Особо одарённая особа. Дилогия. - Вересень Мария - Страница 130

— Мал еще! А ты, дур-ра, смотр-ри, что р-ребенку даешь! Васька закрутился испуганным щенком, но тут появилась Березина и недовольно поинтересовалась:

— Чего это Карыч разбушевался?

Мы с вороном оторвались от мешка, который тянули друг к другу, и увидели, что все обитатели Заветного леса собрались на поляне и с интересом рассматривают меня, негодующего Карыча и Велия. Васька прогарцевал по кругу, ухая и гукая, рассказывая, какую я ему дала вкусную штуку и какой гнусный и жадный Карыч.

— Здрасти, — поздоровался со всеми Велий.

Березина чуть изогнула бровь и, колыхнув грудью, довольно усмехнулась, заметив, как покраснел маг. Анчутка, многозначительно помолчав, сделал почему-то Велию козу. Вдалеке дрогнула земля, я услышала возмущенный рев Индрика:

— Где этот?! Гоните его в шею!

— Ну вот и сбылось одно из ваших заветных желаний, молодой человек, — проговорила, появившись словно из ниоткуда, Горгония.

А Коровья Смерть, положив ему руку на плечо, молча улыбнулась.

Я выпустила из рук мешок, злорадно отметив, как Карыч, не ожидавший этого, катится в сугроб, и решила закатить грандиозный скандал, начав его словами:

— Я что, не домой пришла?! Что за представление?! — Речь планировалась надолго, в конце я хотела притопнуть и объявить, что сейчас все здесь разнесу, но Древние — это вам не Феофилакт Транквиллинович, хоть он и Вук Огнезмий. Не успела я сказать и двух слов, как оказалась в своей летней резиденции в компании Березины, Горгонии и Коровьей Смерти.

— У-у, а это у нас что?! Подарки! — обрадовалась Горгония. Березина вытащила гранат и, закатив глаза, пожаловалась:

— Как я соскучилась по югу! Помнится, последний раз зернышко граната мне предлагал попробовать один бог Эреба. Но я отказалась.

— Эй! А где Велий?! — взвизгнула я. Коровья Смерть, улыбнувшись, запустила обе руки в мою котомку и успокоила, сказав, что у них сейчас мужской разговор, в который мне лучше не встревать.

— Какая прелесть! — Она вытащила блюдо и, повертев его в руках, поинтересовалась: — А что это?

— Это волшебное зеркало, — буркнула я, занятая только думами о серьезном мужском разговоре, вернее, о том, что останется после него от Велия, и останется ли вообще. — Мне ваша помощь нужна. — И рассказала про поход в Змиевы Засеки.

— И кого р-решила оседлать? — послышался голос Карыча.

Я резко развернулась и облегченно выдохнула, Велий стоял живой и невредимый. Судя по довольно топочущему Ваське и по Анчутке, который колыхался за правым плечом Велия, старый черт решил взять мага под свое покровительство, правда, за стенами капища возмущенно трубил Индрик, требуя гнать Велия в шею, но я как-то сразу поняла, что самое страшное позади.

— Здрасти. — Опять поздоровался маг, а Горгония ухмыльнулась:

— Удивительно вежливый молодой человек.

— И вот это мои родственники, — печально объяснила я Велию, — во всей своей красе.

— И многообразии, — добавил маг.

— А что мы стоим? — подхватилась Березина. — Фрукты киснут.

Стол организовался за считанные минуты, Карыч фыркал в сторону Велия, но вкусности уплетал. Васька бурно изливал магу свои горести, тыкая когтем в ворона. Березина угощала Индрика, а единорог демонстративно не замечал мага. Я пыталась выведать у Велия, чего добивались от него Карыч, Анчутка и Индрик, но он отмахивался, каждый раз ловко переводя разговор на другое. Я пожаловалась на полгода ареста за небольшое веселье с первокурсниками. Древние заухмылялись, так как все принимали участие в издевательствах над учениками. Рассказала я, как покатала Вука Огнезмия прямо в Школе, а еще про наведение порчи на Веж без применения магии, ну и, конечно, похвасталась, что иду искать моровую деву.

— Только у меня проблема с транспортом, — призналась я. Индрик от возмущения чуть не выпал из-за стола.

— Какие проблемы, ты только свистни — я тут как тут! — заголосил он.

— Свистелка у нее не отр-росла еще! — буркнул Карыч и пообещал, что сам отвезет меня куда надо и когда надо.

— А вы это действительно можете? — поинтересовался Велий. Я это… В том смысле, что габариты у вас неподходящие.

В ответ на это Карыч вспрыгнул на стол и заявил, что он и покрупней меня богатырей в Ирий утаскивал. А сколько он магов в Навь спровадил! И перьев не хватит, чтобы подсчитать.

