Огненная кровь - Горожанин Михаил Алексеевич - Страница 84

Ира не отворачивала лица от камня. Мака тоже то и дело бросала взгляд на него, чувствуя невидимую энергию, исходившую от испещренной природными узорами поверхности. А что, если отказаться? Вот просто взять – и отказаться? Мысли пришли как-то неожиданно. Она испытывала смутное ощущение неправильности своих действий. Грусть накатила на нее. Чтобы немного отвлечься, она разглядывала спутников.

Ребята достали пиво. Костик уже орал что-то матерное, но разухабистое. Какие-то частушки. Маша, не любившая крепкие выражения, все же улыбалась. Мишка умело аккомпанировал парой ложек по алюминиевой тарелке, присвистывая в такт. Андрей слушал, усмехался и медленными движениями точил свой любимый длинный нож. Стас и Иван лежали на траве и молча курили, выпуская в быстро темнеющее небо ровные кольца дыма. Олег начал тихо переговариваться с Ириной. Девушка слушала, опустив голову. Узор на ее повязке блестел серебристыми нитями в свете костра.

Частушки кончились.

– Давай «Машину», – попросил Станислав, не изменив позы.

Костик взял несколько аккордов, по которым Мака поняла, что сейчас прозвучит «Я пью до дна». Она усмехнулась. «Я угадаю эту мелодию с трех нот», помню-помню. Вспомнилось ее детское отчаяние, когда участники приснопамятной передачи «Угадай мелодию» делали вид, что не узнают музыку и с семи нот. В то время как она, сидя перед телевизором, давала верный ответ, едва выслушав описание песни, которое представляло собой одну большую подсказку. Ну почему, думала она, не я стою сейчас перед Пельшем? Призы передачи были всегда тем, что она хотела.

Допеть им не дали.

Едва вся компания, вслед за Костиком, подхватила: «Я пью до дна! За тех, кто в море», из темноты леса раздался треск.

С жалобным звоном гитара полетела в траву. Через секунду парни стояли, держа в руке кто нож, а кто туристический топорик или просто палку из костра.

Мака почувствовала дикое желание прижаться к огромному камню, высившемуся в нескольких шагах, словно он мог защитить ее. Краем глаза она заметила, что Ирина выпрямилась и вперила свой невидящий взгляд в сторону шума.

Вся команда напряглась. Шум приблизился.

– Кабан! – возбужденно шепнул Андрей. – Класс! Завалим… Запечем…

В темноте заблестели два огонька. Глаза! Мака и Маша невольно отступили назад. Послышалось нарастающее пыхтение. Парни подались вперед. Захрустело совсем близко, светящиеся глаза почему-то оказались слишком высоко для кабана.

Костик, Андрей и Иван со Станиславом дернулись, занося оружие. Мака зажмурилась. Через несколько секунд, не услышав ничего страшного, она снова открыла глаза. Ребята спокойно шли вперед, к трем незнакомцам, вывалившимся из леса на поляну.

Двое мужчин несли на скрещенных руках молодую женщину, лицо которой было перекошено от боли. Женщина была в очках, отражающих пламя костра. Их-то они и приняли за кабаньи глаза. Мака взглянула на ее ногу и сглотнула.

Сломанная кость торчала наружу, заляпанная кровью, темной в свете костра. Под самым коленом. Плохо дело.

Мужчины остановились, потом один из них, худой, небритый, негромко сказал:

– Можно нам к костру? Девахе совсем худо.

Мака заметила, что он внимательно и настороженно рассматривает их, словно пересчитывает. Она задумалась, чем они отличаются от простой компании туристов-походников.

Олег шагнул к палатке и показался со спальником в руках. Пришельцы аккуратно положили женщину на спальник поближе к огню. Она не стонала. Мака подивилась ее выдержке.

Андрей подбросил хвороста, все столпились вокруг пострадавшей. Только Ирина не двинулась с места. Второй мужчина, тот, что в очках, выглядевший постарше и поинтиллегентнее, поднял голову и посмотрел на склоненные лица.

– У вас есть аптечка? Или, может, кто-то из вас знает, что надо делать? До города, боюсь, мы ее ночью не донесем.

Они все знали, конечно. Вот только аптечки, которую обязательно берут с собой грамотные туристы, у них не было.

– Вань, у нас еще осталась вода? – Олег посмотрел на товарища.

– Нет, – тот помотал головой.

