А смерть подождет (СИ) - Глюк Ольга - Страница 56

— Неужели принципы вам дороже жизни своего сына? — процедила я, поднимая пылающим красным огнем взгляд на драконицу, ошеломленно выдохнувшую при взгляде на меня. — Не мешайте мне, — чуть смутившись своего же резкого вопроса, тихо добавила я непривычно низким грудным голосом и опустила взгляд в сумку.

Книги в черной обложке из моего сна секундой ранее в ней точно не было.

Я сглотнула и бережно достала её из сумки. Резкий порыв ветра распахнул первую страницу, на которой в уже увеличившемся списке было перечеркнуто только одно, самое первое имя. Иргос Демист.

— Это был не сон… — сдавленно пробормотала я, смотря на второе имя в списке. Алимхот Уэстрон. Страницы снова перелистнулись, на этот раз куда-то в конец и передо мной возникло целое досье на юного дракона. Родился тридцать восемь лет назад, мать — швея Ариндра, отец — купец Корихор… Я проскользнула пальцами по странице и еле удержалась от того, чтобы произнести имя мальчика. Я уже знала, что будет после этого.

— Сирина… — настороженно протянул Тимтхэнн. Он стоял прямо у меня за спиной и внимательно смотрел в книгу, читая написанное. — Не смей убивать его.

Ариндра охнула и мгновенно побледнела, кажется, поняв, кто сидит перед ней. Людей в трактире не осталось — я даже не заметила, когда они ушли, но успела увидеть Эльду с Алиасом, которые выставляли последнего человека за дверь.

— Я… — я сжала губы. Больше всего на свете хотелось сказать, что я и не собираюсь этого делать. — Я не могу не убить его, — сдавленно прошептала я. — Он должен умереть, он уже записан в книге. Если его не убить, то он будет мучиться в предсмертной агонии вечность.

— Так сделай так, чтобы он не мучился в предсмертной агонии! — прикрикнул на меня Тимтхэнн, и воздух вокруг от него задрожал от сдерживаемой энергии. Я на секунду замерла, обдумывая внезапно пришедшую в голову мысль, и дернула мага за руку, утянув его к себе на пол. Положив его ладонь на еле вздымающуюся грудь мальчика, я прижала её сверху своей.

— Что вы делаете?! — вновь закричала драконица, дергаясь ко мне, но воздух вокруг нас троих — меня, Тимтхэнна и ребенка — колыхнулся синим светом.

— Спасибо, — благодарно кивнула я напряженному богу Жизни и начала приглушенно бормотать, объясняя свои действия и успокаивая скорее себя, чем кого-то еще. — Чтобы забрать душу, мне надо прикоснуться к умирающему или произнести его имя. А что будет, если я прикоснусь к нему, но… через тебя, через Жизнь? Если мы еще и подкрепим это Магией Голоса, то, может, получится вылечить его?

— Откуда ты знаешь, что это сработает? — поднял на меня серьезный взгляд Тимтхэнн.

Я слабо улыбнулась, облизнув губы.

— Я и не знаю.

Чуть сжав пальцы, я зажмурилась, придумывая рифму, складывая слова в недлинную песню. Сквозь тонкую материю перчаток я чувствовала, как раскаляется рука Тимтхэнна, как он медленно перекачивает через себя мою энергию. Оба наритэна приглушились, выпуская силу моей ауры, а через прикрытые веки я практически видела, как, проходя через ладонь бога Жизни, черная энергия Смерти превращается в целебный жизненный нектар, который был так необходим умирающему дракону. Кажется, даже сам Тимтхэнн не понимал, что он делает — просто действовал по какому-то внутреннему указанию.

«Всё правильно, сестра…» — прошелестел в голове голос Морены. В нем слышалась нескрываемая гордость за свою ученицу.

Улыбнувшись и набрав побольше воздуха, я запела:

— В мире нашем грешном, где ни рай, ни ад,

Смерть и Жизнь решили заключить контракт.

Жизнь и Смерть сложили силы свои в миг,

Гибель отступила, жизни свет возник.

Лихорадка солнца вянет на корню 

Место вновь свободно наверху, в раю.

Нет, не нужно плакать, юный Алим жив,

Ведь спасло его сплетенье смертных рифм.

Сон целебный нужен, отдых не мешает.

