Дорога к Храму. Дилогия - Нергина Светлана - Страница 153

– Курц вырта миздагр, дрянь ты этакая! – вполголоса ругалась я, прыгая между ними, аки горная коза, и между делом отмечая, что Лиридану, застывшему посреди зала, магия змея больше не приносит никакого вреда. И на том спасибо. – Врупт рааз квыров!!!

Змей, словно понимая мою речь (что весьма сомнительно, ибо от переизбытка эмоций я начинаю выражаться ТАК, что даже бывшие однокурсники порой понять не могут), расстарался не на шутку, выплевывая ветвистые разряды со скоростью среднестатистической закоротившей розетки на Миденме. Я гневно ругалась, швыряя в отместку шэриты и тоскливо слушая, как с погребальным треском рушится вокруг щит.

Но тут змей сменил приоритеты, перестав распускать искрящиеся молнии, гневно зашипел: мол, вот так тебе! – и поспешил отползти подальше.

Мы постояли друг напротив друга, полюбовались, отдышались и поняли, что братская любовь вспыхивать не спешит, так что надо давать сюжету какое-то логическое завершение. Их, по сути, могло быть два. Вот только второе мне как-то не улыбалось…

Я торопливым щелчком пальцев создала шэрит, слегка подкорректировала традиционную формулу и послала огненный сгусток прямо в морду язвительно высовывающего язык гада. Шэрит, не слишком обжигая, послушно расплескался по голове змея яркой вспышкой, не давая увидеть хоть что-то – и этого мгновения мне хватило, чтобы одним тягуче-мгновенным движением проскользнуть к гаду и резким росчерком меча снести ему голову. Длинное тело конвульсивно вздрогнуло и расстелилось лабиринтом у моих ног.

– Великолепно, – заценил удар Лиридан, магия с которого сбежала, словно вода с вемили, сразу же после смерти змея.

– Угу, – угрюмо согласилась я, тщетно пытаясь заставить руки не дрожать. Получалось плохо: то ли от нервов, то ли от резкого расхода магии пальцы тряслись так, что меч колыхался развевающимся по ветру стягом. Я, досадливо ругнувшись, дематериализовала его.

– Ну как вы тут? – Из-за поворота наконец-то решилась выйти Власта. Выглядела чародейка ничего так, не то чтобы очень плохо.

– Живы, – коротко резюмировал Лиридан, внимательно глядя на меня. – Иньярра, с тобой все в порядке?

– В полном, – заверила я, наконец-то взяв себя в руки, и огляделась по сторонам. Надо же наконец-то понять, за что мы здесь боролись?

Никаких сундуков с драгоценностями поблизости не валялось, карты к зарытым пару веков назад кладам по стенам не висели, пресловутое украшение в углу не пылилось…

– Вон там – магическая перемычка, – кивнула Власта на дальнюю стену, наполовину скрытую паутиной, и тут же, не дожидаясь ответа, решительно направилась к указанному месту. Я поспешила следом.

Размяла пальцы, приложила ладонь к стене. Камень и камень. Ничего особенного.

– Вот здесь дверь! – радостно воскликнула чародейка, ощупывавшая стену чуть правее.

Я послушно приложила руку рядом с ее. Камень тепло пульсировал, выдавая магию.

– Что ж, будем взламывать, – пожала я плечами, отходя на два шага и прикидывая заклинание поуниверсальнее. Власта сделала то же самое. – Слушай, а что если через Пятый закон попробовать? Удвоим константой, вектора так, на глаз прикинем…

Власта заинтересованно склонила голову:

– А что, можно…

– Девушки, вы только давайте там без самодеятельности, – неуверенно заикнулся было наемник, но тут же скис под двумя насмешливо-профессиональными взглядами и забормотал что-то типа: – Да я что – я ничего… Моя хата с краю…

Мы с Властой решительно переглянулись, переплели руки и принялись негромко плести боевое разрушающее заклинание, направляя ударную силу волны в центр пульсировавшего магией кусочка стены. Ну чем не взломщицы?..

Дверь не просто открылась – кусок стены вылетел к йыровой матери, эффектно усеяв каменной пылью и крошкой несколько саженей пути впереди. Мы пораженно застыли, как благородные дамы перед мышью, лихорадочно размышляющие, завизжать или сразу в обморок можно?

