Порыв ветра - Воронков Николай - Страница 32

— Вот если попросить Натис, и она сделает нам иллюзии таких женщин? Пусть и не таких красивых как в первый раз, но каждому! И чтобы они раздевались, наклонялись к нам…

Похоже, Манго без всяких чужих команд весь погрузился в мир эротических фантазий. Судя по взглядам остальных, они его прекрасно понимали. Я поразилась — неужели то, что я показала, подействовало так сильно? Да, первый образ был прекрасен, но не настолько, чтобы у мужиков поехала крыша только от зрелища красивого женского тела. Или я чего-то недопонимаю?

Тернак заговорил в тон Манго.

— Да, это было бы здорово. Подходит всё ближе и ближе, наклоняется ниже и ниже, уж почти берётся рукой за… — Тернак сделал театральную паузу и вдруг закончил зловещим тоном — А потом у Натис резко меняется настроение, женщина превращается в чудовище и клац зубами за нежное место!

Концовка была такой неожиданной, резкой, что все вздрогнули, а разомлевший Манго инстинктивно дёрнулся, пытаясь прикрыть руками свое мужское достоинство. Выглядел он настолько ошарашено глупо, что я, не выдержав, захихикала, а следом заржали мужики. Несколько минут стоял хохот, и сыпались советы по более безопасному удовлетворению своих желаний. И с дыркой от сучка в заборе, и… Не выдержав, я закрыла уши. Интересно и познавательно, но для женских ушей всё-таки грубо и обидно.

Манго сидел красный как рак, но постепенно пришёл в себя и тоже засмеялся.

— Да ладно вам, уж и помечтать нельзя.

— Мечтать можно, только о своих мечтах рядом с Натис лучше не говорить. А то вдруг она себе тоже что-нибудь намечтает в ответ. Какого-нибудь кобеля, который тебя на четвереньки поставит! — мужики снова зашлись в хохоте.

Веселились от души, и я впервые увидела наёмников с этой непривычной стороны, как живых людей. Оказывается, они и смеяться умеют, и шутки иногда отпускают вполне остроумные. Это было даже неожиданно, и мне впервые стало интересно сидеть просто так, в обществе приятных мне людей.

Разговор между тем плавно перетёк на меня. Не, лично меня не трогали, но мужики вдруг вполне серьёзно заговорили о «военном» применении моих способностей. Что, как и почему я это делаю, не обсуждалось. А вот как применить… Начал военную тему Тернак.

— Женщины — это хорошо, но если бы во время стычки с кем-нибудь нам на помощь вышла бы парочка клыкатых котов, было бы намного лучше. Им даже не пришлось бы ничего делать, просто выйти и рыкнуть. Вряд ли у кого хватит смелости драться с ними. А помните, как мы драпали, когда в пещере под Дарсом наткнулись на паука-людоеда? — остальные сразу перестали улыбаться и как-то напряглись — видимо воспоминание было совсем не из приятных. И сразу посыпалось — а помнишь… а как мы…

После десятка непонятных названий и появившемуся напряжению я поняла только одно — наёмники говорят о чем-то конкретном и очень страшном, от которого любой нормальный человек будет бежать без оглядки. И это страшное не где-то там далеко, а вполне реально, и может быть даже обитает в окружающих нас лесах. Сразу стала понятна та настороженность, с которой наёмники двигались даже по наезженной дороге. Можно понять желание заполучить таких тварей (даже виртуальных) себе в помощники, но… Чтобы изобразить их в деталях, мне ведь придётся приблизиться к ним, «слиться», почувствовать до последней мышцы, и может даже мысли… Я только на мгновение представила это, и меня всю передернуло. Ну уж нет! Добровольно, по собственному желанию — никогда!

Мармук, весь вечер молчавший, словно заметил мою реакцию. Негромко кашлянул, и все остальные сразу замолчали.

— Помечтали и хватит. Завтра днем должны добраться до Ганхора. Закупим продукты и сразу двинем дальше. Натис только учится, и что у неё получается, почему и как — одни боги знают. А после третьего кольца будет уже не до шуток. Пока будем думать — что значит шорох или тень, новый это зверь или неудачная работа Натис — можем проститься с жизнью. Поэтому повторяю ещё раз и для всех — пока не доберёмся до места, все разговоры о иллюзиях Натис под запретом — он посмотрел мне прямо в глаза — И мысли тоже.

