Порыв ветра - Воронков Николай - Страница 40

Долго ожесточенно стирала платье, долго мылась сама, чуть ли не сдирая кожу, словно очищая себя от чего-то более грязного, чем обычная грязь, долго сидела, прислушиваясь к своим ощущениям. Потом вдруг поняла — что-то должно произойти.

Не стала ждать, пока платье высохнет, и отправилась гулять по крепости в «подменном» платье. Простенькое, но зато чистое.

Был уже вечер. На улице тепло, свежо, и заходить в душные помещения совершенно не хотелось. Примерно так же думали и все остальные. Во всяком случае, в проходах между зданиями и на плацу народу было непривычно много, и оттуда периодически доносились взрывы хохота. Любопытство и кошку сгубило, и для меня оно никогда не заканчивается хорошо, но не прятаться же от людей! Да, там на плацу куча народа, сплошь грубые мужики, но в столовой они себя вели относительно прилично и если не считать того, что меня (мысленно) не один десяток раз раздели и изнасиловали, то ругать их пока было не за что.

Развлечения были такими же простыми и грубыми. С десяток солдат собралось в одном углу плаца и тягали вверх-вниз гантели и штанги, сделанные из камней. В другом старались с расстояния прицельно попасть в камни, лежащие на земле, причем имело значение и в какой камень попасть, сдвинется он после этого и ещё какие-то нюансы. Смысл игры я не поняла, но страсти кипели нешуточные. Потоптавшись немного рядом с игроками, заметила и «свою» команду. Эти расположились на скамейках вокруг импровизированного ринга. Солдаты и наемники сидели вперемежку, лениво перебрасываясь словами. Время от времени на ринг выходила пара солдат, кланялись остальным и начинали драться. Кто на кулаках, кто на деревянных мечах, то на копьях. Наверное, всё-таки не всерьёз, потому что не смотря на крики, громкие звуки ударов, крови почти не было. Местный реслинг? Они поди ещё и ставки делают?

Пробравшись к скамейке, на которой сидели «наши», присела с краю, рядом с Мармуком. Тот покосился на меня.

— Ну, как дела?

— Да какие дела могут быть у посудомойки? — улыбнулась я — Грязная посуда, грязные тряпки, помойные ведра. Вот и все развлечения.

— Не обижают?

— Пока — нет. А у вас как дела?

Теперь хмыкнул уже Мармук.

— Да какие дела могут быть у наемников на службе? Тренировки, наряды, пот и стонущие мышцы. Вот и все развлечения — закончил он, повторив мои слова.

— Не обижают?

Мармук снова хмыкнул.

— Готовую команду обидеть трудно. А если вовремя не остановиться, то дело закончится кровью, а за это по местным законам наказание только одно — смерть. Поэтому если и цепляются, но осторожно. Вот и это соревнование больше для нас организовали.

— А что здесь делают?

— Разве не видишь — дерутся.

— Зачем?

— Чтобы было понятно кто есть кто. Сержант нас уже проверил, но его мнение, хоть и весомо, но всё равно не окончательно. Здесь собраны солдаты и наемники-одиночки, которым всё равно где и с кем служить. Но есть и несколько готовых групп, которые на задание отправляются только со своими. Если кого-то из них зацепить, то на защиту бросятся уже все. А чтобы не лить лишнюю кровь, и устраивают такие соревнования — группа вызывает на поединки другую группу. У кого больше побед, тот и будет задавать тон. Вон, видишь мужика с двумя косичками в виде рожек? Это Анхель, его группа считалась самой сильной до нашего прихода. Сейчас идут бои одиночек, а потом он бросит нам вызов от своей группы.

— И вы будете драться толпа на толпу?!

— Нет, каждый вызывающий выбирает себе противника сам.

— А вдруг он заведомо сильнее? Отказаться можно?

— Можно. Только это будет позором для всей группы, и с ней больше никто считаться не будет. Да и что значит «отказаться»? В бою тоже будешь выбирать противника послабее? Нет, конечно. Что досталось, с тем и бейся!

Я притихла, пытаясь переварить услышанное. Наверное, это правильно, учитывая местные условия. Но было бы понятнее, если бы были одиночные бои без привязки к группе, типа рейтинга бойца. Поняла бы, если бы дрались группа на группу, определяя слаженность. Но поодиночке, чтобы узнать чья группа главнее? Больше похоже на мальчишеское мерянья пиписьками.

