Невольник - Добрынина Марина Владимировна "и Астральная Сказочница" - Страница 31

Ох, нет. Надо избавляться от этого тела. Оно меня заставляет думать о чем-то странном.

Едва успеваю прийти в себя после посещения султана, как в гареме вновь поднимается переполох. Его обитательницы срываются с диванчиков, на которых они только-только расположились в томных позах и сбиваются в кучу, изображая собою свору охотничьих собак, ожидающих команды хозяина.

Как выясняется, хозяйки.

Сначала в комнату впархивает стайка девушек — ярко одетых, чистеньких, стройных. Вслед за ними в зал входит женщина. Она, придерживая рукою подол длинного платья, проходит к одному из диванов и присаживается на нем, выпрямив спину. И тут же девушки из Нижней палаты бегут к ней и, в очередь, начинают почтительно склоняться у ее ног, изображая будто целуют подол ее темного платья и что-то приговаривая. Она же лениво отмахивается от девиц. Видно, что ритуал ее утомляет.

А я стою, забыв как дышать. Во-первых, вокруг этой женщины клубится сила — не слишком сильная, но какая-то не структурированная, что ли. Кажется, будто магия, как вода, проникает сквозь ее кожу. Во-вторых, она хороша, она прекрасна. Не могу даже вспомнить, как она выглядела. Вроде бы, брюнетка с очень белым лицом, но с таким же успехом она могла оказаться и альбиносом. Вроде бы, ее непокрытые волосы связаны в низкий тяжелый узел, но, не исключено, что у нее короткая стрижка. Она не высокая и не низкая, не худая и не полная. Она — сама соразмерность. Не понимаю, сколько ей лет. Лицо очень молодо, но назвать ее девушкой язык не повернется. Это — женщина, знающая о том, что она прекрасна, и пользующаяся этим с размахом.

Вздрагиваю, осознав, что девочки почти все уже приложились к ее одеянию губами, я остался один. Торопливо приближаюсь.

— Не надо, — говорит она по-зулкибарски, но с сильным незнакомым мне акцентом и смотрит мне в глаза. Голова кружится.

Делаю над собой усилие, чтобы опустить голову и отойти в сторону, а сам за ней наблюдаю. Успеваю заметить поверхностный беглый взгляд, который эта дама бросает в мою сторону. Или мне показалось? Или я выдаю желаемое за действительное? Не знаю. Она пробыла у нас едва ли с полчаса, и все это время я следил за ней, как зачарованный. Из перешептываний девчонок я понял, что это — султанша, айлидэ Элиника. Мать Равного Солнцу Гарея.

Прихожу в себя только после ее ухода. Понимаю отца султана. Говорят, он был верен этой женщине всю жизнь, пока не умер от неизвестной болезни. Айлидэ невероятна, непостижима. А ее имя — Элиника. Как ягодка. Все мои мысли лишь о ней…

Кстати, о мыслях. Я есть хочу.

В растерянности оглядываюсь по сторонам. Девушки, разочарованно вздыхая, успели разбрестись, кто куда. Подхожу к одной из них, пытаюсь спросить, а кормят ли здесь вообще, или в гареме поощряется каннибализм? Девица в испуге убегает. Может, она по-зулкибарски не разговаривает?

Вторая просто улыбается и пожимает плечами. Нет, ну где еду-то взять?! А может, пока мы в церемонии "возьми меня, я вся твоя" участвовали, нам пищу в номера принесли?

Воодушевленный, направляюсь к себе в каморку и, к своему восторгу, в самом деле, нахожу у кровати миску с чем-то съедобным. Состав с ходу определить не могу, но пахнет вкусно. Вроде бы зернышки и кажется мясо. Ложки вот нет. Может, завалилась куда-нибудь?

Нет, не завалилась. Ах да, я ведь слышал, что шактистанцы некоторые блюда едят пальцами! Усаживаюсь на кровать, опускаю руку в тарелку и слышу:

"Не ешь это!"

— Я с тобой поделюсь, — сообщаю Коту, который не дает приступить к трапезе.

"Не ешь! Там яд" — шипит Кот.

— Какой такой яд?

"Я не знаю, как он называется! Не ешь!"

Ставлю миску на пол. Перевожу взгляд на животное, которое выглядит напуганным, дрожит.

— Уверен?

"Да-да!"

— Сам не ел, надеюсь?

"Нет, я так вижу. Тебя хотят отравить".

— Я понял. Кто, не знаешь?

"Не знаю!".

Беру Кота на руки, поглаживаю его по взъерошенной спинке.

