Тени огня. Трилогия - Степанов Николай Викторович - Страница 156

От неожиданности он не смог придумать ничего другого.

– Зачем?

– Кразия увидеть надо.

– Свидания с заключенным из камеры девять запрещены. У вас есть официальное разрешение?

– Нет.

– Прошу покинуть охраняемый объект.

– Да кто ты такой, чтобы мне указывать?!

Мишка сделал попытку решить проблему нахрапом. Он сосредоточил взгляд на ступенях и оказался за спиной охранника. Правда, ненадолго. Парень не понял, что произошло, но через секунду он снова стоял на прежнем месте перед угловатым незнакомцем.

– Привратник я. Стерегу постояльцев каземата номер шесть от всяческих беспокойств. Вход сюда без разрешения не положен. Под страхом смерти.

– Чьей? – на всякий случай решил уточнить Сомов.

– Нарушителя, – так же монотонно объяснил Привратник, выхватив из-за спины меч.

«Ну вот, как сражаться – так у меня нечем. Был меч, и тот откусили». Кинжал да два метательных ножа в поясном чехле – все, что имелось у Михаила. Парень сконцентрировался на стражнике, воспользовавшись тенью невидимой силы, и Привратника резко швырнуло в сторону. Мишка даже испугался за его здоровье. Он лишь хотел убрать преграду с дороги, а получился настолько мощный удар об стенку, что в ней образовалась трещина.

– Охраняемый объект разрушать не положено! – Незнакомец поднялся, словно ничего не произошло.

– Извини, я не знал, – сознался Сомов.

– Незнание правил и запретов – тоже преступление, – доложил Привратник. – Итого: нападение на стражника, попытка проникновения на охраняемый объект без разрешения, порча имущества, незнание законов. Я ничего не упустил?

– Запиши еще – обман должностного лица. Я соврал, Зерг меня не присылал. – Мишка подумал, что над ним тут издеваются, и решил ответить взаимностью.

– Чистосердечное признание принято. Но для вынесения смертного приговора достаточно и двух преступлений. Приготовься, сейчас я буду приводить его в исполнение.

Монотонный голос Привратника, лишенный каких-либо эмоций, наряду с угловатой внешностью делал его похожим на робота. Однако медлительность речи совершенно не соответствовала реакции законника. Противник настолько стремительно выполнил замысловатую комбинацию из трех выпадов, что Мишке с огромным трудом удалось избежать ранения.

Вторую атаку чемпион кантилимских игр попытался отбить кинжалом…

«Что ж мне так не везет!» – мысленно чертыхнулся он, отшвырнув в сторону сломанный клинок. Сила удара и качество меча были выше всяких похвал. Поэтому Мишка воспользовался тенью мгновенного полета и переместился на несколько шагов в сторону. Переход по высотным опорам сыграл свою положительную роль: сейчас отмеченный огненным диском перемещался в пространстве без особых затруднений.

«С этим парнем определенно нужно что-то делать… И как можно скорее». – Сомов вооружился ножом. Он понимал, что противник обладает превосходной реакцией, а потому наверняка увернется, если просто бросить клинок в цель. Тогда он снова обратился к мгновенному перемещению и очутился практически вплотную с Привратником. На долю секунды парень задержался, а затем оказался на безопасном расстоянии, возле стены башни.

Оружие по самую рукоятку вошло в бедро охранника. Михаил не собирался убивать служивого – все-таки мужик при исполнении. Чемпион кантилимских игр надеялся, что подобный удар парализует стражника.

«Ах ты негодяй!» – мысленно воскликнул Мишка.

Такого развития событий он никак не ожидал: нож прямо на глазах начал менять форму, а потом впитался в ногу соперника.

– Спасибо, – поблагодарил тот.

«Я к нему как к человеку, а он… Тоже мне, Терминатор-2. Да я тебя! Ой! Пожалуй, скорее он меня».

Мишке снова пришлось уворачиваться, и это начинало раздражать. Он машинально достал последний нож из чехла и сразу заметил некоторое замешательство в действиях противника.

– Использовать запрещенное оружие нельзя – это преступление, – продекламировал «терминатор».