Между тем «разминочные» поединки закончились, и на ринг, образованный скамейками, вышел детина с рожками, о котором говорил Мармук. Горделиво покрутился, оглядывая присутствующих.

— Моя группа хочет в очередной раз подтвердить, что она в лучшая в Большом Гнезде. Мы вызываем новичков, группу Мармука!

Все притихли, ожидая ответа. Мармук неторопливо встал, тоже огляделся, как бы проверяя, что его слушают внимательно.

— Мы принимаем вызов!

Толпа сразу зашумела, потом снова притихла, ожидая первую пару. Анхель вернулся к своим, они о чем-то переговорили, и на арену вышел откровенный коротышка. Ростом чуть выше меня, в три раза шире. В руках копьё. Крутанув его, ткнул им чуть ли не в лицо Манго.

— Ты.

Манго спокойно встал, вышел на арену и ему тут же передали ещё одно копьё. Короткий поклон зрителям, и бойцы бросились друг на друга.

Саму схватку я не поняла, настолько она была скоротечна. Дробный стук сталкивающихся копий, несколько круговых отбиваний, и противник Манго вдруг перекосился от удара копьём в бок. Ладно хоть копья были без наконечников, а то бы Манго точно проткнул коротышку. Зрители, понявшие гораздо больше меня, одобрительно зашумели.

Тернаку пришлось драться на мечах, а Ксанфу на кулаках. С трудом, но оба выиграли, и это совсем не понравилось Анхелю. Внешне он был спокоен, но я — то чувствовала его раздражение. И когда он вышел на арену, даже немного пожалела Мармука. Сейчас Анхель (как старший в группе) его вызовет, а чем дело закончится, я бы даже не рискнула предсказывать.

Анхель, действительно, подошел к нам, но ткнул пальцем не в Мармука, который готов был встать, а в меня.

— Ты!

— Я?! — судя по гулу голосов, удивлены были не только я. Кто-то даже крикнул.

— Побойся богов, Анхель, она же девчонка!

Но тот совершенно не смутился. Ткнул пальцем в Мармука.

— Ты говорил, что она член твой команды?

Кто-то из местных остряков тут же выдал:

— Да какой же она член? Ты бы хоть пощупал её сначала, прежде чем такое говорить!

Мужики заржали, но Анхель остался серьёзен и не сводил взгляда с Мармука.

Тот кивнул.

— Ты говорил, что она может убивать?

Снова кивок.

— Она будет сражаться, или ты признаешь поражение?

На этот раз Мармук с ответом задержался. Повернулся ко мне, долго смотрел прямо в глаза, затем снова повернулся к Анхелю.

— Она будет сражаться.

Анхель удовлетворенно кивнул. Вернулся в центр арены и с усмешкой бросил:

— Я жду!

Честно говоря, состояние было шоковым. Я, против этого громилы?! Захотелось убежать далеко-далеко, но меня остановил, словно пригвоздил к месту твёрдый взгляд Мармука. И его слова были неожиданными.

— У меня только одна просьба, Натис — не убивай его. В остальном ты вольна делать что пожелаешь.

— Ты что, считаешь, что у меня есть шанс выстоять против Анхеля? — моему удивлению не было предела.

— Я гораздо больше боюсь за него, чем за тебя — Мармук был серьёзен.

И ещё мой амулет Гернады ударил болью: «действуй!» Я с надеждой повернулись к остальным наемникам, но те почему-то тоже не выглядели испуганными. Они что, тоже считают меня великим бойцом?!

Это было неожиданно, но помогло успокоиться. И в самом деле, чего я боюсь? Со мной уже было столько странного, я уже столько натворила… А сейчас передо мной всего лишь мужчина, который надеется на свою грубую силу. Для меня сейчас важны всего две вещи — чуть разозлиться, чтобы моя сила возросла, и не переусердствовать, не убить вгорячах. Ведь уже думала, как поступать в таких случаях. Что я могу сделать с этим бугаем? Да что угодно, я уже ощутила разгорающуюся внутри силу. Будет полезно полечить его немного от излишней самоуверенности. Уже одно то, что он вызвал на бой не матерого наемника, а сопливую девчонку, не очень хорошо характеризует его. И какие бы ни были у него причины и цели, за такое надо наказывать. Лишь бы моя собственная уверенность не оказалась пустышкой.