Дорога к Храму. Дилогия - Нергина Светлана - Страница 120

Ведьминский переулок мало чем отличался от соседних Вурдалачьего и Упырьего. Видимо, здешних грамотеев потянуло на нежить, или она и вправду не брезговала парой-тройкой куриц в месяц (будь «дань» больше – давно бы уже пожаловались городскому магу. А так – все тихо, все молчат, вроде бы как довольны). Вот только каким боком связана хищная нежить с ведьмой?!

Впрочем, стоило мне, разгоряченной, влететь в переулок, тоскливо скрипнув каблуками на чересчур крутом повороте, как стало ясно каким: тетка, случайно вышедшая на улицу в неурочный час (а может, бегавшая к кому на ночь, пока зарогатевший муж уехал), с воплем отпрянула от жуткого чудовища с всклокоченными черными волосами, развевающимися, аки вымпел в ночи, горящими злостью глазами и хищным оскалом.

– Чур, чур меня! Хранящие, спаси-и-и-ите!!! – тоненько завыла она, бочком-бочком обходя меня по плетню ближайшего палисадника.

– Щас, бегу и падаю, ждите! – фыркнула я. – И воздастся вам!

Тетка противно завыла на одной ноте и кинулась наутек.

С одной стороны переулка, вопреки всякой логике оказавшегося сквозным, уже надвигалось несколько серых теней. Судя по тому, что пришли они с противоположной стороны, да и пьяных возгласов слышно не было, я заключила, что это «не наши». «Наши» же, если верить приближающимся звукам, то шатко, то валко (чаще – валко. Подвыпивший разбойник с жуткой руганью валился на землю, а дружки с еще более сочными эпитетами и красочными описаниями мест, куда бы следовало отправиться не держащемуся на ногах товарищу, поднимали; при этом валились уже дружки – и потеха шла по новой) подходили с другой стороны.

Э-э-э! И куда же, позвольте, деваться бедной, всеми обижаемой ведьме, решившей остаться в строгом нейтралитете?!

Беззвучно, словно кошка, взвившись на ближайший забор, я оттолкнулась (забор оказался хлипеньким и заскрипел, заваливаясь на один бок) и уцепилась за край черепицы дома. Раскачавшись, закинула одну ногу (юбка послушно разошлась по магически скрытому большую часть времени разрезу), подтянулась и влезла целиком. Ползком, нецензурно ругаясь вполголоса, добралась до трубы, испуганно замерла серой тенью.

Как ни странно, маневр удался. Потери ограничились парой царапин на локтях и коленях да горестно покосившимся забором. А, ему, поди, и так недолго оставалось!

Теперь главное – определить расположение заведомо неравных сил. Причем неравных отнюдь не в пользу противника! Ибо одна-единственная ведьма стоит куда больше всех этих вояк, вместе взятых! И у ведьмы есть одна-единственная задача…

С трудом различив среди едва ковыляющего пьяного сброда Кидранна, я набросила на него магическую «кольчугу» и, успокоив свою совесть, присмотрелась к лагерю противника.

М-да, выглядели ребята попрезентабельней… Кожаные куртки, такие же штаны и сапоги, кастеты или россыпь перстней на пальцах, ножи в рукавах, а у одного, кажется, даже лук за спиной… Да, экипировались парни не в пример лучше «моих» бравых молодцев. Впрочем, это их не спасет. Убивать, разумеется, я никого не собираюсь, до вот без пары переломов, вывихов и сломанного носа дело, похоже, не обойдется.

Мм… Не люблю дворовых драк. Грубо, грязно, паскудно и… бессмысленно, что самое смешное!

Банды тем временем наконец-то сошлись, главари сказали друг другу что-то остроумно-оскорбительное (с их точки зрения) – и началось…

Вирда за его остроту тут же пырнули ножом в бок, но тот, к счастью, успел предугадать быстрое (но не молниеносное: я бы увернулась) движение противника, чуть отклонившись и подставив под удар руку, защищенную курткой. Ровная тонкая полоса разрезанной ткани тут же обагрилась кровью, правда, судя по сохранившейся резвости его движений, рана была несерьезной.

Впрочем, уже этого мне хватило, чтобы понять: шутить здесь никто не собирается.

