Дорога к Храму. Дилогия - Нергина Светлана - Страница 159

– Юггр мамрахх продзань, прыхт мразть ритагхыв!..

Маг резко обернулся, увидел меня и без колебаний ответил:

– Гвыздбр фрахк лажгрыматзз, врупт рааз квыров!

…Торжественное приветствие было завершено…

Мир тесен: все время натыкаюсь на себя, своих врагов и своих же бывших однокурсников! Причем радость от встречи с любым вариантом из трех испытываю примерно одинаковую…

Стол был застелен белоснежной кружевной скатертью и просто ломился от всевозможных блюд, как то: сельдь под шубой, гусь с яблоками, плов, салаты, пирог с капустой – и прочие радости желудка странника. Посредине величественно возвышалась обернутая тонкой холстиной бутыль старого красного вина, пыль веков на горлышке бутыли не имела ничего общего с обычной грязью, которой для колорита посыпают бутылки с вином в дешевых винных лавках. Прислуживали нам три обходящие стол по кругу соблазнительно полуобнаженные девицы пышных форм. Мы с Властой не обращали на них внимания, сразу ощутив, что это – фантомы; а Лиридан оценивающе оглядел всех трех, как только они появились, и равнодушно пожал плечами. Сдается мне, тоже понял, что дело тут нечисто. Лиридан с Властой спокойно, хотя и поглядывая на меня порой настороженно, поглощали еду, изредка вполголоса перебрасываясь ничего не значащими фразами:

– Подай мне соль, пожалуйста.

– Держи. Вот йыр – просыпал!

– К несчастью…

– Хм. Чародейка, а в приметы веришь. Непрофессионально…

– Иди ты… лесом!

Я же затеяла с Доеном длинный, тоже бессодержательный по сути, но невероятно наполненный эмоционально и ассоциативно разговор. Звучало это примерно так:

– Слушай, а что за вино?

Маг с хитринкой в глазах улыбнулся, протягивая руку за моим бокалом и мелодично наполняя его темным почти до черноты, густым терпким вином:

– А ты попробуй…

Я осторожно побултыхала напиток по широкому дну бокала, принюхалась к ни с чем не сравнимому, чуть с кислинкой, терпкому и теплому, как осенняя золотая листва под ногами, запаху истинного вина и сделала глоток. По горлу змейкой пробежало тепло, оставляя горячий след по пути к желудку…

– «Медива»?..

Доен довольно улыбнулся:

– Она самая!

– А ты помнишь, как мы…

– Помню, конечно… Тебя еще потом седмицу из карцера не выпускали!

И так – про все. За что бы ни зацепился мой взгляд, в обществе старого товарища и бывшего разгильдяя-однокурсника все навевало теплые, мягкие и чуть горьковатые воспоминания о Храме. То ли он специально так сервировал стол, то ли просто у меня мозги зашкалило…

Наконец, насытившись, мы откинулись на спинки мягких кресел, и я поняла, что пришла пора вопросов. Слишком уж беспокойно, требовательно смотрела на меня Власта да наемник, похоже, не слишком-то понимал, зачем мы теряем столько времени.

– Доен, слушай…

Он чуть прищурился, глядя на меня из-за яркого пламени свечки:

– Не продолжай. Я тут живу.

– Как? – тупо спросила я.

– Ну вот так… Три недели я обязан тут жить…

– Зачем?

Доен тяжело вздохнул и зашел с другой стороны:

– Иньярра, а зачем ты сюда пришла, а?

Я пожала плечами, пригубив вино:

– Меня наняли.

– Ну вот и меня, можно сказать, наняли… Понимаешь, Гильдия[40] – да не морщись: я, в отличие от некоторых упорных ведьм, вынужден в ней состоять, – так вот, Гильдия устроила в этом Склепе нечто вроде склада: хранят здесь различные артефакты, заговоренные доспехи и прочую чушь на случай войны. Не свалишь же все это на заднем дворе Храма!

Я недоверчиво пожала плечами:

– Можно драконам отдать на хранение.

– Можно, – покладисто согласился маг. – Но ты знаешь, какую дань они запросят за свои услуги?!! Окворреть! Вот Гильдия и выкручивается как может: наняла пять магов, каждый из которых должен жить тут по три недели, никуда не выходя. Скука смертная!!! Мне иногда кажется, что я с ума тут сойду! Потом три месяца гуляй, где хочешь, и снова на три недели сюда!

