Как стать чародеем. (Дилогия) - Шумская Елизавета - Страница 78

Для начала она немного повисела на шее своего ненаглядного эльфа и, только успокоившись насчет его целости и сохранности, приступила к лечению остальных.

Особо серьезных случаев не наблюдалось, но кое с кем ей пришлось повозиться. Оставшиеся на ногах пираты перетащили на «Аррау» все ценное и покинули нехило поврежденную «Летящую».

– Ну что, милая? – Эльф подошел как всегда бесшумно.

Она обернулась и одарила его улыбкой, которая, как ни стыдно признаться, почти заставила капитана забыть о здоровье любого из его людей.

– Все хорошо. Жить будут все. Вот эти двое проваляются пару деньков. С остальными сейчас закончу.

Девушка повернулась к нему спиной и склонилась к очередному пациенту, а эльф еле сдержался, чтобы не отвлечь ее от лечения, устроив руки на одной из самых соблазнительных частей ее тела. Скрипнув зубами и сжав кулаки, он напомнил себе о том, что он капитан и здоровье его людей все-таки важнее секса, и уже почти повернулся, но в последний момент довольно грубым рывком притянул ее к себе и впился в сладкие губы. Азарт драки еще бродил в его крови. Была бы его воля, девушка уже лежала бы в кровати и хорошо еще, если в кровати, а не в каком-нибудь менее приспособленном для этого месте.

Скоро Ива присоединилась к ликующей команде, пила хмельное вино за удачу и прижималась к тому, кто ее так любил и хотел.

«Аррау» повернулась и неслась в сторону Хмурого Леса.

Амлерг был столицей небольшого приморского государства. В основном оно жило рыболовством и морской торговлей. Город был отличным перевалочным пунктом. Здесь останавливались все, кто плыл дальше – в северные богатые страны и, наоборот, к другим западным странам и к югу. Кроме того, Амлерг был негласной столицей всей контрабандной торговли. Сюда привозили все краденое, здесь легко можно было найти любую ценность, находящуюся в розыске во всех цивилизованных странах, все запрещенные в них же товары, любые яды и всевозможное оружие. Единственное, что категорически запрещалось в этом городе, – это рабство и торговля рабами. Здесь же любая информация продавалась за звонкую монету.

Т’ьелх радовался как ребенок.

– Обожаю этот город! Ах, Ива, если бы ты только знала, как сладко пахнет свобода этого места!!!

В таком духе он вещал уже на протяжении многих часов. Иве порядком поднадоело его слушать. Поэтому Моргана, подошедшего с просьбой сменить повязку, она восприняла как спасителя.

Когда показался берег, эльф оторвался от осмотра товара на продажу и почти силой нацепил на голову девушки повязку с нарисованной стрелой, перечеркнутой эльфийской руной, обозначающей первый слог имени корабля, пообещав, что теперь ее никто не тронет.

Ива спустилась к себе в каюту за сумкой и кое-какими вещами. Уже поставив ногу на лестницу, выходя из комнаты, она поймала свое отражение в высоком зеркале. Из глубины темноватого стекла на нее смотрела коренастая лихая девчонка в обтягивающих кожаных штанах и покрытой металлическими заклепками черной куртке. Лоб пересекала красная повязка. Волосы были растрепаны. Шею украшали множество амулетов. Запястья звенели браслетами. За голенищами высоких сапог были заметны кинжалы. В темных глазах – вызов. Щеки пылают румянцем. «Боги! – совершенно искренне удивилась травница. – Что-то я себя не узнаю. А где же знахарка из Восточных лесов? Пиратка какая-то! И что этот эльф со мной сделал?» Ива рассмеялась и запрыгала наверх. Ее ждала негласная столица пиратов и контрабандистов!

Команда быстро разбрелась по городу. Ива тоже пробежалась по незнакомому месту. Т’ьелх же куда-то умчался, едва шлюпка коснулась причала.

Амлерг произвел на знахарку небывалое впечатление, но даже не столько обилием любого товара, который можно было себе представить, сколько своим духом. Эльф был прав: дух свободы буквально летал в воздухе.

Вечером небольшая часть команды собралась в кабаке «Пьяный боцман». Почти все мужчины прижимали к себе девок и, совершенно не стесняясь, тискали их на глазах у Ивы. Надо сказать, она даже не удивилась – было что-то такое в этом месте, что заставляло смотреть на все проще. Сюрприз, однако, преподнес Т’ьелх. Он был пьян. Не то чтобы эльф чурался спиртного, но пьяным знахарка его ни разу не видела – навеселе да, но не более.