— Только жить в человечьем лесу я не собир-раюсь. Надо пр-ридумать, как тебе меня вызывать.

— И меня! — заорал Индрик. Васька захлопал крыльями, подняв нешуточный вихрь, — показывал, что тоже желает катать меня. Гордая собой, я выложила на стол серебряный перстенек с прозрачным камушком.

— Бот как станет камушек ярко светиться, — сказала я, чувствуя себя сказочной феей, — значит, я вас зову.

— А как почернеет серебро, значит, спешить уже не стоит, — добавил Велий. Колечко пошло по рукам. Женщины ахали, а мужчины хмыкали.

— Ну а где меня найти, — продолжила я, украдкой показав Велию кулак, — вам покажет волшебное зеркальце. Ну например. — Я коснулась блюда рукой и сказала: — Зеркальце из серебра, покажи мне Алию!

Древние с интересом склонились над блюдом, дно его стало темным и бездонным, словно заглядываешь в колодец. Первое мгновение в нем не было видно ничего, а потом я пискнула и стала оттирать Древних от блюда, не давая насладиться видом целующейся с добрым молодцем лаквиллки.

— Сдается мне, что это Серый Волк, — сузил свои красные глаза Анчутка. А пиршественный зал наполнился воплями Алин: — Верея, я тебе уши оторву!

Я поспешно пробормотала:

— Зеркальце, спасибо.

— Какое интересное зеркальце, — пропели в один голос Древние, а я повернулась к Велию:

— Я же тебе говорила — повадился к Алие Серый Волк.

— Давно его не видела, — нервно постукивая пальчиками по столу, сказала Березина.

— Да уж давненько, — согласилась Горгония.

— Сейчас он с Алией! — сказала я.

— Целуется, — закончила мою мысль Коровья Смерть и подмигнула, а я, решив отвлечь их от влюбленной парочки, закричала:

— Я же вам еще не показала, как действует зеркальце! — Снова коснулась пальцами резного ободка и отбарабанила: — Зеркальце из серебра, покажи мне Лейю.

Ох, лучше бы я этого не говорила! Из бездонного колодца вынырнула картинка: Лейя и Сиятельный, держащиеся за руки. Я поперхнулась, а Велий захохотал:

— Аэрона мы вам показывать не будем, принцип действия и так понятен.

— Они что, только моего ухода и дожидались? — прошипела я, возмущенная пустоголовостью подружек, а ракушка в моей руке разверещалась голосом мавки:

— Это не то, что вы подумали! Все совершенно невинно!

— Мне очень понравилось зеркало, — со смехом сказал Анчутка. — Но не забудь, Верея, что меня тебе достаточно только помянуть. Хотя я не уверен, что ты захочешь на мне проехаться снова.

Я согласно закивала головой: кататься на Анчутке себе дороже.

— Жаль только, зер-ркальце маловато, вот, помню, было у меня одно… — Ворон закатил глаза. — Хотя чего ожидать от чар-родея.

— Дед Карыч! — Я укоризненно покачала головой.

Ворон встопорщил перья, но, прежде чем он успел раскричаться, Анчутка хлопнул в ладоши и по залу прошел серебряный звон, скрипнули, открываясь, двери, которых до этого я не замечала, мы с Велием замерли, не веря своим глазам. Перед нами открылся зеркальный зад. Карыч хитро глянул на мага и, делано зевая, потянулся:

— Вот оно мое богатство! Жаль только, р-разр-рядились все. Кто бы починил.

Я переглянулась с Велием. Конечно, его накопитель я могу подзаряжать бесконечно, хоть и с перерывами на сон, но одно дело маленькое зеркальце, в которое надо запихнуть заклинание, и совсем другое — целая комната зеркал! Здесь же заклинания нужно не сворачивать, а разворачивать. Бот разворачиванием я еще не занималась. А как их разворачивают? Заклинания Велия мне представлялись в виде клубка ниток или комка бумаги. Если бумагу развернуть, а клубок раскатать? Хватит на все зеркала? Воображаемая бумага тут же треснула, а нитки запутались еще сильнее, пришлось выкинуть. Мне нужно что-то растягивающееся… Тянучка? Патока или смола? А если все это смешать? И обмазать зеркала? Гадость. Нет, лучше разбить зеркала на кусочки, запихать в каждый заклинание и склеить… На не очень мелкие кусочки… Такие довольно крупные кусочки… Нет! Этого склеенного зеркала они будут бояться! Тогда… И тут до меня дошло. У меня за спиной ахнули, а я, открыв глаза и увидев, что все на меня таращатся: Велий потрясенно, а Древние с гордостью, ойкнула.