Просто идеал - Лэнсдаун Джудит - Страница 43

– Верхом? – со смехом спросила Ханна.

– К сожалению, да, и вот результат. Пришлось идти пешком, потом просить помощи... За которую я вам очень признателен, леди Ханна. Я знал, что вы окажетесь именно такой – доброй и милой.

– Знали? – с недоумением переспросила Ханна, склонив голову набок и внимательно глядя на молодого человека.

– С того самого момента, как увидел вас, – поспешно добавил тот. – Я понял, что у вас доброе сердце. Это видно по глазам.

– А почему на вас нет формы? – неожиданно спросил Джордж. – Когда я приехал в Блэккасл, я видел кавалериста а нем была такая красивая форма.

– Правда? Моя тоже очень эффектна, но я не собираюсь разъезжать в ней по всей Англии. Это было бы вызывающе. Знаешь, что значит это слово, мой маленький друг?

– Конечно, – фыркнул Джордж, – не дурак.

– Джордж! – укоризненно воскликнула Ханна.

– Все равно, так и есть, – упрямо повторил мальчик. – И я не маленький друг. Многие в моем возрасте такого роста. С годами подрасту. Так сказал его милость, а он всегда прав.

– Да? – улыбаясь спросила Ханна.

– Да.

– Но откуда ты знаешь, что он всегда прав?

– Он сам мне сказал!

Увидев, сколько лошадей отдыхает во дворе домика пастора, Бериник пришел в недоумение.

– Что тут, черт возьми, происходит? – пробормотал он, спешиваясь.

Привязав свою лошадь рядом с остальными, он поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Дверь открыли не сразу, и он снова забарабанил.

– Это Бериник, – сказал пастор, заслышав стук. – Сиди, дорогая, я открою.

– А откуда он знает, что это герцог? – спросил испуганный Сильвердейл, ероша пальцами волосы.

– Он единственный стучит так, что в доме дрожат все стекла, – усмехнулась Вероника.

– Это точно, – подхватил Гейзенби. – Он и к сквайру стучит столь же настойчиво. Энн говорила.

– Да уж, – вздохнула герцогиня. – Когда мой сын стучит в вашу дверь, слышно даже в погребе.

В комнате послышался голос герцога:

– Какого черта тут происходит? Не знай я вас как облупленного, Дэмпси, я решил бы, что вы проводите собрание прихожан! Но я-то вас знаю! – Он вошел в комнату, и его единственный глаз быстро оглядел присутствующих. – Мэллори? Гейзенби и Сильвердейл? Какого дьявола?

– Как раз, когда ты постучал в дверь, Уильям, мы обсуждали, есть ли вероятность, что кто-то из присутствующих знает убийцу лично, – улыбнулась сыну Вероника. – Можешь присоединиться к нашему военному совету. Я хотела послать за тобой, но Ричард был уверен, что ты появишься, как только осмотришь сарай на поле Хаттера. Ты заходил туда, Уилл?

Бериник опустился на стул и уже более мирно ответил:

– Я только что оттуда. Никто не потревожил доски пола.

– Мы знаем, дорогой. Ричард тоже заехал проверить.

– Он мне не говорил!

– А как он мог сказать, если вы не виделись с самого начала погони за незнакомцем. Уилл, лорд Сильвердейл хочет тебе что-то показать.

– Я... я не думаю... – начал побледневший Сильвердейл.

– Ему все равно придется это увидеть, лорд Сильвердейл, – настаивала Вероника. – И чем раньше, тем лучше. И не вздумай набрасываться на лорда Сильвердейла, Уильям. Вещь принадлежала его отцу, и он получил ее в наследство, ничего не ведая о прошлом.

– С чего это мне набрасываться на него? – подозрительно спросил герцог.

– Из-за этого. – Сильвердейл, собрав остатки мужества, встал, сделал два шага вперед и протянул герцогу открытую ладонь, на которой поблескивала безделушка.

Бериник взял льва и, не веря своим глазам, уставился в его кроваво-красный глаз.

– Ах ты... Проклятие! – зарычал он, и Сильвердейл отскочил назад. Но герцог остался сидеть на месте и продолжал разглядывать вещицу. – Но у него нет короны и грифона, – добавил он уже более спокойно. – Может, это просто совпадение? Или кто-то сделал копию с тех вещей?

– Посмотрите как следует, – посоветовал Дэмпси. – Идите к окну – там светлее.

