Тень шпаги - Раткевич Сергей - Страница 61

— А… кто это? — Карвен еще раз оглядел трупы, с удивлением понимая, что не может определить по их одежде, кто же они такие.

— Наемники. Отпетая мразь. Душегубы. Вот уж на кого я не ожидал здесь наткнуться. Ты прости, что я тебя на пол уронил, но… сам понимаешь. Это не господа разбойники. Такой противник тебе пока не по зубам.

— Они здесь таились, словно знали, что мы придем, и нарочно нас караулили! — выдохнул Карвен.

— Они караулили не нас, а ворота, — пояснил Верген. — И убили бы любого, кто сюда вошел. А это значит, что здесь есть и другие. Впрочем, так и должно быть. Четверым им здесь просто нечего делать. Такие охотятся стаями. Пойдем поищем.

— А… нам они нужны? — спросил Карвен.

— А как же, — проворчал Верген. — Разумеется, нужны. Мертвыми. Впрочем, одного из них я не откажусь некоторое время потерпеть среди живых. Особенно если он окажется достаточно разговорчив. Надо узнать, что они здесь делают. Идем. И тихо.

Он бесшумно двинулся вперед. Карвен шагнул следом. Вот когда он особенно четко уловил разницу между собой и своим наставником. Сержант Верген крался, как большой хищный зверь, прячась в тенях и скользя от стены к стене. Совершенство его движений восхищало и завораживало, как все истинно прекрасное. Карвен подобным похвастаться не мог. Весь мало — мальски подходящий опыт пришел к нему из детских игр в прятки. Крадясь вдоль стены за сержантом, невольно припоминая свои детские уловки, он самому себе казался донельзя смешным и нелепым.

«Играть в прятки в таком возрасте?» Сознание почему — то упорно игнорировало тот факт, что играть в прятки с наемниками — это как — то совершенно не по — детски, и вообще это какая — то совсем другая игра.

И его вот так, без знания правил и практически без обучения, в нее окунули. Карвен понимал, что никто не виноват, а все равно было обидно. Ведь обидно чего — то не уметь или что — то делать плохо. Особенно если нужно хорошо. Особенно если сделать плохо просто немыслимо.

А еще обидно было от осознания того, что он наконец — то попал в сказку, в один из тех гномьих городов, о которых еще ребенком наслушался разных разностей; и вот он идет сквозь все эти чудеса, мимо настенной резьбы и росписи изумительной красоты, сквозь потрясающие переливы света и тени, созданные хитроумными отверстиями и потолке зала, пропускающими солнечный свет лишь под определенным углом, — и все это проходит рядом, вне восприятия, отмечаясь сознанием, но не задевая его по — настоящему… а все потому, что где — то дальше затаились мерзкие двуногие тараканы, которых непременно нужно убить, чтобы они не убили тебя самого. И все мысли об этом.

Справиться. Не подвести наставника. Выжить. Какие уж тут красоты?!

«Да. Одна маленькая ложка дегтя способна испортить сколь угодно большую бочку меда», — Карвен никогда раньше с такою силой не осознавал истинность этой поговорки.

Он шагал, пытаясь двигаться так же бесшумно, как его наставник, и от усердия то и дело оступаясь. Наконец Вгрген озабоченно оглянулся.

— Так не пойдет, — шепнул он, в три длинных движения вернувшись к Карвену. — Что ты там цитировал госпоже Айнир? «Основы кузнечного ремесла, от предков завещанные»? Вот и повторяй их про себя. И гляди в оба. Вряд ли эти мерзавцы прячутся слишком глубоко.

«Они рядом! — с испугом сообразил Карвен. — Эти… которые, как тени… они — рядом! Они рядом, а я тут спотыкаюсь!»

— Основы кузнечного ремесла! — еще раз шепотом напомнил Верген.

Повернулся и вновь бесшумно двинулся вперед. Карвен шагнул следом. Его внутреннему взору представилась старинная книга в потрескавшемся от времени кожаном переплете. Карвен, словно в далеком детстве, затаил дыхание и распахнул ее на первой странице. Он почти не шумел и ни разу больше не оступился. Быть может, из — за того, что был занят, повторяя то, что заучивал с самого раннего возраста, что начал читать одновременно с молитвенником, едва научившись разбирать буквы и складывать из них слова, то, что было привычно, что составляло некий незримый стержень его существа. Шаг за шагом, буква за буквой, слог за слогом…

Верген внезапно замер и плавным жестом подозвал Карвена к себе.

