Кровь Титанов. (Тетралогия) - Бодров Виталий Витальевич - Страница 231

За спиной слышатся крики, громкий голос его величества перекрывает остальных:

– Доппельгангер! Убейте его! Убейте!

Вот странные люди, им какого-то Доппельгангера убить приказали, а они за мной гонятся! Нажимаю еще, мне нужно будет несколько секунд, чтобы открыть последнюю на сегодня дверь. Что будет, если она не откроется, если Фрол все-таки напутал что-нибудь,– подумать страшно. Стража отстает, отвыкли они бегать, королевскую спальню от фавориток охраняя.

В спешке путаю последовательность нажатия камней, приходится начинать сначала. Вторая попытка тоже неудачна, уж не знаю, где я напутал. Крики стражи слышны уже за ближайшим поворотом. Дверь открывается, когда стражники уже мчатся ко мне. Стрелой вылетаю на берег реки, преследователи буквально висят на плечах. Эх, плаваю я неважно, Бельтару нипочем не переплыву.

– Эй, Ригольд! – окликают меня.

На бегу поворачиваю голову, вижу стоящего на лодке Фрола.

– Далеко собрался? – спрашивает нищий.

Не отвечаю, жадно хватаю воздух губами. Разбегаюсь, прыгаю в лодку, едва не свалив нищего в воду. Фрол хватает весла, и лодка скользит по реке, оставляя погоню бесноваться на берегу. Присаживаюсь на грубо сбитую скамью, силясь отдышаться.

– Хорошо бегаешь,– одобрительно говорит Фрол, налегая на весла.

ГЛАВА 17

– Ящерицу прибил,– похвастался Нанок, волоча за собой добычу.– Крупная, тварь, на обед пойдет.

Лани подозрительно посмотрела на предпологаемый обед. Действительно, ящерица. Большая, с собаку ростом. Зеленая, с причудливыми оранжевыми и черными узорами. Хвост крупной твари доверчиво покоился в могучей руке варвара.

– А она съедобна? – с сомнением спросила девушка.

– Конечно,– возмутился варвар.– Смотри, какая толстая! Сейчас шкуру снимем, на вертел насадим – и в костер. Таль хворост еще не собрал?

– Вон идет,– махнула девушка рукой в сторону, где частично виднелся скрытый под грудой хвороста Ларгет.– Будет тебе костер, не сомневайся.

Таль, натужно пыхтя, свалил свою ношу на землю.

– Замучился,– сообщил он, вытирая рукавом пот со лба.– Искать хворост в горах практически бесполезно. Проще уж в лесу.

Его взгляд упал на валявшуюся на земле ящерицу.

– Что за блин?! Откуда здесь василиск взялся?

– Это ящерица,– гордо пояснил варвар.– Я ее прибил на обед. Вкусная, зараза!

– Сдурел? – Таль выразительно посмотрел на охотника.– Это ж василиск, понял? У нас в Школе такой был… в виде чучела.

– Настоящий василиск? – Лани проявила неподдельный интерес к добыче Нанока.– Красивый! А правда, что от его взгляда превращаются в камень?

– Правда,– ответил Таль.– Ты, горе мое, как уцелеть-то умудрился?

– Я ему в глаза не смотрел,– гордо сообщил варвар.– Сразу камнем и залепил, чтоб не сбежал. Потому как добыча.

Таль восхищенно покачал головой. Василиск, как его учили, противник достойный. Для любого рыцаря считалось подвигом добыть шкуру василиска и положить у ног дамы. Причем первая часть подвига куда сложнее второй.

А варвар, кажется, вовсе и не понял, чем рисковал. Прибил ящерицу и собрался ею же пообедать, понятия не имея, что нет твари ядовитее василиска.

– Слушай,– нетерпеливо сказал варвар.– Давай ты потом расскажешь, какой он страшный? Когда разделаем тушу и подвесим над костром? Ты, главное, огонь разведи, остальное за мной.

– Не лучшая идея,– покачал головой Таль.– Василиск ядовит, даже кровь его смертельна. Потому-то за шкуру василиска и платят бешеные деньги.

– Насколько бешеные? – оживился Нанок.

– Совсем бешеные. Только тебе их не заработать.

– Это еще почему? – набычился варвар.

– Кровь ядовитая,– напомнил Таль.– Начнешь снимать шкуру – помрешь быстро и не без мучений. Лучше скинь его в пропасть, от греха подальше.

– Ни за что,– отказался Нанок.– Засуну его в пустой мешок, а потом продам какому-нибудь сапожнику. Или магу, если попадется.

