Сломанная стрела - Лэки Мерседес - Страница 62

Селенэй осталась на Границе — туда подходили свежие части, чтобы помочь очистить территорию от противника — но Элспет, советники, раненые и большинство Герольдов (включая Тэлию и Дирка) вернулись в столицу.

Перед самым отъездом советников Селенэй призвала их всех к себе.

— Я должна остаться здесь, — сказала она, серая от усталости, — Элспет облечена всеми полномочиями регента; в мое отсутствие она возглавляет Совет — и имеет право голоса.

Казалось, лорд Гартезер хотел что-то возразить, но потом угрюмо покорился. Члены Совета, которые обычно держали сторону Орталлена — за исключением Хирона — выглядели недовольными и злыми; Элспет явно предстояли с ними изрядные проблемы.

— В данном случае у вас нет выбора, господа советники, — сказала Селенэй, задерживая взгляд на Гартезере в отдельности. — Как вам хорошо известно, во время войны государь имеет право приказывать. И если вдруг возникнут какие-то трения или сложности…

Она сделала многозначительную паузу.

— Будьте уверены, что я узнаю об этом — и приму меры.

Элспет созвала Совет сразу по возвращении в столицу, как только все устроились, но разослала сообщение, что заседание будет проходить у Тэлии.

Советники явились, хотя самые старые и ленивые ворчали и пыхтели, взбираясь по лестнице на верхушку башни, где располагались покои Личного Герольда Королевы.

Тэлию еще никак нельзя было назвать здоровой: она оправилась лишь настолько, что могла продержаться час-другой без обезболивающих и одурманивающих снадобий, но не более того. Она сидела, опираясь на подушки, на маленькой кушетке, поставленной у окна. Практически все ее тело, за исключением головы и шеи, покрывали повязки; раздробленные ноги были заключены в странные приспособления, напоминающие большие сапоги. Лицо Тэлии могло поспорить белизной с ее формой Герольда. Элспет сидела рядом и одним глазом все время посматривала на нее.

Первым (как и следовало ожидать) заговорил лорд Гартезер.

— Что тут творится? — процедил он. — Что за белиберда насчет предательства Орталлена? Я…

— Это не белиберда, сударь, — тихо прервала его Тэлия. — Я услышала это из уст его сообщников по заговору, и его собственные действия, стоило мне назвать ему их имена, доказывают его вину.

Она просто и безыскусно рассказала обо всем: о том, что именно им с Крисом удалось узнать об Анкаре, о бойне на пиру, о гибели Криса и о своей встрече с Хулдой и Анкаром.

Когда она остановилась, явно устав, Элспет продолжила ее рассказ, передав то, что Тэлия сказала им после того, как Дирк перенес ее обратно, и описав сцену с Орталленом.

Слушая их, лорд Гартезер сидел молча, разинув рот, бледнея с каждой минутой.

— Так что вы понимаете, господа советники, — закончила Элспет, — почему моим первым актом в качестве регента должна стать проверка вашей лояльности с помощью Заклятья Правды. Кирилл, не согласитесь ли вы наложить его на своих коллег по Совету? Я хочу задать вам всем только один вопрос — чему и кому вы преданы прежде всего?

— Разумеется, Элспет, — ответил Кирилл, послушно кивнув в ее сторону седой головой. — А Элкарт может испытать Заклятьем меня самого.

— Но… я… — по лицу Гартезера покатились крупные капли пота.

— У вас есть какие-то возражения, Гартезер? — медовым голоском осведомилась леди Катан.

— Я… э…

— Если предпочитаете не проходить испытание, вы можете подать в отставку.

Лорд Гартезер переводил взгляд с одного лица на другое в надежде на отсрочку, но тщетно.

— Я… госпожа Элспет, боюсь, что… бремя моей должности стало для меня непосильным. С вашего позволения я предпочел бы сложить его с себя.

— Очень хорошо, Гартезер, — спокойно сказала Элспет. — Кто-нибудь еще возражает? Нет? Тогда, сударь, вы можете покинуть заседание. Я советовала бы вам удалиться в свои поместья и вести там тихую жизнь. Учитывая, через какое потрясение вам пришлось пройти, не думаю, что с вашей стороны было бы разумно принимать много посетителей.