Бериник подошел к окну и через несколько секунд сказал:

– Теперь я вижу, что его переделали. Кто-то убрал корону. Значит, папа был прав: львов больше, чем три. Где ваш отец его взял, Сильвердейл?

– К величайшему сожалению, понятия не имею. Пастор рассказал нам о Поулах и Торнах и о старой вражде, но я клянусь, что ни о каких Поулах в жизни не слышал и никогда не желал вашей семье зла. Даже представить себе не могу, как он оказался в доме вдовы Тислдаун.

– Его нашли в доме вдовы? Какого черта мне не сказали?

– Я обнаружил его вчера, – перебил Бериника мистер Дэмпси. – Он запутался в занавеске. И ничего вам не сказал, чтобы не добавлять забот, которые и без того тяжким бременем легли вам на плечи. Хотел сначала рассмотреть безделушку и убедиться, что это тот самый лев.

– Он показал его нам с Мартином, – вмешался Мэллори, – и я уговорил пастора одолжить его мне на пару дней, чтобы порасспрашивать в гостинице, не потерял ли кто безделушку. Но я солгал, потому что сразу узнал льва. Мне жаль, и я прошу прощения за эту ложь, но я не мог поверить, что Сильвердейл причастен к смерти девушки или имеет какое-то отношение к той родовой вражде. И я оказался прав. Слай никогда не был в доме вдовы Тислдаун, он просто потерял где-то брелок, а тот, кто нашел его, умышленно оставил льва в домике вдовы, чтобы подозрение пало на лорда Сильвердейла.

Бериник медленно переводил тяжелый взгляд с Мэллори на Сильвердейла. Потом спросил:

– И как же вы узнали, что Сильвердейл никогда не был в том коттедже? Просто поверили лорду на слово?

– Не надо считать меня дураком, Бериник, – резко ответил маркиз. – Я умею задавать нужные вопросы и могу отличить ложь от правды, когда слышу ответ. Сильвердейл не виновен в смерти девушки, но ее убийца по-прежнему где-то в Баррен-Уичи. Когда я и ваша сестра обыскивали дом, никакого льва, там не было, но он появился к вашему приходу. В тот день кто-то побывал в коттедже и спрятал там безделушку, чтобы бросить тень подозрения на невинного человека.

– А может быть, вы сами ее и спрятали? – задумчиво поинтересовался Бериник. – Чтобы отвести подозрения от себя и своего человека, которому вы заплатили за убийство Мэг.

– Уильям! – вскрикнула Вероника.

– А что, мама? Он кузен Сильвердейла. В конце концов, они часто видятся, и он мог быть тем самым человеком, который нашел или просто украл льва. И у него была прекрасная возможность спрятать безделушку в доме, когда он был там с Ханной.

– Ханна бы заметила! – с негодованием возразила герцогиня. – Твоя сестра не глупа и уж тем более не слепая.

– Конечно, нет, но ей было не до того. Если помнишь, она переживала за лорда Мэллори, который убедил ее, что слышит крики и плач Мэг. Поэтому, когда они вернулись в дом вторично, она думала не о поисках улик, а о его состоянии.

– И поэтому лазила под диван на четвереньках! – насмешливо подхватил Мэллори, хотя по глазам было видно, что ему не до смеха. – Тогда-то у меня и была возможность спрятать льва. Но я этого не делал. Когда мы с леди Ханной обыскивали коттедж, безделушки там не было, даю вам слово.

– Слово убийцы или того, кто заплатил за убийство, ничего не стоит.

– Не стоит, – спокойно ответил Мал. – Но мое слово твердо, как мой клинок, и надежно, как английский банк.

Несколько минут они стояли друг против друга, и второй раз за последнее время Мэллори почувствовал, как тяжел взгляд единственного глаза герцога. Он проник Мэллори в самое сердце. Маркиз не чувствовал за собой вины, не испытывал страха, но подозрения герцога могли положить конец его встречам с Ханной.

– Почему у вас дрожали руки в тот вечер, когда мы заговорили об убийстве Мэг? – резко спросил герцог. – Сильвердейл оставался спокойным, а вы не могли удержать бокал.

– Не знаю, – признался Мэллори. – Это было такое странное ощущение – словно мне за пазуху вдруг насыпали снега. Может, крики бедной девушки донеслись до меня, а может, вокруг стола собрались призраки вашего замка. Когда мы подъезжали, я почувствовал, что в его стенах живы чувства многих людей. Но что бы это ни было – даю слово, – я не убивал эту девушку. Если не верите, могу принять ваш вызов прямо сейчас.