Ведь болезнь не сразу — постепенно тает.

Береги, Ариндра, сына Корихора.

До свиданья, Алим. Увидимся нескоро.

***

— Поздравляю, — раздалось довольное карканье Морта позади меня.

Мы ехали на купленных Тимтхэнном конях по пыльной дороге, морщась от пыли, летящей прямо в лицо. Какой смысл быть богами, если мы даже от такой неприятности, как эта, избавиться не можем? Первое время Тимтхэнн закрывал всех легким щитом, но сейчас, на подъезде к заброшенному Хэйлитэну, мы решили, что нам не помешает капля лишней энергии.

Эльда не проявила желания на поход вместе с нами в мертвый город богов. Честно говоря, я и сама не больно бы горела от восторга, узнай, что эта вспыльчивая драконица решилась бы продолжать путь вместе с нами, а потому крайне обрадовалась, когда узнала, что Эльда отправляется куда-то в город на юге Равнины Ангелов, чтобы зарегистрировать очередного Видящего, крайний срок которого уже подходил. Какого мне труда стоило уговорить Мика остаться, надо было видеть. Думаю, если бы не помощь Алиаса, который пока что не владел Магией Голоса, но был на удивление проницательным, метаморф и не согласился бы остаться в трактире и дождаться нашего прихода. Может, Мика и можно было бы взять с собой, но мы еще не знали характера Астурга. С него станется испепелить бедного бывшего кота, даже не поинтересовавшись, откуда он тут взялся.

— С чем ты меня поздравляешь? — вяло поинтересовалась я, вытирая пот со лба. Почему-то мне казалось, что в Равнине Ангелов будет гораздо холоднее, ан нет — по-моему, даже жарче, чем в Марионе. Никогда уж не думала, что скажу такое.

— Да не тебя, идиотка, — фыркнул Морт. Я заинтересованно оглянулась на него, сидящего за моей спиной и клюющего какого-то мертвого небольшого зверька. — Его вон, с торжественным превращением в заслуженного бога, — ворон немного потоптался на нервно заржавшей лошади и махнул крылом в сторону Тимтхэнна. — Только давайте вы не будете больше таких представлений устраивать, господа божественные? На той стороне среди всех богов скандал — Смерть и Жизнь действуют заодно, что может быть ненормальней?

— Джива наверняка недовольна? — криво улыбнулся Тимтхэнн, чуть притормаживая лошадь, чтобы сравняться со мной.

— Разумеется, — хохотнул ворон, перелетев на голову моего коня. Тот меланхолично вздохнул и, решив, что бороться с говорящей птицей бесполезно, продолжил лениво вышагивать по дороге. — Мало того, она не в восторге от вашей выходки в конюшне, — я смутилась, а Алиас с Тимтхэнном слаженно ухмыльнулись. — Так еще теперь и Сирина буквально помогла тебе пройти посвящение, — Морт снова повернулся ко мне, — а вот Морена, кажется, наоборот довольна вами обоими.

— Еще бы, она хотя бы нормальный человек, — улыбнулась я, вспоминая мелодичный, такой заботливый голос богини. Все-таки, как бы холодно я к ней не относилась всё время, она и в самом деле всегда была моей сестрой. Не важно, что не по крови.

— Морена кто угодно, но только не человек, — серьезно заметил Морт, а после ехидно усмехнулся. — Да, Сирина, только ты могла так назвать саму Смерть.

Через час мы уже стояли у центрального входа в Хэйлитэн. Честно говоря, на таковой он совершенно не был похож — обломки, оставшиеся от каменным ворот, были раскиданы в разные стороны, серый камень с теневой стороны был покрыт мхом и плесенью, а на деревьях, разросшихся вокруг, были свиты вороньи гнезда — уже давно опустевшие. Я опасливо перешагнула длинное прогнившее бревно, заросшее поганками, и заглянула в проем. Небольшая площадь, по которой ветер нехотя гонял сухую траву, пустовала, приютив на себе лишь две человеческих статуи в три человеческих роста. Кажется, когда-то они стояли в фонтане, но сейчас от него осталось лишь туманное напоминание.

— Морена и Джива, — прошептала я, смотря на статуи из незнакомого мне драгоценного металла. Судя по тому, что фигуры до сих пор не разрушили и не украли, на них стояло какое-то древнее заклинание.