– Сгоняй за водой, – обратился старший к Станиславу. – Стас, Андрюх, притащите хвороста еще немного. Воды вскипятим, надо промыть.

Парни отошли в темноту, подсвечивая себе вытащенными из палаток фонарями. Олег достал нож и аккуратно разрезал джинсы девушки выше колена, отхватил штанину, оголив ногу.

– Засучите рукава, – буркнул интеллигент. – Испачкаетесь. Вон, у вас уже кровь на куртке.

– Ничего, – Олег аккуратно ощупывал ногу. Мака вдруг заметила, как напрягся худой. – Вправлять пытались?

– Пытались… Он… – пробурчал худой, кивая на очкарика. – Но не смог, похоже. Она от этого сознание потеряла. Я-то не с ними, уже так нашел. Шел-то в город, слышу, кричит кто-то.

– Ночью? – вырвалось у Маки. – Через лес?

Незнакомец посмотрел на нее и усмехнулся.

– Я местный. Что тут идти-то? А поезд ждать не будет, – он вдруг нахмурился и вскинулся к ним: – Сколько времени?

Андрей достал мобильный.

– Полпервого.

– Ну вот! – Худой криво усмехнулся. – Можно не торопиться.

– Это очень благородный поступок, – произнесла неслышно подошедшая Ирина. – Помочь ночью в лесу попавшим в беду людям может не каждый.

– Да… – проговорил мужчина, не отрывая глаз от ее наглазной повязки. – Не каждый.

Он медленно поднялся, одновременно каким-то неуловимым образом подавшись назад, за пределы освещенного круга.

Парни повернулись к Ирине, и та уверенно кивнула:

– Да.

Дальнейшее произошло очень быстро. Мака успела прыгнуть к своей палатке и выхватить из-под спальника «Вектор». Растяпа! Надо под рукой держать, корила она себя. Но ведь это несколько противоречит образу туристов, нет?

Видимо, кто-то из ее товарищей думал иначе, а может, просто был умнее, потому что она услышала два выстрела. Выглянув наружу, поводя стволом из стороны в сторону, она искала колдуна. Рядом в тех же позах, припав на одно колено и прикрыв глаза, замерли парни из ее команды. Иван и Станислав прекрасно стреляли на звук. Она не сомневалась, что слышала именно их выстрелы. Лес вокруг шумел кронами, поскрипывал стволами, скрадывая и маскируя действия врага. Двигаясь очень медленно, Мака приблизилась к по-прежнему неподвижно стоявшей Ирине, держа под прицелом сектор слева. Справа Ирину прикрывал Олег.

– Ушел, – Олег опустил ствол своей «Гюрзы». – Вань, Слав, обойдите периметр, север. Миш, Андрей – юг.

Все четверо гибко поднялись и скрылись в темноте. Мака взяла Иру за руку, собираясь отвести от освещенного места. Но девушка не поддавалась. Пригнувшись, она водила головой из стороны в сторону, словно принюхиваясь. Мака заметила, что позабытый в суматохе интеллигент обнимает вновь потерявшую сознание женщину и со страхом смотрит на Ирину, выглядевшую в бликах слабеющего пламени действительно жутковато. Мака обшарила взглядом свой участок леса и прислушалась. Тихо. Колдун затаился. Может напасть в любую секунду. Она бросила взгляд на подопечного Слепца. Ирина вытянулась вперед, наклонилась под невообразимым углом, поводя головой влево – вправо, словно марионетка, подвешенная на паре ниточек. Рот ее был открыт, показались кривые зубы, с губы свесилась ниточка слюны, блестевшая в свете костра. Зрелище могло испугать кого угодно. Мака посмотрела на интеллигента и увидела его выпученные глаза. Глаза все выпучивались и выпучивались, руки все сильнее сжимали тело не приходящей в себя женщины.

Пока не ушли в нее по локти.

Тогда Мака опомнилась и принялась стрелять.

И вопить.

Пули вгрызались в одежду интеллигента со звучным чавканьем. Утопив руки в женщине по плечи, он прижался к ее спине лбом, и через мгновение его голова скрылась в чужом теле. Новообразовавшееся существо неуклюже поднялось на четыре ноги, которые удлинились и стали, похоже, многосуставчатыми. Женские руки вытянулись, утончаясь, и неожиданно гибко хлестнули вперед, словно плети. Раздался громкий щелчок и хруст.