Арбан Саеш. Трилогия - Малицкий Сергей Вацлавович - Страница 228

— Ваш путь ведет в Аддрадд? — окинул друзей пронзительным взглядом вождь. — А если на вашем пути окажется целый ард мерзости? Твои воины станут ее рубить, а девчонки складывать?

Йокка вспыхнула при упоминании девчонок, но промолчала, только напрягла скулы.

— Если потребуется, — спокойно ответил Леганд. — Но с ардом мерзости не справятся даже все твои воины, вождь. Пропусти над в северные горы. Ты должен пропускать охотников. Мы не принесем тебе зла.

Вождь хмуро выслушал, затем что-то быстро сказал воинам на незнакомом наречии и коротко бросил Леганду:

— Располагайтесь у костра. Воду наши женщины вам принесут.

Второй раз вождь появился поздно вечером, когда диск Алателя коснулся пиков и первые звезды замерцали на небе. Он степенно подошел к огню, прошептал какие-то слова и сел напротив Леганда. Вновь оглядел друзей, задержал взгляд на клыках арха, висящих на запястье Линги.

— Я все вижу, — сказал он, помедлив. — Мои глаза не такие большие, как у шаи, что живут у Волчьих холмов, но видят еще лучше. Именно поэтому я вождь. Ты странный элбан. Я не могу определить твой народ. Тебя зовут Леганд?

— Да, — кивнул старик.

— Отец моего отца говорил мне, что иногда в горы приходит старик, который не человек, не ари, не нари, не белу и не банги. С ним надо говорить, он знает все.

— Всего не знает никто, — покачал головой Леганд.

— Я буду говорить с тобой, — довольно кивнул вождь. — Меня зовут Верграст. Ты расскажешь мне то, что я спрошу.

— Расскажу, — согласился Леганд.

— А я увижу, правду ли ты говоришь, или нет, — продолжил вождь. — Я вижу многое. Ты, — ткнул он пальцем в Йокку, — великая колдунья-ари. Ты, — показал на Лингу, — не колдунья, но можешь ею стать. В тебе сила. Ты, — перевел он взгляд на Тиира, — вождь. Твой народ плачет, и ты плачешь вместе с ним. Ты… — задумался Верграст, взглянув на Саша. — Твоя одежда не дает тебя рассмотреть. Распахни куртку.

Саш распустил пояс. Вождь прищурился, покачал головой:

— Я не знаю, кто ты. Мы все дети шегана. Ты же сам похож на шегана, который ждет добычу, спрятавшись в камнях. Шегана защищает магия древних. Он незаметен до последнего мгновения. До последнего для самонадеянного элбана!

— Мой друг — человек, — нахмурился Леганд. — Но сражается как демон. Однажды он в одиночку победил четырех архов.

— Это невозможно, — скривил губы Верграст.

— Ведь ты же сказал, что видишь правду? — удивился Леганд.

— Ладно, — раздраженно дернул головой вождь. — Скажи мне, старик, что за война началась на равнине? Кто кого хочет захватить, какие обиды движут правителями, чья алчность захлестнула разум?

— Война началась не только на равнине, — медленно заговорил Леганд. — Она не позволит остаться в стороне никому. Аддрадд двинул войско на Салмию. Десять дней назад Аддрадд уничтожил несколько легионов Империи в проходе Шеганов.

Лигские нари рвутся на равнину Уйкеас. Воинственные пришельцы захватили Дару.

— Выходит, Аддрадд потерял разум? — удивился Верг-раст. — Идти войной на Империю все равно что идти с копьем на шегана. Уколоть можно, победить нет.

— Вот именно это мы и хотим понять, — объяснил Леганд.

— И для того идете в Аддрадд, — понимающе кивнул Вер-граст.

— По дороге уничтожая архов, — добавил старик.

— Кому вы служите? — нахмурился Верграст, — Империи? Салмии?

— Ни Империи, ни Салмии, если ты принимаешь нас за лазутчиков, — твердо сказал Леганд. — Никто не посылал нас, никто не платит нам за полученные сведения. Но мы служим и Империи, и Салмии до того мгновения, пока их силы направлены на защиту Эл-Лиа.

— Еще немного — и я решу, что вы служители Эла! — усмехнулся вождь.

— Мы служители Эла, как и каждый элбан, который считает себя сыном Эла, — сжал кулаки Леганд. — Но мы не служители храма. Да и где теперь этот храм? Он разграблен правителем Аддрадда. Светильник Эла утрачен Империей.

