества выдался такой день, что всем пришлось от него пострадать, как мог оказаться исключением Кантор? Вдоволь наиздевавшись над министрами и придворными, король, естественно, вспомнил о новом телохранителе. И, поскольку никакое дело не занимало у его величества больше пары секунд на раскачку, он вытащил Кантора из Ольгиной комнаты, где влюбленные как раз занимались разбором вчерашней кучи вещей, и поволок к себе для обещанной процедуры прочистки памяти. Судя по недовольному лицу мэтра Истрана, ему тоже не дали времени на моральную подготовку, силком оторвав от каких-то важных дел и поставив перед фактом, что он необходим короне именно здесь и прямо сейчас.

– Вам следовало предупредить меня заранее, – нахмурился придворный маг, выслушав краткое объяснение. – Я бы отменил некоторые дела, запланированные на сегодня.

– А у вас опять посиделки, на которые меня не приглашают? – тут же уточнил король.

– К вашему сведению, кроме «посиделок», как вы изволили выразиться, у меня еще два непутевых ученика, – сварливо проворчал мэтр. – И попрошу вас впредь учитывать этот факт, если у вас появятся какие-либо столь срочные дела. В настоящее время Орландо сидит в учебной комнате Мафея, и, раз уж мне предстоит освежить в памяти школу Высшего Разума, было бы кстати пригласить и его, чтобы заодно проверить и его память. Вы меня об этом как-то просили, если я не ошибаюсь.

– Нет! – невольно вырвалось у Кантора. – Не хватало еще!..

Король тактично промолчал. Мэтр, успешно скрыв улыбку, заверил мистралийца, что вопреки желанию уважаемого дона Диего никакие посторонние свидетели на сеанс приглашены не будут. Орландо подождет. Скорей всего он и сам не хотел бы, чтобы его мистические откровения стали достоянием общественности, так что господа, пожалуй, подвергнутся процедуре восстановления памяти по очереди и порознь. А теперь не соблаговолит ли дон Диего лечь вот на эту кушетку (она кажется достаточно мягкой), устроиться поудобнее и закрыть глаза…

Кантор с осторожностью потрогал кушетку, примостил на ней свою пострадавшую спину и, едва закрыв глаза, тут же почувствовал, что куда-то проваливается.

– Мне здесь не нравится, – решительно заявил он, оказавшись в серо-синем тумане, подозрительно напоминающем тот, в котором за ним гонялась мэтресса Джоана со своими пальцами-иглами. Белоснежное облачко рядом негромко засмеялось.

– Уверяю вас, дон Диего, Джоаны поблизости нет, только вы и я. И ваша память, разумеется. Дайте мне руку, я помогу вам найти нужную дверь.

– Дверь? – приостановился Кантор.

– Разумеется, не дверь в Лабиринт, которую вы и так видите, а другую. Здесь много дверей, но для вас они недоступны, как для неспециалиста. Я здесь, чтобы помочь вам в них сориентироваться.

– А почему я вообще все это вижу? – поинтересовался Кантор, обводя рукой вокруг. – Если эта магия мне недоступна, почему я здесь оказываюсь? Я же не проваливаюсь, когда меня лечат, к примеру, или колдуют…