Обратная сторона - Лыхвар Александр - Страница 94

Тревожное заграждение, расставленное на расстоянии приблизительно десяти километров от охраняемого объекта, кое-как характеризовало не только служак охраны, но и самих хозяев. Они боялись и их страхи были явно обоснованными.

Ночной путешественник переключил прибор в режим детектирования. На экране, по которому причудливо преломляя изображение струилась дождевая вода, появилось сообщение: «Комбинированный датчик движения и инфракрасного излучения. Связь с базовой станцией и по всей цепи датчиков поддерживается в миллиметровом диапазоне. Модель и производитель неизвестен. Радиус уверенного захвата – 75 метров. До ближайшего датчика 120 метров».

Хандор облегченно вздохнул. Первое препятствие было не таким уж и серьезным, по крайней мере, внутренне он был готов к чему угодно, а тут оказалось довольно распространенное оборудование. Первым делом он отключил инфракрасные излучатели подсветки шлема и «круглосуточного» оптического прицела автомата, которые своим направленным действием могли выдать его даже с такого расстояния. Все вокруг заметно поблекло, утратив резкость очертаний, хотя даже так вполне можно было ориентироваться. Затем он порылся в одном из подсумков разгрузочных ремней, быстро обнаружив то что искал. Это оказался витой соединительный кабель. Сняв соответствующие заглушки с разъемов на сканере и автоматном прицеле и стараясь, чтобы туда не попала вода, он подключил одну к другой, казалось совсем несовместимые вещи.

Но так только казалось. Этот комплект был специально разработан для ведения высокотехнологических военных действий в диких, полевых условиях. Как правило в снаряжение солдата входило достаточное количество электронных устройств, по излучению которых и ориентировался сканер, обнаруживая цели и облегчая наведение в условиях даже нулевой видимости.

Вернув сканер в чехол на ремне, Хандор снял с предохранителя автомат и приготовился стрелять. Компенсатор приклада, как родной, прижался к плечу. В поле зрения прицела часто-часто запульсировали две ближайшее цели, только на этот раз, выделенные ядовито-зеленым цветом. Видимо датчики были установлены на некотором расстоянии от земли, на стволах деревьев, и с этой точки оба хорошо просматривались, так что даже не пришлось переползать на другое место. Долго не раздумывая, ночной путешественник тщательно прицелился и плавно нажал на спуск. Две пригоршни блестящих гильз вылетели вправо и вверх, как это и полагается в подобном оружии. Только их мелодичный звон был единственным свидетельством того, что только что стреляли, да из вентиляционных щелей глушителя заструился синеватый дымок. Хандор сделал глубокий вдох и еще несколько раз перевел поле прицела от одной, уже не существующей, цели к другой. Ни каких засветок больше не было. Путь был свободен. Поправив лямки ранца он встал и двинулся дальше.

Гроза постепенно угасала, смещаясь куда-то к северо-востоку. Потоки воды, льющиеся из непроглядных небес, начали иссякать, предвещая скорую кончину творившегося всю ночь безобразия и давая надежду на спокойное, может быть даже безоблачное, утреннее небо.

Через полторы сотни шагов Хандор наткнулся на одно из деревьев, по которым только что стрелял. Им оказался настоящий исполин с толстенным стволом и бьющейся на ветру, раскидистой кроной. Примерно в метре от поверхности, в плотной древесине белело внушительное углубление, а вокруг, в радиусе нескольких метров, были разбросаны мелкие щепки. Хандор добавил шлему яркости и внимательно осмотрел все пространство под деревом, но в густом переплетении вспучившихся корней, он не заметил даже осколка, искусственного происхождения. Датчик, что бы он из себя не представлял, исчез не оставив и следа.

Вообще-то, разрывные пули были способны творить и не такие чудеса…

Примерно через час сканер опять подал голос. На этот раз по ходу движения было установлено более навороченное заграждение. Им оказалась сетчатое заграждение, устанавливаемое специальной машиной, оборудованное для надежности датчиками трех разных систем. Непрошенный гость виртуозно повторил недавно проделанный трюк, только на этот раз пришлось стрелять немного больше и с более дальнего расстояния, но все получилось неплохо. Засветки в прицеле исчезли, подтверждая, что проход свободен, правда пришлось еще немного пострелять по столбикам, чтобы он стал еще более свободным.

