Порыв ветра - Воронков Николай - Страница 61

Мик мрачно кивнул.

— Неделя, другая, и они будут здесь?

— Скорее всего. Надо срочно запасаться водой, продовольствием, вызывать войска. Теперь каждый человек будет на счету.

Мик проводил взглядом проходивших мимо солдат.

— Потери большие?

— Двое раненых утром первого дня, я отправил их назад. Они дошли?

— Дошли, с ними всё в порядке. Пару дней повалялись в лихорадке, теперь идут на поправку. А ещё сколько потерял?

— Всё. Дальше шли без потерь.

— Всё?! За четыре дня, побывав у проклятого круга?!

— Заслуга Натис — она изобрела какое-то особое поле, отводящее животных, и мы шли почти как по обычному лесу.

— Изобрела? Как такое возможно — изобрести? Может она искусный маг, который водит тебя за нос?

— Мне кажется, нет. Сначала это было очень простое поле, но с каждым днём Натис добавляла туда всё новые элементы, и сейчас это уже нечто сверхсложное, позволяющее выборочно воздействовать на живых. Думаю, скоро против её желания никто не сможет приблизиться к ней, разве что очень сильные маги.

— А ты?

— Пока ещё смогу. Что будет через неделю — не знаю.

— И если ей вдруг захочется войти в крепость…

— Не начинай — поморщился Холс — Она имеет полное право входить и выходить из крепости в любое время суток как моя ученица. Но она сама отказалась идти в крепость, так как считает запрет на вход пришлого с оружием — правильным. По каким-то своим мотивам считает важным сохранить свободу Гмана и его право носить оружие. И в этом я с ней согласен — если переговоры с пришлыми всё-таки состоятся, то это может стать хорошим примером.

— Примером чего? Что можно свободно ходить с оружием и плевать на наши правила?

Холс укоризненно вздохнул.

— Примером того, что с нами можно иметь дело. А дальше можно разговаривать, спорить, договариваться. Но — спокойно, без недоверия. Это дорогого стоит.

— А если им так понравится отношение к ним Натис и они решат, что самый лучший вариант для них — признать власть Натис и стать её армией? Что ты на это скажешь?

— Скажу, что ты придумываешь самые невероятные варианты. Зачем это Натис? Зачем это пришлым?! Ладно, я пойду, приведу себя в порядок, а через час встретимся.

— Хорошо, я прикажу приготовить ужин, за ним и поговорим.

Когда маг, умытый, посвежевший, в чистой одежде, зашел к Мику, стол уже был накрыт. Белая скатерть, несколько мясных блюд, хрустальные бокалы. И как маленькая награда — графин с охлажденным вином. Хозяин не стал дожидаться прихода гостя, и уже неторопливо потягивал вино из высокого бокала. Молча указал рукой, чтобы гость не стеснялся, и снова пригубил вино.

Маг и не думал стесняться. Они с бароном были знакомы очень давно, прекрасно знали привычки и слабости друг-друга. В присутствии посторонних маг всегда держался сдержанно, подчеркивая, что главный из них — Мик. А вот так, наедине, мог и поспорить, и вставить крепкое словцо. Но когда дело касалось принятия окончательного решения, всегда оставлял это право барону. Не потому, что считал его умнее себя, более осведомленным или способным составить более выигрышный план. Но он сам был из семьи военного, и с детства отец вбил ему в голову — хуже нет, когда в армии начинается разброд и шатание. Командир может быть тысячу раз неправ, но единоначалие должно быть соблюдено, иначе последствия бунта будут гораздо хуже. И лучше надеяться, что командир всё-таки окажется прав. Поэтому маг и вел себя соответствующе — мягко и ненавязчиво подводил к нужному решению, но если барон решал по-другому, никогда не настаивал и не пытался действовать исподтишка. В конце концов, он всего лишь маг, а Миг — начальник крепости. И ответственность у них тоже разная.

Запахи блюд манили, но он предпочел налить вина. Отпил несколько глотков, замер, наслаждаясь ароматом, и, не дожидаясь вопросов, начал рассказывать. Спокойно, с кучей мелких деталей, которые особо врезались в память. Даже то, как менялось настроение солдат после каждого, даже мелкого, случая.