Оставалось только кивнуть в ответ. Я послушная. Да и самой, честно говоря, не хотелось рисковать — Мармук не догадывается, наверное, и о сотой доли моего непонимания «что, как и почему».

До Ганхора и в самом деле добрались уже к полдню следующего дня, и я впервые увидела «настоящий» средневековый город-крепость. Всё как положено — стены метров пятнадцати в высоту, сложенные из крупных каменных блоков, башни, массивные ворота, стража. Я даже немного забеспокоилась о предстоящей проверке, но в город мы не пошли. Как раз перед воротами разместился местный рынок, окруженный полусотней домов. Туда мы и направились. Осла с повозкой под присмотром двоих наемников оставили у коновязи, Мармук в сопровождении ещё двоих отправился за покупками, а остальные разбрелись, предоставленные сами себе. Единственное условие Мармука — собраться через час.

Я тоже решила прогуляться. Денег ни копейки, но разве это когда-нибудь мешало женщине прогуляться по магазинам? Нас ведь хлебом не корми, дай только посмотреть, пощупать, прицениться.

В основном продавали продукты — фрукты, овощи, из местных огородов и лесов. Мясного было гораздо меньше. Из промтоваров в основном одежда и бытовая мелочь. Обычный средненький колхозный рынок (в моем понимании). Но я не могла отделаться от ощущения «неправильности» окружающего. Первое, что бросилось в глаза — слишком много наций и рас. За каких-то полчаса я столкнулась с людьми, похожими и на китайцев, и на европейцев, и на негров, и на аборигенов Австралии. И в одежде такая же мешанина — от набедренной повязки чуть ли не до современного европейского костюма. Разной степени поношенности, но в общей толпе это смотрелось странно. В столице я списала это на развитую торговлю, портовый город. Мы двигались на север, и по идее, на окраинах государства, в лесу, национальный состав должен быть более однородным, а здесь всё наоборот. Почему, интересно? Интересно для меня, потому что остальные вели себя вполне естественно, как будто это было в порядке вещей. Никто ни на кого не косился, не скандалил. Всех интересовала только торговля. Если кто и повышал голос, то только в пылу торга из-за цены.

Наёмники гуляли по рынку, делая закупки перед дорогой, а я просто таращилась по сторонам. Платье у меня есть, сыта, что ещё надо? По местным меркам уже хорошо. Украшения и косметика? Смешно. После всего произошедшего я стала равнодушна ко всем этим побрякушкам. Иногда сердце всё-таки екало при виде некоторых блестяшек, но, заметив внимательные взгляды торговцев, скрепя сердце проходила мимо.

Но вот мимо расклада с гадальными принадлежностями пройти не смогла. Как только увидела карты, прозрачные шары, курильницу, вязанки ароматных трав, ещё какая-то ритуальная ерунда, так в душе сразу что-то щёлкнуло — а почему бы не попробовать? Немножко таинственности и многозначительности в голосе, туманные фразы, полные намеков. Немножко подглядеть в памяти собеседника, несколько достоверных фактов из его прошлого, и доверие к моим словам возрастет до небес. А будущее… Главное — говорить что-нибудь приятное, а то ведь за плохое предсказание особо нервные могут и голову снести. Но если не зарываться, то чем не заработок?

Я стала более внимательно рассматривать разложенное на прилавке богатство. Особенно понравилась колода местных гадальных карт, напоминающих наши карты Таро. Большие, больше моей ладошки, сделанные из странного материала, напоминающего одновременно и хрусталь (при соприкосновении карт меду собой я слышала лёгкий звон) и чуть шершавую кожу. Вроде несовместимые свойства, но я держала эти карты в руках и так их и чувствовала. На обратной стороне (рубашке) одинаковое тиснение из орнамента, напоминающего восточный. А на лицевой стороне — картинки, настоящее произведение искусства. Черепа, виселицы, дорога, проходящая мимо палача. Были и нейтральные, типа звёзд, и хорошие, типа драконов и богов. И всё это нарисовано невероятно тонко, в мельчайших деталях. Казалось, что люди на картах будто разговаривали с тобой.