Ларгет покачал головой. Излечить варвара от страсти к наживе почти невозможно. Разве что хорошо напоив вином. После чего эта пагубная привычка плавно перетечет в безудержное мотовство.

– Лучше выбрось,– настойчиво повторил он.

– Сам потащу,– упрямо сказал Нанок.– Эх, что же мы есть-то будем?

– Пойду поохочусь.– Таль легко поднялся на ноги, подхватил с земли лук.

Вчера доели последнее, а сколько еще идти, неизвестно. Собственно, не урони он сумку с продуктами в пропасть, жить было бы легче. С другой стороны, свались он в эту пропасть сам, продукты и вовсе были бы ни к чему.

– Может, с тобой пойти? – нерешительно предложил варвар. Получалось как-то неловко: парень припер целую гору хвороста, а теперь еще и идет охотиться, потому что Нанок убил совершенно несъедобную ящерицу-василиска.

– А я одна останусь? – возмутилась Лани.

– В самом деле,– согласился Ларгет.– Да и чем ты мне поможешь? Стрелы подавать будешь?

– Оттащу убитого тобой барана,– гордо ответил варвар.– Если подстрелишь толстого, на себе не упрешь. Тут не магия, тут сила нужна.

– Вот тогда тебя и позову,– решил Таль.

Он решительно зашагал вверх по пологому склону. В горах охотиться трудно, вчера вот подстрелил горную козу, или кто это там бежал с рогами, но гордое животное предпочло свалиться в пропасть, лишь бы не достаться врагам. Да еще с Ларгетовой стрелой в боку! Может, варвары Кассарада потому и обходятся камнями, что никаких стрел на такую охоту не напасешься?

Ловко прыгая по камням, Таль достиг вершины склона. Постоял минуту растерянно, скосил глаза на упершееся ему в грудь копье.

– Кто такой? – последовал вопрос.

– Прохожий,– независимо ответил Таль, приходя в себя.– Вы поосторожней, ребята, я все-таки маг. Шаман по-вашему.

Варваров оказалось трое. Таль представлял ахарцев совсем другими – грязными, лохматыми и в грубых, плохо обработанных шкурах. Так о них рассказывали знающие люди со слов других знающих людей. Эти рассказам не соответствовали абсолютно. Толстые кожаные доспехи не блистали, конечно, изяществом, но и лохмотьями их обозвать не получалось. Длинные светлые волосы у двоих были стянуты в пучок, у третьего свободно рассыпались по плечам. Что до грязи, из четверых самым грязным был именно Таль. И ободранным тоже.

– Шаман? – Воин с копьем с сомнением посмотрел на него.– Что, интересно, надо шаману в наших горах? Ты ведь из Квармола?

Таль задумался, стоит ли сознаваться в своей национальной принадлежности. Вполне возможно, что квармольцев здесь особо не жалуют, война ведь. Копьем в пузо – и в пропасть, стервятникам на зависть.

– Точно, квармолец,– согласился другой.– По роже видно. Такой квармольской морды в наших горах и за год не сыщешь.

– Квармолец,– согласился Таль.

– Лазутчик небось? – подозрительно сощурился тот, что с копьем.– Тайны наши разведать хочешь?

– Может, продадим пару? – оживился молодой ахарец с секирой.– У него небось золота полно, а я вчера Агаму в кости проигрался изрядно.

Воин с копьем задумался. По всему видно, разжиться толикой золота ему хотелось. Но патриотизм взял верх.

– Военные тайны только вождь да шаман продавать могут,– внушительно сказал он.– Остальным запрещено. Вот когда до вождя дорастешь, тогда и продашь. Или до шамана, что вернее, ибо какой из тебя вождь?

Таль озадаченно слушал их разговор. Откуда, интересно, варвары взяли военные тайны? Может, украли где?

– На шамана ты не слишком похож.– Тот, что с копьем снова уставился на Таля.– Чем докажешь, что не лазутчик?

– Вот.– Таль продемонстрировал бляху.

– Бляха-муха! Золото! – Глаза варвара нехорошо заблестели.– Эту вещь я у тебя реквизирую. Во избежание.

– Да пожалуйста,– с готовностью согласился Таль. Ахарцу это показалось подозрительным.

– Что-то ты больно легко с ней расстаешься,– сказал он.

– Эта вещь заклята древними великими шаманами Квармола. Кто посмеет отнять – получит проклятие на свою непутевую голову,– независимо ответил Ларгет.