Стрелок и маг (Тетралогия) - Мусаниф Сергей Сергеевич - Страница 211

Вопрос решило неумение Гарри отказывать былинным русским богатырям. Он только представил, как говорит «нет» этой горе мышц, патриотизма и рефлексов, как все сомнения отпали сами собой. К тому же присутствие Муромца поможет сдерживать в узде Бозела. Да и не может быть, чтобы Негориус дважды использовал один и тот же фокус с внедрением в стан противника…

– Ладно, Илья, ты с нами, – сказал Гарри, и тут в Бозеле проснулось что-то очень странное, такое, в чем Гарри никак не мог заподозрить этого циничного представителя семейства драконов.

– Не надо, Илья, – сказал Бозел. – Им меч мой нужен, вот и не могу я отвертеться, а тебе-то зачем? Успеешь ты еще свою голову сложить…

– Триодиннадцатое царство является частью вселенной, и, когда ему грозит опасность, я должен вмешаться, – сказал Муромец. – Таков долг богатыря.

– Оставайся, – продолжал уговаривать Бозел. – Выпей медовухи за мое здоровье, развлекись тут за меня напоследок. Потому как все равно ничего у нас не получится и вселенная погибнет. Лучше умереть у себя на родине, чем на чужбине.

– Нет, – твердо сказал Илья. – Я пойду с вами, и, если уж суждено нам сложить головы, мы сделаем это вместе.

Очень оптимистично, подумал Гарри. Похоже, не у одного меня тут дурные предчувствия.

– Мы с Борисом оденемся, – сказал Муромец. – А ты пока готовь свои заклинания, волшебник. Нечего воду в ступе толочь.

– Чего? – не понял Гарри.

– Время дорого, – перевел Джек. – Расчехляй свою волшебную палочку.

– Вообще-то она у меня не в чехле…

Горлогориус вошел в палатку и рухнул на походную кровать. Он только что отстоял восьмичасовую смену в круге чародеев, и у него было несколько часов на отдых.

Эту палатку Горлогориус делил с Мэнни. Теоретически каждый из волшебников мог в любой момент трансгрессироваться в свою башню, но на практике никто не хотел тратить на это свои силы и магическую энергию. Все это они берегли для блокады.

Мэнни сидел в походном кресле с бокалом в руке.

– Что ты пьешь? – спросил Горлогориус.

– Текилу. Тебе налить?

– Нет. Я слишком устал. Твоя смена когда начинается?

– Уже через полчаса, – сказал Мэнни. – Я все еще не понимаю, как это мы умудрились так слажать.

– Это я слажал, – признался Горлогориус. – Он меня переиграл, мерзавец.

– Не стоит взваливать на себя всю вину, – сказал Мэнни. – В гильдии найдется множество людей, которые сделают это за тебя.

– Они бы уже сейчас на меня всех собак навешали, только им времени не хватает, – согласился Горлогориус.

– Как там в целом? – спросил Мэнни, имея в виду блокаду.

– Беснуется, сволочь, – сказал Горлогориус. – В целом там тяжело. Как всегда.

– Я думаю о Гарри, – сказал Мэнни. – Правильно ли сваливать всю работу на молодого и не очень опытного волшебника? Вполне возможно, Негориус окажется ему не по зубам.

– Поиски артефакта даже в лучшем случае займут несколько дней, – сказал Горлогориус. – Если поручить их кому-то из великих, у остальных вообще не останется времени на отдых. И как долго мы в таком случае протянем?

– А как долго мы протянем, если Гарри не найдет артефакта? – спросил Мэнни.

– У него есть стрелок, у него есть дракон с волшебным мечом, и у него есть опыт, который поможет ему не допустить ошибку, – сказал Горлогориус.

– Но у него нет твоей мощи.

– Сила тут ни при чем, – возразил Горлогориус. – Я разговаривал с Джавдетом несколько раз, видел его, как тебя сейчас, и все же не опознал в нем нашего врага. Негориус хорошо умеет маскировать свое тело и свою ауру, он просчитывает свои действия на несколько ходов вперед… Его нельзя победить при помощи силы. Тут нужно нестандартное мышление, которое у Гарри есть. Ну и немного удачи.

– По-твоему, Гарри удачлив?

– Конечно. Ведь он до сих пор жив, хотя смерть грозила ему десятки раз.

– Ты знаешь о появлении Черного Стрелка?

