Кровь Титанов. (Тетралогия) - Бодров Виталий Витальевич - Страница 156

– Зачем он тут быть? – поправился Харкул.

– Дык это ж прикид маскарадный, – пояснил Боресвет недогадливому лешему. – На самом деле он человек, понял? А огром, в натуре, только прикидывается.

– Хорошо прикидываться, – одобрил гоблин. – Он и пахнуть, как огр.

– Ну чего пристали? – возмутился ряженый огром. – Да, я настоящий огр – вам-то что до того? Неужели порядочный огр не может иной раз выпить и закусить?

– Дык вы же, в натуре, человечиной закусываете, – возмутился Боресвет.

– Не всегда, – начал оправдываться огр. – Иногда гоблинов жрать приходится…

Харкул зарычал и оскалил клыки. Огр потянулся к булаве.

– Оставь пацана, в натуре, – посоветовал Боресвет. – Пусть хоть раз погуляет по-человечески! Скучно же децил в пещере жить и кости глодать…

– Ясен пень, – согласился огр. – Особенно если кости старые…

– Бола не видели? – поинтересовался Таль.

– Нет, пропал куда-то. – Боресвет поозирался по сторонам, но Бола не заметил. – Блин, и варвар, в натуре, свалил. Ладно, пока король здесь, нас в шею не попрут…

С этими словами он приложился к бокалу.

Когда варвар вернулся в зал, довольный и посвежевший, Бола он нигде не увидел. Нехорошие подозрения заставили его обеспокоиться. Нет, вряд ли, конечно, парень украл Томагавку, но мог потерять (он же легкомысленный, Бол этот, в башке не ветер даже, а ураган) и теперь скрывается от укоризненного взгляда разгневанного варвара.

Он увидел бывшего шута и поторопился его допросить:

– Слушай, пример, ты это… Бола не видел?

– Видел, и неоднократно, – обрадовался Лемур. – Вот сидим мы на последнем привале, вижу – Бол идет. Я ему – как настроение, не трусишь ли? А он мне – да пошел ты в задницу, достал, блин. А я ему – в такую даль да без хлеба? А он мне…

– Да нет, сейчас вот – не видел?

– Дай-ка вспомнить… Нет. Прямо сейчас я тебя вижу. Не могу сказать, кстати, что особо этому рад, но нам, министрам, с какими только отвергами общаться не приходится…

– Тьфу на тебя, – разозлился варвар. – Как был шутом, так и остался!

С этими словами он оставил Лемура и дободался до Таля. Но тот тоже о судьбе Бола и топора осведомлен не был.

– А еще колдун, Беодл тебя забери, – окончательно расстроился варвар.

Лани оказалась более осведомленной и рассказала ему о скандале. Вроде бы во дворце объявился некий маньяк с топором. Все дамы сгорают от любопытства, кто он такой и какой у него… топор. Почему маньяк этот у нее ассоциировался с Болом, внятно объяснить она не смогла, но варвар прекрасно ее понял. Если с топором – наверняка Бол. Кому ж еще быть?

Докопавшись до той дамы, на которую Лани благовоспитанно указала пальцем, варвар тут же получил крайне важные для него сведения. Что он красивый, сильный и мужественный, а вот муж у нее – полное дерьмо и безосновательно ревнует к каждому гобелену. Что жить с ним практически невозможно и она, дама, готова утопиться в ближайшем водоеме, если таковой вдруг случайно отыщется в этой зале.

Нанок, как-то сразу забыв о любимом топоре, предложил поискать водоем вместе. А еще лучше – утопиться в бутылке вина, которая не в пример ближе и доступнее. Дама заявила, что ей абсолютно по фигу, где топиться, и если сильный и мужественный варвар… простите, не знаю, как по имени… составит ей компанию, то…

Как раз в этот момент появилось полное дерьмо, то есть муж. Есть у некоторых мужей такая неприятная особенность – появляться не вовремя и не к месту. Подошедший господин поинтересовался у Нанока, что тому, собственно, надо. На что получил честный и правдивый ответ, что от господина Наноку не нужно ничего, кроме его отсутствия. Господин побагровел на физиономию и стал повышать голос. Нанок, как у варваров принято, послал его на подальше и напряг бицепсы, остро сожалея об отсутствии топора. Добавив притом, что встревать в чужой разговор некультурно, и он, варвар, сейчас это обстоятельно докажет.