Барон слушал внимательно, но, судя по уточняющим вопросам, его больше интересовали конкретные цифры — рост, вес, размер, количество, предполагаемая опасность. Когда маг замолчал, тоже долго сидел задумавшись.

Наконец, встряхнулся.

— Очень не хочется с тобой соглашаться, но придётся. Другого объяснения увиденному тобой у меня нет — он помолчал, и вдруг, не сдержавшись, матюгнулся — Хмардаго! Лучше бы оправдались мои первые подозрения!

— Какие именно? — чуть усмехнулся маг.

Мик заметил усмешку и насупился.

— Я тебе уже говорил. Что появление Натис, обнаружение Гмана — всёго лишь способ отвлечь внимание, оттянуть войска из столицы и подготовить условия для переворота или вторжение кого-то из наших соседей. Отправил депешу голубиной почтой, и почему-то в столице этим очень заинтересовались. Ответ пришел уже на следующий день, и строгий приказ — не спускать с Натис глаз. Но вы уже ушли, а теперь приказ теряет всякий смысл. И ещё. Сюда направлен маг с особыми полномочиями. Причем, следователь — маг. Наверное, в столице знают что-то ещё, раз направили не обычного человека.

— Обычному человеку с Натис разговаривать бесполезно, тем более, сейчас. Он просто не сможет подойти к ней против её желания, я говорил. А если и подойдёт, то будет плакать от счастья, слушая любую чушь, которую она пожелает ему сказать.

— Не пугай меня, нам ведь тоже надо поговорить с ней и с Гманом о мире, из которого он попал сюда. Численность, вооружение, тактика, боевые приёмы. Теперь что, каждое её слово ставить под сомнение?

— Ну почему же — улыбнулся маг — Соблюдай несколько простых правил, и всё будет нормально. Первое — забудь, что ты начальник крепости. Второе — забудь свои замашки, командный голос и приказной тон. Разговаривай как обычный человек, беспокоящийся за жизнь солдат, да и просто мирных жителей.

— Это так и есть.

— Верю. Но ты беспокоишься о своих, а перед Натис равны все. Даже змеи, которых она «попросила» пропустить нас. Я слышал только отголоски их разговора, но это было нечто… — маг мечтательно прикрыл глаза — Вот если Натис поверит, что тебе эти сведения нужны не для убийств, а для того, чтобы предотвратить их, тогда она расскажет все, что знает сама и что знает Гман.

— Ты же знаешь, что это неправда. Если потребуется, я буду убивать без всякого сожаления.

— А ты попробуй представить, что убивать совсем не обязательно, что надо сделать всё возможное, чтобы избежать этого. Я сам после общения с Натис иногда начинаю сомневаться — когда убийство оправдано, а когда считать его преступлением. Ладно, начнем разговор, а там будет видно — маг глянул в окно — Скоро начнет темнеть, так что следует поторопиться, чтобы не провести ночь в бесплодном беспокойстве.

— А после разговора с Натис мы сразу успокоимся?

— Во всяком случае, у нас появятся хоть какие-то конкретные цифры.

Мага и барона я заметила сразу, как только они вышли из ворот крепости. Шли не торопясь, как на прогулке, но я сразу почувствовала напряжение в их движениях, и чем ближе они подходили, тем сильнее это чувствовалось. Чего они боялись? Меня? Или предстоящего разговора?

Мужчины подошли совсем близко, но я и не подумала вставать. И усталость от похода сказывалась, да и какой смысл? Я не прислуга, чтобы юлить перед начальством. Маг с бароном потоптались, но всё-таки тоже уселись на землю передо мной. Минута разглядывания, затем Холс решил начать разговор. Кивнул на мою «одежду».

— Если одежда порвалась, то в крепости есть несколько комнат-гардеробных. Можешь прийти в любой момент и выбрать что пожелаешь.

Я только вздохнула.

— Нет настроения, как-нибудь потом.

Мужчины переглянулись, но уходить не собирались.

— Ни у кого сейчас нет настроения, — согласился маг — но нам как можно скорее нужны сведения о мире, из которого пришел Гман.

— Так спрашивайте, я не запрещаю.