— Мы дети шегана, — твердо сказал, поднимаясь, Верграст, — и рассчитываем, что покровитель рода сам попросит за нас Эла. Я буду думать. Решение примем на рассвете.

— Не нравится мне этот седой нари, — заметил Саш, глядя вслед удаляющемуся вождю.

— Я тоже не в восторге, — заявила Йокка, расстилая одеяло. — Думаю, что до утра нам ничего не угрожает, но в любом случае этот зеленокожий с задатками провидца попытается либо обмануть нас, либо извлечь какую-либо выгоду из нашего посещения.

— Либо и то и другое, — усмехнулся Тиир.

— Что ж, — задумался Леганд. — Обмануть нас непросто, а выгода, которую из нас можно извлечь, не устроит нари. Если только накормить стадо голодных архов, да и то лишь на завтрак.

— Я буду охранять первой, — сказала Линга.

— Нет, девочка, — остановил ее старик, — вы все будете спать. Завтра или послезавтра вам потребуются твердая рука и верный глаз. Сегодня на звездное небо буду смотреть я.

Саш проснулся от чуть слышного говора. Небо уже светлело на востоке, но звезды только-только начали меркнуть. Деревня не спала. Суетились женщины, бегали между шатрами ребятишки. Воины постепенно замыкали круг.

— Не меньше двух вармов крепких нари, — заметил Тиир, примеряясь к бангскому луку Линги. — Ни лук, ни меч тут не поможет. Только какое-нибудь изощренное колдовство. Йокка, Саш? Какие будут предложения?

— Поесть бы, — улыбнулся Саш, привычно проверяя рукоять меча над плечом. Прикосновение, как обычно, наполнило его уверенностью.

— Не стоит наедаться перед битвой, — посоветовал Тиир. — Если живот пропорют, раненого будет трудно выходить.

— Если живот пропорют, ничего не поможет, — спокойно сказала Йокка, прижав к вискам ладони. — Опасность есть, я чувствую, но убивать нас никто пока не собирается.

— Они переговариваются между собой, — сощурился, прислушиваясь, Леганд. — Говорят о благодарности шегану. И о празднике. О каком-то празднике. Я с трудом понимаю этот диалект.

— Вот! — протянула Линга. — Кажется, начинается праздничное действо.

В обширный круг, внутри которого оказались и костер, и засохший эрн, и жертвенный камень, вошла дюжина старух. Дряхлые нарки, одетые в украшенные вышивкой и перьями балахоны, принялись кружиться у жертвенного камня. В такт заунывной песне воины начали ударять древками копий о землю.

— Что-то не нравится мне этот праздник, — пробормотал Саш.

— Все в порядке, — постарался улыбнуться Леганд. — Конечно, старухи сами по себе означают смерть, но, если бы опасность была немедленной, танец исполняли бы воины. В любом случае нам ничто не угрожает в деревне. Посадив у костра, нари приняли нас под свою защиту. Они не могут убить нас собственными руками.

— Как раз об этом сейчас Верграст, судя по всему, и размышляет, — добавила Линга, — кому поручить это щекотливое дело.

— Невыполнимое, — лязгнул мечом Тиир.

— А вот и он, — сдвинула брови охотница.

Вождь появился в круге в тот же момент, когда край Алателя показался над пиками гор. В одной руке Верграст держал сухую, в другой — зеленую ветвь. Он подошел к костру и, соединив между собой ветви, кивнул каждому, затем сел напротив Леганда.

— Жизнь и смерть, — сказал вождь, бросив принесенные ветви в огонь. — Я должен был вручить вам или то, или другое. Но я решил положиться на волю судьбы. Охотники на архов уже давно не приходят в эти горы. Зато приходят слуги северного короля. Они охраняют перевалы на северном хребте и покупают у нас детенышей архов, когда нам удается их отловить. Архов стало мало, поэтому нам не нужны тут такие охотники, как вы. К тому же вам не миновать стражей северного короля. У них лиги воинов. Я никого не должен пропускать через горы, иначе мой народ будет наказан.

— Тогда что ты называешь судьбой? — спросил Леганд.

— Ваша судьба в ваших руках, — объяснил Верграст. — Все проходы через северный хребет охраняются, но на одном из них слуги северного короля вас ждать не будут. Вы пройдете через священное ущелье. Сейчас же. Мой сын проводит вас. Я сказал.