Я скептически сморщилась: добровольно позволить запереть себя на три недели в какой-то подземной камере?! Да ни в жизнь!

– И много за такое платят?

Доен горьковато усмехнулся:

– Прилично. По крайней мере, то время, пока я не здесь, я могу развлекаться как хочу и не думать о деньгах…

Значит – более чем прилично. И тем не менее не знаю, что должны были бы мне посулить, чтобы я согласилась похоронить себя в какой-то крысиной дыре без права покидать ее на целых три седмицы! Доен, словно прочитав мои мысли, неслышно вздохнул:

– Да уж, я и сам иногда жалею… Но что поделаешь: контракт подписал на десять лет вперед: на гонорар повелся, дурак! А расторгнуть его, разумеется, нельзя. Вот так и живу… Кстати, а ты-то здесь откуда?

Я пожала плечами и коротко пояснила, каким попутным корыстолюбивым ветром меня сюда занесло. На вопрос о том, что это вообще за украшение такое, Доен непонимающе нахмурился:

– Понятия не имею… Здесь есть кольчуги, мечи, пояса – словом, броня и оружие, но украшений, даже артефактных, никогда не было…

Змейка на запястье чуть нагрелась, привлекая мое внимание, и ехидно шевельнула тонким подвижным хвостом. Дескать, нечего задавать глупые вопросы тем, кто на них ответить не может и никогда не сможет. И вообще – хватит гоняться за этим неведомым украшением, если оно уже час как у тебя на руке!

– Значит, вы нам помочь не можете… – грустно подвела итог Власта.

Доен беспомощно развел руками:

– Увы… Боюсь, что ваш гонорар уплывет в неизвестном направлении… Впрочем, я могу попробовать вам это компенсировать!

– Как? – усмехнулась я, уже подозревая, каким будет ответ.

– Сходите в хранилище и выберите что-нибудь, что понравится! Все равно там этого барахла столько, что никто и не заметит!

Власта неверяще переводила взгляд с Доена на меня, а я только усмехнулась, легко поднимаясь с кресла:

– Хорошо, и где тут у вас святая святых?

– Левая дверь, по коридору прямо, потом направо. Там, правда, на двери смертельное заклятие, но вы его можете снять: ты сама, Иньярра, такие на дверь спальни ставила, когда к экзаменам за одну ночь готовилась…

Лиридан и Власта уставились на меня с непередаваемым ужасом в глазах, и я неуверенно прокашлялась:

– Ладно, Доен, сниму, только давай оставим в покое мое темное прошлое, хорошо?

– Хорошо, – острозубо улыбнулся маг.

Я ничуть не менее плотоядно улыбнулась в ответ и направилась к указанной двери. Власта пошла следом, стараясь держаться от ведьмы, с дурной привычкой разбрасываться смертельными заклятиями на уровне автоматизма, на расстоянии хотя бы в сажень…

Говорят, наводить порядок надо тогда, когда еще нет смуты. К той комнате, в которую мы, преодолев все препятствия, все-таки вошли, о порядке не стоило даже вспоминать. Ибо момент, когда смуты еще не было, был однозначно упущен, и теперь навести тут порядок было делом чрезвычайной трудоемкости. У нас, магов, трудолюбия, в принципе, хоть отбавляй, но вот только нам лень им пользоваться…

Поэтому вся комната представляла собой среднестатистическую кладовку, куда кое-как впихивают все то, чего вроде и не надо, но выкинуть жалко… Справа громоздились залежи всевозможной брони, слева – завалы оружия, а стена напротив была полностью скрыта горой абы как наваленных знамен, стягов и прочих, видимо, бесценных в историческом смысле простыней.

– Прелесть какая, – скептически хмыкнула я, приподнимая один из таких пылесборников двумя пальцами и брезгливо отбрасывая назад. Вверх взвилось ехидное облачко пыли. – Апчхи!

– Будь здорова, – пожелала чародейка, недовольно оглядываясь по сторонам. – И как мы здесь должны хоть что-то найти?

Я криво усмехнулась:

– Ты просто не знаешь Доена. Чтобы он что-то сделал просто так, по доброте душевной, не дождешься. И даже не потому что злой, ему это попросту неинтересно. А вот сделать широкий жест, да еще вдобавок получить наконец-то убранное хранилище, – это в самый раз! Так что так оно и было задумано, что мы либо брезгливо отвернемся и ничего не станем брать, либо, вздыхая и костеря его на все лады, примемся-таки за уборку, в процессе выбрав себе что-нибудь в качестве награды.