— Не трясись, киса, все в порядке. Мы справимся.

Магический, но, все-таки котенок. Минут через пять он перестает трястись, виновато бурчит, что достанет что-нибудь съедобное, и исчезает.

Итак, проблемы начались. Причин не доверять Коту нет. Значит, меня пытались убить. Кому я здесь успел не угодить? Ревнивой женщине? Или кто-то понял, что я из себя представляю, с какой целью сюда прибыл? Здесь умозаключения тоже могут пойти по двум путям: либо моя смерть должна повлечь за собой далеко идущие последствия независимо от моих действий, либо кого-то не устраивает, что я могу получить нужную мне информацию.

Какими могут быть последствия моего умерщвления? Я — лицо вне закона. Юридически и фактически наказать кого-либо за мое убийство нельзя. Образно выражаясь, это даже не будет убийством. Обычно подобное застенчиво именуется ликвидацией.

Кроме того, я здесь под чужой личиной с неофициальным визитом. Да, может быть Лин Эрраде с Шеоннелем и попытаются в случае чего организовать какие-то карательные мероприятия. Но, опять-таки, как частные лица. Маловероятно, что подобная перспектива может кого-то сильно испугать. А значит, скорее всего, злоумышленник опасается того, что я могу узнать и сделать. Значит, он должен знать, кто я. Нехорошо.

А если вернуться к версии с ревнивой дамой? Безусловно, подаренная мне внешность с объективной точки зрения весьма и весьма привлекательна. Но, рассудив справедливо, замечу: универсальной красоты не бывает. И вполне вероятно, что потомок Салимаха предпочитает блондинок, а шатенки вроде меня кажутся ему пресными. Взял же он Зоралику, а не несравненную Лорелею, за которую готов был заплатить весьма значительную сумму. Вот любопытно, он что, для коллекции меня приобрел?

Так вот, возвращаясь к версии, связанной с ревностью. Я абсолютно ничего такого еще не сделал, вообще не произошло что-либо, позволяющее предположить наличие у султана какого-то особого интереса к моей персоне. Неужели потенциальная опасность Лорелеи может быть настолько высока, что эту прелестную барышню следует прикончить до того, как она попадет в постель Равного Солнцу.

— Мяу!

У ног моих сидит Кот. Перед ним — нечто в промасленной бумаге.

"Лин передал", — поясняет все еще хмурящийся Кот.

— Надеюсь, не мороженое? А то с этого сладкоежки станется.

"Не знаю, я не смотрел".

Достаю из пакета пару кусков хлеба с холодным мясом. Жуя, умудряюсь поинтересоваться:

— Новости есть?

"Да, на жизнь Лина и Шеоннеля было совершено покушение. Они отбились".

— Ты не мог подождать, пока я есть закончу, я же чуть не подавился!

"Сам спросил".

— Кто это был?

"Вроде бы, бандиты, нанятые аукционистом".

— Надеюсь, заказчика они после этого не прикончили?

"Не знаю. У сестры спроси, когда появится. И вообще, мог бы и спасибо сказать. Думаешь, удобно было это в зубах нести?"

— Ну, спасибо. Кстати, кусочек хочешь?

"Ничего мне от тебя не надо!"

Обиженный Кот исчезает. Вот незадача! А я не успел спросить у него, выяснил он что-то насчет Саффы или нет.

Трапеза окончена. Долго ищу, куда бы спрятать бумагу — она может меня выдать. Если, конечно, еще не все обитатели гарема осведомлены о том, что я — иностранный шпион да еще и мужчина, и с животными разговариваю.

Ну что же, пора выходить на свет. Насколько я понимаю, завершить мой жизненный путь я могу и в собственной комнате, а потому нет смысла прятаться.

Глава 13

Лин

Была уже ночь, я почти спал. Точнее уговаривал себя уснуть, несмотря на всякие разные мысли одолевающие меня. Но мысли никуда деваться не собирались. Так я и лежал, весь в сомнениях по поводу нашего плана с внедрением Ларрена на территорию "врага". Вот его сегодня уже чуть не отравили. То ли какая-то сумасшедшая наложница, то ли кто-то, кто знает, кем Лар является на самом деле. Нет, мне кажется скорее первое, чем второе. Ну, кто мог бы разглядеть в прекрасной Лорелее превращенного Ларрена? Да никто! Кардагол же мастер! Не могли Лара рассекретить. А вот какая-нибудь девица вполне могла позавидовать, ведь "Лорелея" наша такая красавица… и впредь эта красавица не станет жрать что попало.