Полет стрелы - Лэки Мерседес - Страница 44

Тэлия подавила приступ почти панического страха и внимательно посмотрела туда, куда он показывал. Разумеется, деревья легли в одну линию, упав в ту сторону, куда дул ветер — все, кроме последнего. Тэлия не видела никакой причины, почему оно отклонилось в сторону, а упади оно так же, как его собратья, оно раздавило бы Приют — и их с Крисом — всмятку. Но нет: дерево упало под острым углом, совершенно не задев Приют и разрушив только пустую пристройку. Оно упало почти что против ветра.

— Боги, — сказал Крис. — Я… я ни за что бы в такое не поверил. Я никогда раньше не верил в чудеса. — Он снова огляделся. — Я… это звучит глупо, но, кто бы ты ни был… спасибо.

Только он это произнес, как неотступное чувство, что за ними наблюдают, исчезло. Тэлия обнаружила, что снова может свободно дышать.

— Вот что, нам лучше вернуться в дом. Уже почти стемнело. — Крис поглядел на небо и снег, который по-прежнему сыпался оттуда и явно не собирался переставать.

Подавленные сознанием своего положения и разрушениями, виденными снаружи, они приготовили еду, поели и убрали за собой — все в полном молчании. Наконец Тэлия высказала то, что тревожило их обоих:

— Сможем ли мы отсюда выбраться?

— Хотел бы я быть оптимистом и обнадежить тебя, сказав «да»… Но, по правде сказать, не знаю, — ответил Крис, уткнув подбородок в колени и глядя на огонь. — До дороги далеко, а, как я уже говорил, за деревьями будет хуже. На то, чтоб проложить туда тропу, уйдет много времени, и нет уверенности, что, когда мы прокопаемся, Стража уже туда доберется.

— Может, нам попробовать пробиться, не прокладывая тропы?

Крис покачал головой.

— Чирры могли бы такое сделать, без поклажи, но Тантрис и Ролан — нет. И даже если бы смогли, нам все равно понадобилась бы провизия. Просто не знаю.

— Но как нам расчистить тропу без инструментов?

— Да еще то дерево поперек дороги… Крис долго молча смотрел в огонь.

— Тэлия, — сказал он наконец, — крепковеры никогда ничего не покупают, если могут этого избежать, об их скупости ходят легенды. Что тебе известно о том, как делать лопаты?

— Не слишком много, — ответила она уныло, — но я попробую.

— Давай-ка посмотрим, что тут можно приспособить.

У них нашлась уйма сыромятных ремней для веревок, множество прямых, тяжелых веток для древков и поперечин, но ничего, из чего можно было бы сделать саму лопасть. Неиспользуемые ими топчаны оказались так крепко сколочены, что отодрать от них днища не получилось, а доски полок — слишком толстыми, чтобы подойти для их цели. Раньше в Приюте нашлись бы и полки из более тонких досок, но они остались в пристройке, которая превратилась в месиво. Наконец Тэлия грустно вздохнула и сказала нехотя:

— Единственное, что мы можем использовать, — футляр от арфы.

— Нет! — запротестовал Крис.

— Больше нечего. Когда будем уходить отсюда, мы можем ослабить на Сударыне струны и обмотать ее одеялами и плащами, так что она будет в порядке и без футляра. Древесина там легкая и прочная, к тому же водонепроницаемая. Даже почти нужного размера и формы. У нас нет выбора, Крис. Джедус не сказал бы нам спасибо за то, что мы строим из себя сентиментальных дураков.

— Проклятие! — Крис помолчал мгновение. — Ты права. Выбора у нас действительно нет.

Он достал арфу из угла, где Тэлия оставила ее поверх кучи тюков. Невольно морщась, взял свой ручной топорик, осторожно отделил от рамы переднюю и заднюю стенки футляра и подал их Тэлии.

Она выудила из очага кусок угля и нарисовала на каждой некое подобие лопасти лопаты для уборки снега. Одну вручила ему, а за другую взялась сама.

— Постарайся придать ей такую форму; я займусь тем же.

Она осторожно обстругивала края лезвием своего топорика; на пол рядом падали кудрявые стружки. Крис внимательно наблюдал за ней, пока не уяснил в точности, что она делает, затем принялся за свою доску. В одном им повезло: древесина оказалась достаточно плотной, чтобы ее можно было легко резать острым топориком. Когда обе заготовки стали напоминать формой лопаты, Тэлия наметила на них отверстия, которые предстояло просверлить ножом. К тому времени, когда Герольды закончили работу, руки и запястья у обоих устали и ныли.