– Конечно. Это грустно, но тут мы бессильны. Для того чтобы справиться с этим проклятием, нашей магии не хватит.

– А ты не боишься, что Черный Стрелок может помешать команде Гарри?

– Им много чего может помешать, – сказал Горлогориус. – Поэтому я и заговорил об удаче.

– Но разумно ли делать ставку на слепое везение?

– Иногда слепое везение – это все, что у нас есть, – сказал Горлогориус. – А теперь будь добр, дай мне поспать.

– Но ты…

– Я уже сплю.

Муромец облачился в длинную свободную рубаху, широкие штаны и красные сапоги. Поверх рубахи он накинул кольчугу, на голову надел шлем, на пояс повесил меч, а в руку взял свою верную палицу, ясно дав всем понять, что настроен богатырь очень серьезно.

Бозел же надел свой изрядно поношенный изумрудного цвета камзол и…

– А где меч? – спросил Гарри.

– В надежном месте.

– Мне не нужен меч в надежном месте. Мне нужно, чтобы он был у тебя под рукой.

– Доверься мне, – сказал Бозел.

– Вот уж дудки, – сказал Гарри. – Предъяви Любителя Рубок.

– Иначе что? Здесь меня оставишь?

– И не надейся. Только на фига ты мне без меча нужен?

– Не пререкайся, Борис, – сказал Илья. – Покажи ему свою железку.

Как ни странно, это подействовало. Словно Муромец обладал над драконом какой-то властью, суть которой Гарри была непонятна. То есть, если бы речь шла о ком-то другом, он мог бы подумать о благодарности, признательности и дружеских чувствах, но Бозел… Обычно Бозела волновал только сам Бозел, а на всех остальных ему было начхать в бреющем полете…

Бозел отстегнул от лацкана своего камзола булавку, прошептал пару слов, и в его руке оказался полноразмерный меч.

– Доволен? – спросил он Гарри. – Это мне ваш Горлогориус пособил. Так меч привлекает меньше внимания и руки не оттягивает.

– Доволен, – сказал Гарри. – А в какое место ты булавку втыкаешь, когда в дракона превращаешься?

– Я бы тебе сказал, но ты еще слишком молод, чтобы знать такие вещи. – Бозел превратил меч обратно в булавку и спрятал в одежде. – Кстати о драконах. Почему бы тебе не вернуть мне мое обличье? Обычно я прыгаю в бездну с гораздо большей уверенностью, если у меня есть крылья.

– Хм… – Возвращать Бозелу крылья Гарри совершенно не хотелось. А вдруг он возьмет да и улетит в самый ответственный момент? Но использовать этот аргумент в споре было невежливо. – А вдруг в том месте, где мы окажемся, к драконам плохо относятся?

– А вдруг там плохо относятся к людям? – парировал Бозел. – В частности, к волшебникам. Есть несколько благословенных миров, где вашу братию сжигают на кострах. И правильно делают, кстати.

– В тех же мирах вашу братию нанизывают на копья, – сказал Гарри.

– Это не новость. Нас практически везде на копья нанизывают, – сказал Бозел. – Такова уж ваша поганая человеческая природа. Вы терпеть не можете чужого совершенства.

– Это драконы совершенны? – возмутился Гарри. – Крылатые рептилии, на которых и смотреть-то страшно?

– И кто это говорит? Примат бесхвостый? – спросил Бозел. – Вчера с дерева слез, а сегодня вершиной мироздания себя возомнил?

– Прекратите, – гаркнул Муромец. – Дело надобно делать, а не разговоры пустые разговаривать. Лаетесь, как две шавки подзаборные, даже смотреть на вас тошно.

– Он первый начал, – сказал Бозел.

Гарри задохнулся от возмущения подобной наглостью. По его глубокому убеждению, первый начал именно Бозел. И вообще, что это за детский сад?..

Гарри мысленно сосчитал до десяти и взял себя в руки. Заклинания, особенно такие серьезные, надо творить в спокойном состоянии духа. Не приведи Горлогориус, букву какую-нибудь перепутать или паузу не в том месте сделать, и вместо Бездны… тут Гарри подумал, что же такое может быть хуже Бездны Хаоса, ничего не придумал и стал творить магию.

Сначала он извлек револьвер и прочитал короткое поисковое заклинание. Потом направил свою волшебную палочку в землю и по бумажке, очень внимательно, прочитал заклинание Горлогориуса.