А смерть подождет (СИ) - Глюк Ольга - Страница 62

— Если тебе не составит труда, — церемонно поклонился Тимтхэнн.

Дальнейшие десять минут Астург в подробностях обрисовывал все то, что происходило буквально с моего рождения, а я просто поражалась, откуда он знает столько подробностей. Подозреваю, что тут постарался Мик, играющий роль невольного шпиона. Ближе к концу длинной речи я начала гораздо чаще поглядывать в окно, за которым солнце уже почти приблизилось к горизонту.

— Можно поскорее? — бог Мысли изогнул бровь и чуть искривил губы в ухмылке, так не подходящей к детскому лицу. — Кому, как не мне, знать, что вы уже давно все решили, а сейчас просто разыгрываете представление на публику, а сами желаете поскорее вылезти из неудобной одежды, снять жестянки с головы и разъехаться по домам.

— Ленсо, где твоё уважение? — устало вздохнула богиня Мудрости и тепло улыбнулась Ариандору, который, кажется, даже смутился. — Продолжайте, Ваше Величество.

Алиас покачал головой, прикрывая лицо рукой.

— Я говорил, что у моего наставника крайне специфичный стиль общения? — шепотом поинтересовался он у меня.

— Ничего, мы привыкли, — в таком же тоне отозвался Тимтхэнн, и мы с ним синхронно покосились на Дживу. По крайней мере, было ясно, на кого Ленсо старался равняться.

Один из королей, чья кожа была насыщенно-алого цвета, а глаза сияли черными провалами, поднялся на ноги. В нем безошибочно получилось определить Владыку демонов, который славился своим взрывным нравом, с которым не сравниться даже Тимтхэнну с его метелями. На какое-то мгновение мне стало страшно, но когда он заговорил, все опасения пропали. Потому что характер у него был еще хлеще внешности.

— И правда, давайте уже скорее огласим приговор и разойдемся, а то у меня там красавица-дочь замуж выходит, а я тут с вами торчу, — от удивления я едва не подавилась воздухом, но вцепившаяся в локоть Ли, которая Владыку боялась явно куда больше, чем какую-то там Смерть, помогла справиться со своими эмоциями. Да меньше всего это собрание походит на суд королей! Так, скорее какие-то дружеские посиделки, пусть и в торжественной обстановке.

— Не то слово, — ответил Алиас на мои мысли. Мы с Тимтхэнном переглянулись и удовлетворенно усмехнулись — без всяких сомнений, победа была уже в наших руках.

— Так, никто не против, если я обрадую детей? — каркнули с моего плеча, и я расплылась в радостной улыбке, погладив Морта по клюву. — Фу, давай только без нежностей, идиотка, — буркнул он, но я видела, что ворон был рад мне не меньше, чем я ему. — Значит так, после детального обсуждения семью королями сложившейся ситуации, Высшим Судом было решено, что Хэйлитэн вновь объявляется открытым для посещений, реконструкции и постоянного проживания там всех богов, возрожденных не ранее этого века. На Сирину и Тимтхэнна накладываются обязанности контроля порядка в городе богов, поисках возрожденных по миру и сопровождении их в Хэйлитэн, который объявляется самостоятельной территорией, независимой от Равнины Ангелов. При нарушении своих полномочий кем-то из богов их судьба повториться без созыва Суда, приговор будет приведен в исполнение Сириной, как преемницей Астурга. Кто-то хочет сказать что-то против? — Морт обвел всех внимательным взглядом и каркнул, подводя итог: — Единогласно. Ариандор, твоё слово.

— Объявляю Четвертый Суд Королей закрытым, - растерянно произнес король, и с его словами последний луч солнца скрылся за горизонтом, а пентаграмма в центре зала полыхнула, позволяя богам вновь переместиться в параллельную реальность. Перед тем, как они исчезли, я успела заметить, как довольно переглянулись Морена с Дживой, но не придала этому особого значения. Получается, Жизнь тоже желала восстановления богом в этом мире, и, скорее всего, именно поэтому все было решено так быстро и…

Стоп.

— Преемницей Астурга? Ты смеешься что ли?! — рыкнула я, а догадливый Морт быстро порхнул с моего плеча, спрятавшись за Владыкой демонов, к которому подходить было, честно говоря, страшновато.

— Я похож на клоуна? — фыркнул ворон, усаживаясь на лысину краснокожего короля. — На божка и нападай, я просто решение общее огласил.