Сетчатое полотно выглядело таким свежим, будто его установили сутки назад. Просека, оставленная специализированной машиной была опрятна, как полоса отчуждения вокруг ухоженного космопорта. Вероятно ее регулярно подчищали.

Конечно же, особо не приходилось надеяться, что повреждения двух линий тревожного заграждения будут списаны только на разбушевавшуюся стихию. К тому же, если пульт системы безопасности высвечивал хотя бы примитивную карту контролируемой местности, а не цифровые индексы датчиков, то с первого взгляда можно было догадаться, что в направлении поселка кто-то идет. Но шанс все же оставался. К тому же, датчики ничего подозрительного не обнаруживали, просто портились, и все.

Ливень прекратился как-то сразу, будто наверху неожиданно кончилась вода. Ветер, еще не веря, что все так быстро закончилось, разочаровано раскачивал деревья, трепал их, и без того уже достаточно истерзанные кроны, но гроза неотвратимо уходила на север, не принимая в расчет эти запоздалые проказы.

Небо довольно быстро очистилось и вскоре, сквозь разрывы листвы стали видны крупные, умытые звезды.

Под самое утро, которое судя по всему должно было вот-вот наступить, но почему-то медлило, Хандор добрался до границы леса. За разложистым кустарником угадывался пологий спуск в распластавшуюся впереди долину. Ни жалкого света звезд, ни мощности инфракрасной подсветки шлема не хватало, чтобы с полной уверенностью выяснить, куда же его занесло. На хронометре, автоматически выставленном по тридцатичетырехчасовому местному стандарту значилось: «29:05». Видимо в часовой пояс, если здесь таковые существовали, устройство не попало, а выдавало время одного их центральных космопортов планеты. Он находился примерно в десяти тысячах километров на запад и гораздо севернее.

Спрятавшись в зарослях густого кустарника, ночной путешественник затаился до утра.

Не прошло и полутора часов, за которые Хандор успел замерзнуть, как небосклон неохотно просиял в строго положенном месте, а из-за древней горы, неотступно переходящей в статус холма, показалось местное светило. Оно было несколько крупнее тех, что раньше видел спрятавшийся в зарослях наемник, но ни размер, ни странный оранжевый цвет, не произвели на него особого впечатления. Он внимательно осматривал лежащую внизу долину, широченную, как душа мота. Далеко внизу, извивалась струйка реки. Она была так ничтожна, что даже не верилось, что своим происхождением, да и внушительными размерами, эта долина обязана именно ей.

На противоположном склоне, на берегу небольшого заливчика, явно искусственного происхождения, возвышался поселок. Он был немного больше, чем представлял себе Хандор и выглядел, как чужеродная деталь, на фоне нетронутой природы. Рядом с поселком была устроена посадочная площадка. Из-за обступивших ее грузовых контейнеров выглядывало оперение необычно маленького челнока. Больше из техники, на которой можно было передвигаться в пространстве ничего не наблюдалось. Не было даже вездеходов. Вокруг поселка на начавшей желтеть траве не было видно ни одной колеи, оставленной подобной машиной. Не было сомнений, что все необходимое доставляется в это место по воздуху, а может быть даже и «по космосу», как любил говаривать один бродяга, мир его праху. Непонятно почему, но хозяева намеренно поддерживали отстраненный статус этого места, и видимо им это неплохо удавалось.

Хандор лежал и рассматривал поселок в прицел аннигилятора. В отличие от автоматного, этот обладал зверским увеличением. Хотя до ближайшего строения было около семи километров, но с высоты все было прекрасно видно. Широкие, прокошенные газоны и узкие улочки нежилого сектора пока пустовали. Судя по всему, с первым лучом зари здесь никто не подрывался. Среди стандартных блочных модулей, из которых, как из конструктора, можно было воздвигнуть все, что угодно, к тому же особо не напрягая фантазию, выделялось строение особого рода. Оно было не только больше по размерам, возвышалось на два этажа над крышами самых высоких модулей и аккуратных котеджей, но и выделялось претензией на исключительное архитектурное решение. Вычурность модерна в этом образце была смело соединена с наглостью авангарда. Надо сказать, что одним куском это производило впечатление.