Хмель мигом повылетел из голов, ребята хмуро скучковались и пошли в атаку. Один «кожаный» согнулся пополам, получив ногой ниже пояса (ботинки с тяжелой подошвой – неплохая замена острым шпилькам), второй с шипением и руганью отступил, зажав руками живот. Хотя и в наших рядах не обошлось без потерь: Вирд, орудуя только одной рукой, с трудом отбивался от насевших на него противников, в Кидранна полетел нож и, недоуменно брякнув, отскочил от невидимой простым взглядом кольчуги. Сам Кирн еще несколько минут упрямо разглядывал плечо, силясь узреть там застрявший клинок.

Похоже, пора бы и мне вмешаться.

Второго «кожаного» я сняла тихо и осторожно: никто и не заметил, как он, задев ногой невидимую энергетическую ниточку, осел на землю без сознания. Дальше пошло хуже: пришлось бросить на Кирна дополнительный щит, ибо этот олух теперь, обнаружив радостное свойство своего организма: невосприимчивость к колюще-режущим предметам, кидался под все ножи без разбору!

И тут меня заметили…

«Кожаные», не наши: нашим было не до того, чтобы смотреть, кто там на крышах сидит, а вот лучник заинтересовался скромной особой, косящей его собратьев за здорово живешь.

– Ну ехидна… – премерзко ухмыльнулся он, натягивая двумя пальцами тетиву.

– Приятно попрощаться, – согласно фыркнула я, уворачиваясь сразу от двух стальных птичек, чирикнувших над грудью и под головой (по какой дуге выгнулось тело, даже представить себе не могу).

Лучник оскорбленно вспыхнул, полез в колчан, но – поздно: белесая искра обездвиживания, каплей воды сорвавшись с моих небрежных пальцев, настигла его быстрее, чем он сообразил, что такое вообще творится.

Между тем Вирд справился еще с одним противником, а единственный оставшийся логично рассудил, что лучше уж он отнесет скорбную весть родственникам и близким павших в неравном бою – и драпанул куда глаза глядят.

Победа была за нами! Правда, о моем незначительном участии никто из прочих победителей не подозревал. Обидно, но… Наступим на горло самолюбию…

«Великие люди должны быть скромными!» – как всегда, не ко времени высунулся мой голос разума.

Молчал бы уж! Великий и скромный!

«Ха! Да ты б меня тогда уже забила!»

Вот именно! Так что сиди и не вякай!

«Угу, си… дю. Давай лучше поговорим о другом».

О чем о другом?

«Ну например, о том маге, которого ты встретила в таверне…»

С чего это мы с тобой должны о нем говорить?!!

«Ну вдруг ты решишь поделиться сердечными терзаниями…» – издевательски промурлыкал он, словно кот.

Иди ты в…!!!

«Мне и дотуда недалеко…»

…Пока я препиралась с самой собой, Вирд увел своих подопечных. То ли по домам разошлись, то ли опять пьянствовать – благо, повод теперь есть.

Что ж, пора бы и мне уже слезать с этой осточертевшей крыши! А то там что-то в доме подозрительно шумят…

Слезть я не успела.

Из двери выскочил всклокоченный мужик с вилами наперевес, одной рукой держащий орудие защиты и нападения, второй отмахивающийся от выглядывающей из-за приоткрытой двери жены и одновременно придерживающий спадающие штаны. Ей-ей, вид у него был до того эпатажный, что я бы расхохоталась… если бы не выглядела еще смешнее.

Стоит на крыше девка, растрепанная, разрез на юбке до середины бедра развевается, шпильки по черепице скрипят, искры высекают. Страх, да и только!

– Ты чаво туда залезла?!

– Я – э-э-э… да вот, – «поведьмачить чуток решила» – так и лезло на язык, но, увы, учитывая название переулка, шутить с такими вещами не стоило. – Да я на спор! Пообещала на вашу крышу залезть! Спорили с одним недотепой, что он и трех шагов не пройдет по «высотке», а он – надо ж, гад какой! – четыре прошел! Вот и пришлось… Да вы не беспокойтесь, я ничего не поломала!

…Забор не в счет – он от старости прогнил… Мужик смерил меня КРАЙНЕ недоверчивым взглядом («смотри, девка: я тебя запомнил!») и решительно заорал:

– Так слезай, дура! Или ты еще и петухом там орать на рассвете подрядилась?

Я легко оттолкнулась и по-кошачьи мягко приземлилась рядом с остолбеневшим от такого финта мужиком. Второй шов на юбке треснул, не выдержав тягот нынешней ночи.