Астург вздрогнул, когда я резко перевела на него взгляд, а короли, которые хотели было уже встать с тронов и начать расходиться, заинтересованно уставились на меня. И правда, когда еще можно увидеть такое: богиня Смерти кровожадным образом убивает бога Разбоя.

— Не хотите объясниться? — вежливо спросила я, пряча руки в карманах куртки. Переодеваться в платье после дороги я не посчитала нужным и уже успела услышать по этому поводу расстроенную речь от Айры. Впрочем, перед королями в таком виде я почему-то чувствовала себя гораздо увереннее. — Если что, я и так уже преемница Морены, так почему я должна стать еще и вашей?

Только я успела подумать, что в зале стемнело, как все свечи разом зажглись ровными пляшущими огоньками. Астург многозначительно улыбнулся.

— Именно поэтому, дитя моё.

Я на секунду опустила взгляд в пол, задумчиво закусывая губу. Получать еще одну роль в этом мире не хотелось — слишком много ответственности и проблем могло возникнуть от такого груза дел на одну маленькую меня.

— А знаете, что?.. Думаю, у меня есть гораздо более хорошая кандидатура на роль бога Разбоя.

Эпилог.

Спустя какое-то время.

— Тим, — угрожающе протянула я, сжимая пальцы в кожаных перчатках на плече Тимтхэнна. Тот никак не отреагировал, и я мстительно приоткрыла ауру, желая чуть отвлечь своего драгоценного бога Жизни, но случайно ослепляя на несколько секунд всех присутствующих на центральной площади. Конечно, с наритэном обращаться я по-прежнему толком не научилась и искренне завидовала Тиму, который и без всяких амулетов прекрасно управлял своей силой. Мик возмущенно мяукнул, отвлекшись на секунду от приставания к Ли, испуганно уставившейся в мою сторону.

— Сирина, прекрати, — страдальчески протянул метаморф, щуря свои хитрющие глаза. — Сейчас сюда сбегутся все призраки, чтобы узнать, почему их повелительница тут так своей сущностью направо и налево сверкает. Приревнуют еще, от них потом не отделаешься, — друг расхохотался, вспоминая, как пару месяцев назад в нашей с Тимтхэнном комнате, только-только обустроенной после окончательного переезда в Хэйлитэн, собралась чуть ли не целая армия призраков разных времен и народов. Все они дружно, практически до самого утра, выражали свое почтение и признательность за то, что я, такая хорошая, перевожу их бесплотные души за грань тогда, когда им хочется, а так же активно не давали Тимтхэнну даже прикоснуться ко мне, из-за чего тот разозлился и ушел в соседнюю комнату. Вернулся после рассвета, когда все привидения все-таки соизволили исчезнуть после угрозы, что я испепелю всех, включая еще и живых людей, гостящих в нашем доме.

— Она сама кого хочешь приревнует, — отозвался, наконец, Тимтхэнн и тут же получил от меня ментальный удар. Недолго думая, я добавила ему еще и посохом по голове, окончательно оскорбив молчаливую черепушку на наконечнике. — А вот и доказательство, — усмехнулся он, перехватывая мои руки над перчатками. Кожа привычно полыхнула синеватым свечением, которое почти сразу же сделалось прозрачным — за несколько месяцев было предостаточно времени для того, чтобы полностью научиться контролировать свою огромную силу и сделать её как можно более незаметной для всех окружающих.

— Не пялься на нее, — печально вздохнула я, утыкаясь лбом в плечо Тимтхэнна и тайком влияя на него. Всего неделю назад я в кои-то веки поняла, как действует Магия Голоса, а потому теперь практиковалась на всех, кто оказывался рядом со мной. Разумеется, чаще всего жертвой экспериментов оказывался бог Жизни.

— Она богиня Красоты, она и нужна для того, чтобы на неё пялиться, — насмешливо поспорил Тим и за это очередной раз получил от меня тычок под ребра.

Катосиллия и правда была невероятно красивой девушкой — без сомнения, самой красивой из всех собравшихся в Хэйлитэне богов с прошлого заседания Королевского Суда. Мы нашли её совершенно случайно, когда во время «работы» в бесплотном состоянии нам с Тимтхэнном пришлось бороться за жизнь сбросившейся с моста девушки. Только вот я боролась за то, чтобы забрать её душу, а Тимтхэнн за спасение жизни — против инстинктов не пойти, как бы этого мне не хотелось в некоторые моменты.