Она смотрела, как Гартезер встает и, спотыкаясь, выходит из комнаты, с бесстрастным выражением лица, которому могла бы позавидовать сама Селенэй.

— Кирилл, сказала наследница трона, когда дверь за Гартезером закрылась, — вы можете начать с меня.

— А после Элспет хотел бы пройти проверку я, — смущенно сказал Хирон, — поскольку был одним из наиболее ярых сторонников Орталлена.

— Как пожелаете. Кирилл?

Испытание завершилось быстро; сюрпризов не произошло — выдержали все.

— Теперь у нас в Совете образовалось два пустых кресла: представителя Севера и представителя центральных районов. Есть предложения?

— От центра я предложила бы лорда Джелтана, — сказала леди Кестер. — Он молод, у него есть кое-какие неплохие идеи, но вместе с тем он уже почти четырнадцать лет управляет своими владениями — его отец рано умер.

— Кто-нибудь еще? Нет? А что насчет Севера?

Все молчали, пока тишину не нарушил шепот Тэлии.

— Если ни у кого нет других соображений, я предлагаю мэра Лошела из Древендола. Он весьма одарен, близко знает проблемы Севера, у него, насколько мне известно, нет никаких корыстных личных целей, а его зрелый возраст послужит противовесом молодости лорда Джелтана.

— Есть другие предложения? Быть посему. Кирилл, сделайте все необходимое, будьте добры. Другой вопрос, который нам предстоит решить — Хардорн и Анкар. Нам придется увеличить численность Стражи, что означает увеличение податей…

— Зачем? Мы же разбили их наголову!

— Нет никакой необходимости…

— Вы шарахаетесь от собственной тени…

— Я точно знаю, что ваша мать не давала вам таких указаний…

— Тихо! — рявкнул Кирилл, перекрывая воцарившийся бедлам, и, когда советники, ошалев от удивления, уставились на него, продолжил, — Герольд Тэлия желает высказаться, а ее не слышно за вашей болтовней.

— Элспет права, — устало прошептала Тэлия. — Я знаю Анкара лучше, чем любой из вас. Он вернется, он будет нападать снова и снова, пока одно из наших королевств не лишится вождя. И говорю вам — наша страна сейчас в большей опасности, чем была до битвы, которую мы только что выиграли! Теперь Анкар знает, на что мы способны и какую силу можем собрать в короткий срок. В следующий раз, когда он нападет, он бросит на нас армию, превосходство которой он сочтет подавляющим, и мы должны быть готовы ее встретить.

— А значит, нужна более многочисленная Стража, налоги, чтобы содержать ее…

— И ваша помощь, советники. Особенно помощь вашего Круга, Бард Хирон, — докончила Тэлия.

— Моего Круга? Почему?

— Потому что, как вы ярко продемонстрировали в случае с Гриффоном, Круг Бардов — наш единственный источник сведений о старой магии.

— Вы, безусловно, переоцениваете этих пресловутых магов… — начала леди Вайрист.

— Посмотрите сюда и скажите мне, что я переоцениваю! — Тэлия снова оттянула рубашку и повязку, покрывавшую плечо, и показала выжженный отпечаток руки, все еще багровый и воспаленный на вид. — Я буду носить эту отметину до конца дней своих, а для Хулды то был просто салонный фокус! — Леди Вайрист побледнела и отвернулась. — Спросите вдов, детей и вдовцов тех, кого убили демоны, переоцениваю ли я опасность! А я говорю вам, что маг, которого Анкар привез с собой, наверное, был одним из слабейших у него: Анкар не стал бы рисковать лучшими. И, Хирон, ваш Круг единственный хранит память о том, чего нам ждать и как можно защищаться от магии. Если вообще можно.

— Можно, — задумчиво сказал Хирон. — Так говорится в некоторых летописях времен Ваниэля — времен, когда Дары начали вытеснять магическое искусство. Возможно, вы, Герольды, и ваши Спутники — единственные, кто действительно сможет оградить нас от чародеев Анкара.

— На редкость веская причина для того, чтобы держать их при себе, если хотите знать мое мнение, — лукаво заметила леди Кестер.

— И еще вы и ваш Круг понадобитесь нам в вашей традиционной роли, — сказала Элспет, улыбаясь Хирону. — Особенно если мы не хотим оказаться в ситуации, когда будем вынуждены насильно набирать людей в Стражу.