Ирнийские наваждения - Раткевич Сергей - Страница 60

Королева Кериан устроилась в соседнем кресле. Третье кресло занял наставник Дэрран, четвертое -- мастер Джарлин. Принц Ильтар и маркиз Фальт остались стоять.

-- Сейчас, когда все, что могло быть сделано, уже сделано, я могу несколько подробнее рассказать вам об этом существе, -- промолвил наставник Дэрран. -- По вашему счету возникло оно очень давно. Эльфы и люди, да простят меня все здесь собравшиеся, пребывали в то время в относительной дикости, у тех же, кого вы называете гномами, древнейшая история сменялась просто-напросто древней, Тридцать четыре тысячи двести шестьдесят седьмой год от основания Первого Царства, распад Союза Четырех, смерть Великого Шаллира, Ночь Черных Молотов, -- наставник Дэрран посмотрел на принца Ильтара -- помнит ли?

Принц припомнил уроки и кивнул.

"Помню".

-- Шли ожесточенные войны, возникали и рушились царства, -- продолжал наставник Дэрран. -- Это было время расцвета алхимической науки, и алхимики были тогда гораздо могущественнее магов. Впрочем, самые могущественные из тогдашних мастеров сочетали оба эти искусства. Однако могущество и мастерство, если они не украшены мудростью, часто ведут к бедам. Один из величайших алхимиков того времени, мастер Ошшери, к несчастью, не отличался осторожностью. Все отходы своих экспериментов он просто-напросто выливал в располагавшуюся неподалеку пропасть. И вот однажды, а если верить хроникам Эллорна, это случилось на десятый день после смерти Великого Шаллира, из той самой пропасти, куда так бездумно выливались и выбрасывались самые невероятные вещества, внезапно вылезло странное существо, прихотью судьбы создавшееся из тех самых алхимических отходов.

-- Так он что, вообще не живой?! -- выдохнул Ильтар.

Наставник Дэрран поморщился.

-- Ну, раз его не Боги создали, значит -- не живой? -- настаивал принц. -- Ведь только Боги могут вдохнуть жизнь.

-- И когда вы уже научитесь не перебивать старших, ваше высочество? -- с усмешкой вздохнул наставник Дэрран. -- Во-первых, речь идет не об этом существе, а о его далеком предке, а во-вторых, гномы долго спорили, есть ли у этих существ не только душа, но и разум.

-- И... что? -- удивленно спросил принц.

-- И пришли к выводу, что нет, -- ответил наставник Дэрран.

-- То есть, чего нет?

-- Разума, -- коротко и веско промолвил старик.

-- То есть? Но оно же производит впечатление вполне вменяемого... -- растерянно пробормотал мастер Джарлин. -- Когда я с ним общался... я бы мог поклясться, что общаюсь со вполне меняемым мерзавцем!

-- Вот именно. Производит впечатление, -- сказал наставник Дэрран. -- Оно вроде бы вполне способно мыслить и чувствовать. Подготовленный особым образом маг без труда может прочитать его мысли и чувства. Вот только суть в том, что они не настоящие. Очень искусная имитация сознания. Чем уж там этот горе-алхимик ни баловался, но то, что у него вышло, было совершенно чудовищно. Он, кстати, и сам попался. Ему очень понравилось то, что у него получилось. Ему стало интересно, что из этого еще можно сделать. А кроме того, его грела мысль, что он, быть может, первый из алхимиков, кто сумел сотворить живое из неживого. В свое время они немало сил потратили на этот антинаучный вздор, но так ничего и не достигли. И вот мастер Ошшери вспомнил эти неудачные попытки и решил, что, верно, способ все-таки есть, нужно только понять, что же именно и с чем смешалось и вступило в реакцию. И он исследовал. Изучал. До тех пор, пока эта тварь не поработила его разум и волю. Он был убит собственными коллегами после серии невероятных преступлений, внушенных ему этим чудовищем. К тому моменту он уже ни на мгновение не сомневался в безупречности и правильности любых желаний своего подопечного. Чудовище, меж тем, исчезло, и выловить его не удавалось довольно долго. А потом выловили. В Малом Шерне, в Алмазных Горах, и у гробницы Великого Шаллира. Стало ясно, что существо каким-то образом размножилось. К этому времени относится появление первых Охотников. Тех, кто делом своей жизни почитал преследование и уничтожение этих тварей.