— Вот они, — шепнул он.

Зал с колоннами, в котором находились Верген и Карвен, обрывался вниз тремя огромными лестницами. Широкие, словно три каменные дороги, уводили они вниз, вниз… к сердцу гномьего города.

Вот на одной из этих лестниц, той, что слева, наемники и сидели. Удобно устроились на лестничной площадке, небрежно развалясь, прислонившись к каменным перилам. Некоторые лежали, подстелив под себя плащи и подсунув под головы дорожные мешки. Посреди площадки, там, где руки древнего гномьего мастера некогда выложили причудливую мозаику, были составлены здоровенные ружья. Трое наемников играли в кости. Еще один фальшиво тянул заунывную песенку. Из тех фраз, которыми они вяло перебрасывались между собой, можно было без труда понять, кто они такие и чем намерены здесь заниматься.

— Нужно немедленно сообщить об этом, — прошептал воин, выглядывая из — за каменных перил. — Мерзавцы слишком уверены, что им никто не помешает. Что некому будет им помешать. А это может означать только начало новой войны…

— Почему? — ответно прошептал Карвен. Он торчал рядом, разглядывая ничего не подозревающих наемников.

— Потому что только в этом случае у королевской армии может не оказаться времени и сил послать отряд, способный в лепешку раздавить эту мразь. И если нашелся кто — то без чести, совести и мозгов, способный заранее нанять и переправить эту мразь…

— А почему без мозгов? — спросил Карвен.

— Потому что любой армии нужно что — то есть. Обозы с продовольствием — всегда проблема. А если у себя в тылу проделать то, о чем они тут говорят… своей же армии есть будет нечего. Ты не высовывайся так сильно, а то ведь заметят, — добавил он для Карвена.

Карвен послушно убрался обратно. Воин еще прислушался и помрачнел.

— Нет, он точно сумасшедший, кем бы он ни был… убивать мирных жителей… женщин, стариков, детей… травить колодцы… даже этим тварям кажется, что это чересчур, слышишь?!

— Но им хорошо платят, — с отчаяньем сказал Карвеи. — Поэтому они будут!

— Поспешим, — прошептал Верген. — Нам нужно немедля об этом сообщить.

— Нужно их всех убить, — возразил Карвен. — Они же не просто враги… они… их просто не должно быть, вот и все!

— Их много. Можем не справиться. Если погибнем, о них и вовсе никто не узнает. Некому будет остановить.

— Если мы их не уничтожим прямо сейчас, они кого — нибудь убьют. Например, женщину… или ребенка, — упрямо стоял на своем Карвен. А потом выхватил пистолет, высунулся из — за драконьей морды, украшающей ту часть перил, за которой он прятался, и выстрелил в ближайшего наемника. Тот схватился за живот и рухнул на узорчатые ступени.

Наемники завопили, вскакивая на ноги и бросаясь к ружьям.

— Проклятье, когда хочешь, ты умеешь находить неопровержимые доводы, — проворчал воин, выхватывая свои пистолеты.

Двумя выстрелами он свалил двоих ринувшихся к ружьям наемников, после чего, укрывшись за перилами и повернувшись спиной к наемникам, принялся преспокойно перезаряжать пистолеты.

— Не высовывайся пока, — бросил он Карвену. — Схватишь пулю — голову оторву!

— А если мне как раз в голову и попадут? — полюбопытствовал Карвен, доставая второй пистолет. Его почему — то распирало совершенно неуместное веселье. Так, словно он хватил большую кружку крепкого вина на Осеннем Празднике, а потом перед всей деревней пригласил на танец первую на селе красавицу — и та вдруг согласилась.

— Тогда задницу надеру.

Снизу послышалось несколько беспорядочных выстрелов. Пуля чиркнула о край драконьей морды и с визгом умчалась прочь, едва не угодив Карвену в ту самую голову, которую ему следовало поберечь, чтобы наставник имел возможность впоследствии ее оторвать. Он торопливо присел.

— Вот так и сиди, — пробурчал Верген.

— Ага, — кивнул Карвен, примериваясь к лестничному спуску. Едва оттуда кто — нибудь высунется…