Господин сразу поскучнел и ответил, что есть же законы, король, в конце концов. Что он всех наглых варваров по судам затаскает, чтоб другим наглым и варварам неповадно было. Что он у него кровью на каторге умоется… Дальше Нанок слушать не стал, а просто влепил господину в зубы от всей щедрой варварской души. После чего господин лишился дара речи и сознания, растянувшись на полу.

Тут дама повела себя неадекватно. Что такое «неадекватно», варвар не знал, но ему объяснили. Что он, во-первых, грубая скотина, во-вторых, бесчувственный мужлан, а в третьих, наглое животное, которое почти что убило замечательного человека, которого она, дама, любит до безумия. А всяких там варваров ненавидит всеми фибрами души и прочими частями тела. И что все мужики – вообще козлы по определению и от женщин им надо только одного. Правда, она, дама, не знает точно, чего именно.

Нанок выругался, плюнул на пол (предварительно убедившись, что Боресвета поблизости не наблюдается) и пошел на балкон.

Он понял, что находится на верном пути через минуту. Когда заслышал голоса Бола и Томагавки. Оба, поминутно фальшивя и перевирая слова, пели гимн Квармола. Варвар с минуту послушал, вздохнул и принялся подпевать…

Когда перепуганных гостей удалось успокоить, король клятвенно уверил их, что такого больше не повторится. Нет, то, что они слышали, это не сигнал тревоги. И не трубы Страшного суда, вы, сударыня, не правы. Просто человеку захотелось спеть, а он не умеет. Каждый из нас чего-нибудь не умеет, сударь. Вот вы, к примеру, думать. А варвар – петь. Надо быть снисходительным не только к собственным недостаткам. Да, сударыня, я даю вам королевское слово, что это больше не повторится. Да, сударь, я обещаю, что этих звуков вы не услышите до самой смерти, которая наступит куда быстрее, если вы не перестанете сомневаться в обещаниях собственного короля. Можно позвать стражу, она объяснит популярнее.

– Нанок, у меня к тебе убедительная просьба, – сказал он, когда подданные успокоились и вернулись к своим обязанностям, то есть продолжили веселиться. – Не пой хотя бы сегодня, хорошо? А то у меня все подданные в Леданию сбегут…

– У меня хороший голос, – обиделся варвар.

– Это да, – согласился король. – Если б еще и слух был… Просто не пой сегодня, хорошо? Я тебя прошу.

– Ладно уж, – великодушно согласился варвар. – Только ради тебя.

– Надо говорить: «Как вашему свежекоронованному величеству угодно», – нравоучительно заметил Лемур. – Хотя и варвар в чем-то прав. Вот она, тирания в чистом виде! Наступать песне на горло, затыкать рот свободному человеку. Ты ведь свободный человек?

– Да вроде пока не женат, – пробурчал варвар.

Он погладил Томагавку.

– Ох, Хозяин! Я прусь! – томно протянула секира. – А ну налей еще, жизнь, она же того… коротка! А истина, она… блин, не помню где. В общем – выпьем!

– Это ты, гад, мой топор споил?! – вызверился варвар на Бола.

– Такой кого хочешь споит, – согласился Лемур.

– Слушай, – возмутился Бол. – У бедного топора и так в жизни радостей мало! Ты сам-то вино с удовольствием хлещешь! А несчастной железке ни капли не налил! Жадина!

Варвар стушевался. В чем-то парень прав. Не умеет он, Нанок, об оружии заботиться. Вытереть там, поточить, а вот вина налить – и впрямь не догадался. Наверное, потому что самому всегда не хватало.

– Ладно, замяли, – пробормотал он, пытаясь скрыть смущение. – Только ты того… не того. Беодл его знает, как он к спиртному. Вдруг сопьется на фиг? Человека колдун закодировать может – а секиру?

– А секиру – кузнец, – авторитетно пояснил Бол. – Пригрозишь перековать на орало какое – тут же в завязку уйдет. Оралом быть никому не охота…

– Орало у него и так ничего, – возразил варвар. – Вон как песни горланил!

Бал продолжался. Играли музыканты, кувыркались шуты под рукоплескания зрителей. Гостей регулярно обносили спиртным и закуской. Танцующие пары весело кружились под музыку. Варвар читал нотацию секире о вреде пьянства. Лани и шут с интересом внимали этой мудрой, поучительной речи. Девушка порой вставляла свои комментарии на ту же тему.