-- Жаль, что гномам не удалось тогда уничтожить их полностью, -- промолвил король Илген.

-- Гномы сделали, что смогли, ваше величество, -- ответил наставник Дэрран. -- Большинство тогдашних войн в той или иной степени было вызвано этими существами. Когда им удавалось захватить и подчинить себе короля или военачальника... сами понимаете, что из этого происходило. Достоверно известно что Эншаль, Воллар и Тренгери -- древнейшие царства гномьего мира -- пришли в упадок, разрушились и погибли во многом по вине этих существ. У гномов тогда было нечто вроде Святых Престолов, это был Совет Мудрецов и Алхимиков, куда допускались лишь величайшие умы тех времен. Именно они и решили создать в противовес этим чудовищам таких, как я.

-- То есть... наставник... вас тоже... -- принц Ильтар в волнении запнулся и не смог продолжать.

Наставник Дэрран насмешливо посмотрел на юношу.

-- Ну я же все равно рассказываю, ваше высочество, неужто так трудно потерпеть, не перебивая? Вы всерьез считаете, что так получается быстрее? Ну, так вы ошибаетесь, ваше высочество. Вот смотрите, если бы вы не перебили меня, я бы уже давно вам все рассказал, а вместо этого, я читаю вам нотацию о недопустимости подобного поведения для особы королевской крови, а вы так и не знаете ответа на ваш вопрос.

-- Наставник! -- жалобно простонал принц.

-- Ладно уж, ваше высочество, -- сжалившись, промолвил тот. -- Отвечаю. Нет, меня не создали при помощи алхимии и магии; как я уже упоминал, создать таким образом живое разумное существо не представляется возможным, а создавать нечто подобное уже созданному ненароком чудовищу... гномы даже помыслить об этом не могли! Нет, все было совершенно иначе. Были отобраны группы добровольцев, которых посредством алхимии и магии довольно основательно видоизменили, после чего был длительный период обучения под руководством тех, первых Охотников, о которых я уже рассказывал. Те из них, кому удалось убить подобную тварь и при этом уцелеть, те, кто устоял под чарами обаяния и прочими пакостями, коих у этой твари предостаточно, обладали совершенно бесценным опытом. Его они нам и передали.

Наставник Дэрран замолчал.

Королева Кериан вздохнула.

-- А про ашшары расскажете? -- попросил принц.

-- Ну, раз уж вам так хочется, ваше высочество... -- промолвил наставник Дэрран. -- Если, конечно, его величество не возражает.

-- Мне самому интересно, -- ответил король Илген. -- Почему я должен возражать?

-- И мне, -- добавила королева Кериан. - Думаю, нам всем следует узнать об этом побольше, раз уж так вышло, что это чудовище свалилось на наши головы.

-- Ашшары были откованы для нас особым кланом кузнецов, которые владели тайными магическими знаниями, -- промолвил наставник Дэрран. -- К сожалению, ныне их знания утрачены. Хочу заметить, что я не пытаюсь сейчас скрыть какую-либо гномскую тайну, я и в самом деле не знаю. Уходящие гномы уже не владели секретом своих древних сородичей. Где-то в многочисленных битвах Среднего Царства погибли последние хранители этого знания. Так что, увы... разве что люди с эльфами смогут когда-нибудь открыть эти тайны еще раз. Мне ведомо лишь, что они каким-то образом умудрялись пробуждать душу в своих творениях. Не создать, не вдохнуть, а именно пробудить спящее. Они говорили, что в любом куске металла спит живая душа, что нужно лишь правильно "позвать" ее. Ашшары были живыми клинками, способными общаться со своими владельцами. Правда, если клинок попадал в неумные руки или надолго оказывался заброшен, его душа как бы "засыпала", такой клинок видел происходящее вокруг него, как сон, и не мог говорить со своим воином. Так случилось и с клинком Карвена. С Ноэрми. К счастью, нас учили пробуждать "уснувшие" клинки, так что теперь у Карвена есть наилучший из возможных учителей. Меня самого когда-то учил мой ашшар, и эта наука стоит любой другой.