– Хм, перестарались слегка, – смущенно пояснила я ситуацию, стараясь не глядеть на ошарашенного Лиридана. – Ну с кем не бывает…

– Я вас в следующий раз позову ратушу взрывать – опыт уже есть, да и горожан, готовых оплатить такое благое дело, тоже хоть отбавляй, – выдавил Лиридан, кое-как приходя в себя и приобретая обычную насмешливость.

Я почти виновато вздохнула и первой прошла в образовавшийся пролом в стене.

Вокруг царила ночь. Сумрачно-черное небо смущенно укрылось за несколько слоев обиженно надутых облаков, не показывая даже медленно идущей на убыль луны. Над сиротливо темнеющей дорогой холодный ветер нес случайно обломившиеся веточки и прошлогоднюю, почерневшую за зиму и вытаявшую с первым теплом листву. Шэрка, символически привязанная к какой-то тоненькой елочке, радостно заржала, увидев хозяйку, вышедшую из разлома в стене в трех шагах от двери, в которую она же зашла несколько часов назад…

– Что скажешь? – иронично поинтересовался Лиридан, вставая за спиной и кладя теплую руку мне на плечо.

Сказать хотелось многое, причем очень многое – в нецензурной форме.

Но на меня вдруг навалилась такая сосущая усталость и равнодушие, что я только философски развела руками:

– Что ж, отметим наши успехи минутой молчания…

Власта пораженно молчала.

Шэрка, да и остальные кони беспрекословно позволили себя оседлать и довольно бойко поцокали назад, в город. Чародейка утомленно дремала в седле, намотав поводья на переднюю луку, а мы с Лириданом вполголоса разговаривали.

– Да не расстраивайся ты так! – убеждал наемник, окидывая меня сочувственным взглядом. – Ну не мир же клином на этом Склепе сошелся! Не вышло – ну и кворр с ним! Туда, может, вообще невозможно проникнуть, так зачем биться головой в наглухо закрытую дверь?

– Незачем, – послушно согласилась я, усталой улыбкой благодаря за участие. – Но, видишь ли, весь Склеп просто насквозь пропитан магией. Значит, создавали его маги.

– Ну и что? – не понял наемник.

– А то, – продолжала я, – что маги никогда – никогда! – из принципа не создают лабиринтов, которые даже чисто теоретически нельзя пройти. Это было бы попросту нечестно. Значит, разгадка есть и у этой шарады. Надо только постараться найти ее.

Он с сомнением покачал головой, но возражать не стал:

– Ладно, пусть так, но только давай ты будешь стараться завтра, хорошо? А то ты себя доведешь до чего-нибудь, пожалуй! Нельзя же колдовать, драться, да еще и не спать по ночам!

Вообще-то можно… Дней пять. Если у тебя есть потом неделя на беспробудный отдых.

– Хорошо, – покладисто согласилась я, откидываясь в седле и смутно различая далеко впереди огоньки медленно приближающегося города.

Лучик, эльфийским партизаном пробравшийся сквозь щель между не до конца задернутыми портьерами, лениво клюнул меня в щеку и яркой солнечной полосой перепрыгнул через одеяло, рассыпавшись игривыми рыже-золотыми брызгами на разбросанной бижутерии и отразившись от зеркала широким белым потоком. Бессовестно неестественный голубой кусочек неба проглядывал через полосочку, не захваченную тяжелой зеленой тканью штор, в нее же нагло подсматривал чей-то счастливый черный глаз. На балконе озабоченно завозились и зашептались:

– Глянь! Я же говорил тебе, что тут теперь кто-то живет!

– Как живет, если здесь только ведьмы всегда живут?! – неуверенно возражал девчоночий голосок.

– Значит, она и есть ведьма! – уверенно заявил обладатель черного глаза, выгибая шею так и этак, чтобы побольше рассмотреть сквозь узенькую щелку. Моего пробуждения этот бесцеремонный нарушитель спокойствия, похоже, не заметил.

– Она?! А-а-а-а! – заорала вдруг девчонка, перебудив, должно быть, полквартала. Мальчишка тут же подскочил к ней и зажал рот рукой. Некоторое время до меня еще доносились сдавленные возмущенные барахтанья, но потом, видимо, девочка смирилась с моим небезопасным проживанием в комнате и перестала вопить, вместо этого подозрительно спросив:

– А с чего ты взял, что она – ведьма?