Сомов посмотрел на клинок. Черное лезвие напомнило о словах Стража: «Оружие, сразившее перевертыша, обладает особой силой».

«Может, и правда?» Мишка воодушевился, понимая, что у него появились реальные шансы на победу. Робот явно размышлял в том же направлении. Он сразу предпринял дополнительные меры: из спины Привратника выросли еще четыре конечности. Гибкие, как резиновые шланги, со стальными шипами на концах.

Два «рукава» молниеносно устремились к обладателю черного ножа и вонзились в стену по обе стороны от Сомова. Привратник ограничил пространство маневра противника, а сам начал активно орудовать свободными конечностями. Мишке пришлось одновременно уворачиваться и от остроконечных шлангов, и от опасных выпадов меча. При этом ему совершенно не удавалось сосредоточиться, чтобы воспользоваться своими уникальными способностями, поскольку малейшее отвлечение грозило смертью. Его силы начали убывать. Мало того, у Сомова возникли подозрения, что противник подготовил какую-то ловушку и сейчас у него появится еще одна конечность для решающего удара. Этот момент не хотелось бы пропустить.

«А почему он не освобождает свои ограничители? Сейчас они бы ему весьма пригодились». – Эта мысль лишь на мгновение промелькнула в голове парня, но именно она заставила оглянуться…

Дальше для Михаила все происходило, как в замедленной съемке. Шипы якобы застрявших шлангов, проделав еще две дыры, вышли обратно с внутренней стороны башни и устремились прямо к цели. Ноги подбросили парня вверх. В полете он заметил, что свободные шипастые конечности метнулись к месту его предполагаемой посадки.

Мишка попробовал воспользоваться телекинезом, воздействуя на самого себя. Получилось. Это позволило на полсекунды задержаться над головой врага и зацепиться взглядом за выгодное для атаки место. Сомов оказался за спиной Привратника. Правда, тому не составило труда перестроить собственное тело задом наперед. Не поворачиваясь, он снова оказался лицом к Михаилу. Однако времени, потраченного на перестройку гуттаперчевого организма, оказалось вполне достаточно для чемпиона кантилимских игр. Он перехватил один из свободных шлангов невидимой силой и оплел им Привратника. Тот неожиданно для себя оказался скованным.

Попытка шлангорукого быстро уйти из-под удара провалилась. Сомов настолько обескуражил противника своими трюками, что тот забыл об увязших в стене «рукавах», которые резко затормозили движение, и заставили обернуться… Когда же Привратник снова взглянул на нарушителя, нож с черным лезвием настиг свою цель.

Горный джинн отличается от своих «бутылочных» собратьев тем, что у него нет привязанности к какому-либо сосуду, являющемуся для него домом. Нет у него и моральных обязательств кому-то подчиняться. Живет это создание тихо, мирно. Да и как может быть по-другому, если девять десятых его жизни проходит во сне? Обустроит джинн себе пещерку, соорудит в ней спальню, которую плотно закупорит каменной пробкой, и храпит всласть девять лет, не высовываясь.

Когда выспится, начинает осматривать свои владения. Все пещеры проверит, трещины изучит, если имеется вулкан во владениях – и его проинспектирует. Это только с виду кажется, что горам ничего не страшно, а оставь их без присмотра – и сотни веков не пройдет, как останутся одни развалины. Вот джинн и старается: где завал разберет, где оползень поправит, а то и со злыми духами схватится. Те иногда забредают в горы… Год будет трудиться, не покладая рук, а потом – снова на отдых. Опять храпит, как бы предупреждая – не беспокоить. Правда, не каждый знает, что храп горных джиннов бывает довольно мелодичным. Причем, у каждого свой, сугубо индивидуальный. Один ветром завывает, другой травой шуршит, третий ручьем журчит.

Был свой джинн и у каньона Хохочущих драконов. Спать обожал больше всего на свете. А посему тех, кто смел нарушать его покой, ненавидел люто. Как, впрочем, и все его соплеменники. У них даже правило было заведено – нарушителя спокойствия уничтожать на месте. Без выяснения причин.