Увидев девушку на пороге питейного заведения, он с трудом поднялся, опрокинув стул. Достаточно ловко его обогнул и, покачиваясь, дошел до остолбеневшей знахарки. Потом рухнул – очень правильное слово – на одно колено перед ней и начал целовать ее ноги где-то на уровне колен. После этого он добрался до ее рук, не забывая на весь зал вещать, как он ее любит, как хочет на ней жениться и иметь гоблинскую тучу маленьких полуэльфят с ее чудесными глазами и способностями к магии. Не забыл упомянуть, что она вся из себя замечательная и какой великой волшебницей станет, когда выучится, а потому он не хочет ее далеко от себя отпускать. Не забыл сказать, как она хитро справилась с кракеном – кракеном! – и как ее вся команда любит. И уж совсем разоткровенничался, сообщив, что ему хочется порвать всех на мелкие лоскутки, когда они начинают коситься на разные части ее тела. Дальше он пошел по второму кругу, но к этому моменту Ива уже пришла в себя, чуть ли не за шкирку подняла его с колен, и они вместе уселись за столик. Т’ьелх тут же прижал ее к себе, налил ей какой-то странной жидкости. За столом все орали во всю глотку, то ли разговаривая, то ли просто высказываясь, тискали девок, провозглашали тосты, пили какую-то дрянь, пели песни. Причем подобная ситуация наблюдалась повсюду.

Ива храбро хлебала свою выпивку, решив, что коль ей приходится смотреть на подобное, то надо тоже напиться, чтобы все это хотя бы казалось веселым. Надо сказать, план удался – безобразие не прекратилось, но стало веселее. Более того, пьяные откровения эльфа казались жутко романтичными и возбуждающими, шутки смешными, а песни заразительными. С какого-то момента память перестала функционировать, так что проснувшись на широкой уже ставшей привычной постели в капитанской каюте, ни Ива, ни Т’ьелх не смогли вспомнить, как добрались до «Аррау».

Пробуждение было на редкость удачным. Во-первых, полностью отсутствовало похмелье. Во-вторых, факт нахождения в собственной кровати не мог не быть приятным сюрпризом после такой бурной ночи. В-третьих, разбудили ее поцелуи любимого.

Они еще долго нежились меж шелковых простыней.

– Эх, хорошо, – протянул эльф. – Люблю этот город.

– Похоже, я тоже, – зевнула его возлюбленная. – Я только не могу понять, почему нет похмелья.

– О! Именно из-за этого я и люблю этот город, – засмеялся эльф. – Вчера мы пили только их местный ром. Почему-то он не дает похмелья, сколько его ни выпей. Секрет его приготовления здесь охраняют пуще чести своих дочерей.

– Слушай, насчет чести, – встрепенулась знахарка. – Мне вчера показалось или за соседним столиком целовались… и не только мужчины?

– Нет, любовь моя, – хохотнул Т’ьелх. – Ни в коем случае не показалось. Тут очень свободные нравы. И однополая любовь только приветствуется.

– Ну надо же! – вздохнула Ива.

– Что вздыхаешь? – заинтересовался капитан. – Тебе это противно?

– Да нет, – водя ладошкой по его груди, ответила девушка. – Жалко, что скоро надо отсюда уезжать… Скажи, а ты пробовал… ммм… с мужчинами?.. Ну ты понял… Или такой вопрос тебе неприятен?

– Да нет, в общем-то. Ладно, скажу – пробовал. Но учти, что об этом лучше не болтать. Даже здесь.

– И как?

– Не очень, если честно. Ожидал большего. Экзотично, но не более. – Он поймал ее любопытную ладошку, ловко перевернул травницу на спину и припал к ее коже. – Ох, Ива, с женщинами куда лучше…

Знахарка изогнулась, чтобы ему было удобнее, и засмеялась:

– Да?

– Угу.

– Надо попробовать.

С утробным полурыком-полусмехом он накрыл ее губы поцелуем.

Наутро они отправились в путь. Больше всего этому факту радовался Лоренцо, которому порядком надоело болтаться в трюме корабля. Он даже не стал негодующе отворачивать морду, когда Ива погладила его.