Тэлия покрутила кистями, пытаясь вернуть им чувствительность и подвижность.

— Теперь мне нужны две деревяшки примерно такой ширины, — сказала она, показывая расстояние приблизительно в два пальца. — И такой же длины, как лопасти. Полагаю, их тебе придется вырезать из рамы.

Пока Крис доламывал футляр, Тэлия перерыла свои вьюки в поисках горшочка с клеем. Найдя, поставила в котелок, до половины налитый водой, и подвесила над огнем, чтобы клей растопился. Тем временем она перебрала около дюжины палок, которые казались пригодными для рукояток, и выбрала две лучшие.

Когда клей был готов, она показала Крису, где просверлить в палках отверстия и как обтесать концы, которые предстояло прикрепить к лопасти. У нее самой были недостаточно сильные руки для такой работы. Когда Крис покончил с первой, Тэлия прикрутила ее к лопасти мокрым сыромятным ремнем, как можно туже натягивая его, чтобы он, высыхая, стянулся и покрепче прижал черен к собственно лопате. Затем прикрепила к обратной стороне лопасти поперечную распорку, вырезанную из палки поменьше, точно так же прикрутив ее к рукоятке. Наконец, приклеила к основанию лопасти кусок рамы, чтобы тот играл роль стопора, не давая снегу соскальзывать. Прикрутила другой кусок палки к древку позади стопора, чтобы работал скрепой, затем проклеила все крепления в своем кустарном изделии, пропитав клеем даже сыромятные ремни. На чем ее познания и закончились; она отложила свое творение в сторону, чтобы просохло за ночь, и принялась за второе.

— Грубого обращения они не выдержат, — устало вздохнула она, закончив. — Нам придется буквально трястись над ними.

— Все лучше, чем копать снег голыми руками, — ответил Крис, беря ее руки в свои и растирая.

— Думаю, да. — Тэлия попыталась заставить себя расслабиться. — Крис, а как же Стража расчищает дороги?

— Они нанимают деревенских. Потом есть бригады с лопатами: они раскапывают самые большие заносы, а остальное просто утрамбовывают.

— Мне думается, это не слишком быстрый процесс.

— Да.

Коротенькое слово повисло в воздухе между ними. Тэлии стало не по себе, но она не хотела увеличивать навалившееся на Криса бремя, поддавшись своему страху.

Разделяющее их молчание все больше затягивалось.

— Страшно неприятно тебе говорить, — нехотя сказал Крис, — но ты передаешь. Я чувствую сильные эмоции, и мне известно, что источник не во мне: Тантрис только что подтвердил.

На миг вспыхнул гнев, потом — отчаяние…

— Черт возьми, Тэлия, замкни это в себе! Ты не делаешь легче никому из нас!

Тэлия подавила рыдание, до крови закусила губу и, взяв себя в руки, начала выполнять дыхательное упражнение; оно успокоило ее, успокоило настолько, что она действительно смогла обнаружить утечку и заблокировать ее. Крис облегченно вздохнул, улыбнулся ей, и Тэлия почувствовала, как внутри слабо шевельнулась надежда и радость от успеха.

Наконец Крис выпустил ее руки и пошел за арфой; Тэлия была совершенно не в настроении петь, но Крис выбирал только незнакомые ей вещи. Казалось, он просто плывет от мелодии к мелодии, возможно находя в подборе музыки забвение от мыслей об их бедственном положении. Тэлия только слушала; чирры, похоже, заразились ее мрачным настроением и тоже молчали. Тэлия использовала пение арфы, чтобы усилить действие успокаивающего упражнения и не открывала глаз, пока музыка не смолкла.

Крис уже поднялся и ставил арфу обратно на место у очага. Вернулся и, не говоря ни слова, растянулся рядом с Тэлией.

На сей раз молчание нарушила она.

— Крис, мне страшно. Я действительно боюсь. Не только из-за того, что со мной творится, а из-за всего… — она махнула рукой, — того, что там, снаружи.

— Знаю. — Пауза. — Я тоже боюсь. Мы оказались в неважном положении. Ты… могла убить нас обоих тогда вечером. Ты и сейчас могла бы. А снаружи… Я никогда не чувствовал себя таким беспомощным. Между нами говоря, мне просто хотелось бы опустить руки. Просто свернуться в клубок и надеяться, что все пройдет само собой.