Эрийская маска - Воронков Николай - Страница 55

– Хочешь сказать, что я ВРУ?!

– Нет, не врешь. Во всяком случае, осознанно. Но у меня сложилось впечатление, что ты не понимаешь и половины того, что происходит с тобой и вокруг тебя.

– Может, просветишь? – заинтересовался я.

Чара сверкнула глазами, что-то хотела сказать, но вдруг как-то враз успокоилась.

– Извини, Нико, я погорячилась. Но непонятного вокруг тебя творится действительно много.

Мальви с удивлением посмотрела на Чару, но промолчала. За столом повисла тишина.

Наконец Мальви жалобно протянула:

– Нико, Чара, я помогу вам ругаться, но давайте сделаем это завтра? Я так соскучилась, пока вас ждала! Давайте хоть сегодня просто посидим, поболтаем. У нас ведь здесь больше никого из знакомых нет.

Мы с Чарой мрачно переглянулись. Но я кивнул все-таки первым. Мальви тут же вывалила на нас кучу новостей, которые разузнала за последний месяц. Постепенно мы все оттаяли, разговор оживился. Откровенно ругаться никому не хотелось, и незаметно мы заключили мирное соглашение. Я гуляю где хочу и делаю что хочу. Девчонки за мной не следят и ни к чему не принуждают. Я обещаю, что не исчезну без предупреждения, чтобы их не подставлять, а там видно будет.

Чара

С практикой у нас все пошло наперекосяк. После того как Нико наотрез отказался иметь с нами дело, мы доложили результаты куратору и стали ждать новых указаний. Но нам приказали оставаться в общаге и ждать. Делать было нечего, остальные девчонки разъехались. Только и развлечения что гулять по пустым коридорам да болтать. От безделья стали обсуждать Нико и вскоре чуть не переругались. Я считала, что если бы девчонки не встряли, то он все-таки провел бы со мной ночь. А они считали, что я сделала все слишком откровенно, чем и отпугнула его. В конце концов согласились, что это ничего бы не изменило. Нико нас не боялся и смотрел, как и положено парню в его возрасте, – очень внимательно, временами напряженно и с интересом. Но как только узнавал, что мы Ларги, между нами как будто вставала стена. Разговаривать можно сколько угодно, а вот дальше – ни-ни. И еще эти странные фразы про недоверие. А уж когда он в открытую сказал, что убьет нас, если мы попытаемся его преследовать, все совсем запуталось. Что за тайны у него такие? Почему такое отношение к Ларгам? Но ничего умного придумать не смогли. Если бы его как-то обидели Ларги, то он мог нас бояться или ненавидеть. А вот такое дружеское отношение и одновременно недоверие – непонятно. Потом махнули рукой – пусть у начальства голова болит. У них информации гораздо больше, пусть и строят предположения.

К концу второй недели мы уже настолько одичали, что готовы были на выполнение любого задания. Но все же вызов к самой главе Тайной стражи стал неожиданностью. Не наш это уровень. На всякий случай оделись очень скромно, в приемной сидели очень тихо.

Леди Лилиара с одного взгляда определила наше состояние, улыбнулась краешками губ:

– Садитесь, девочки.

Расстелила карту и стала показывать точки.

– На следующую ночь после отъезда из столицы Нико исчез.

Оглядела нас, ожидая реакции, но мы сидели притихшие.

– Поиски результатов не дали. Через неделю в Растоке заметили крестьянского вида парня, хромого и одноглазого. Предположительно это был переодетый Нико. Еще через несколько дней стало известно об исчезновении графа Драка с племянницей. Проведенное расследование показало, что они были убиты с использованием магии. И сделал это – Нико.

Леди Лилиара помолчала.

– Нико начал убивать. Убил мага и женщину. И я не знаю, на что он будет способен уже через месяц. По нашим предположениям, Нико будет искать некую информацию. И следующие точки, где он может появиться, – это столицы Румании и Ахгыза.

Лилиара достала из ящика три пенала для документов и положила перед нами.

– В этих тубусах три одинаковых комплекта документов, в которых ответы на вопросы Нико. Очень важные ответы. Открыть и прочитать их сможет только он. Для всех остальных – это мгновенная смерть. Ваша задача – приехать в указанные точки, найти Нико и попытаться убедить прочитать их. Если удастся, сопровождать его, куда бы он ни поехал.

Мы с девчонками переглянулись.

– Нико сказал, что убьет нас, если заметит слежку за собой.

Леди Лилиара не стала смеяться над нами.

– Именно поэтому – никакой слежки. Вы поедете открыто, в сопровождении охраны из отрядов поддержки. По прибытии на место вести себя тихо, быть все время на виду. При встрече с Нико самое главное – выдержать первые фразы, не спровоцировать его на необдуманные поступки. Упирайте на то, что выполняете поручение, а не следите за ним. Никакого давления, только уговоры, но очень корректно. Основные моменты мы обговорим, но больше полагайтесь на интуицию. Первой целью может стать дворец короля Румании и статуя короля Инкара. Туда поедет Чара. Она больше всех провела времени с Нико, поэтому сможет лучше распознать его настроение и мысли. Вторая возможная точка – Академия магии Ахгыза. Туда поедет Мальви. И третья точка – это наша Академия магии. Нико может приехать и сюда. Здесь его будет ждать Инна. Все понятно?

– Мы с девочками последнее время много обсуждали поведение Нико. У нас сложилось впечатление, да он и сам говорил, что не доверяет нам. Как же он поверит документам, которые мы привезем? Снова заподозрит, на этот раз в подлоге?

Леди Лилиара неожиданно тяжело вздохнула:

– Скорее всего, так и будет. Этот придурок не поверит никому из тех, кто обладает настоящей правдивой информацией. Будет биться головой в придуманную им стену. И когда это кончится – непонятно. Но у вас хотя бы появится повод быть рядом с ним, попытаться помочь ему повзрослеть, найти нужные ответы. Может, хотя бы ваше присутствие удержит его от новых необдуманных поступков. Скорее всего, Нико будет относиться к вам настороженно. Поэтому никакого давления, даже намека на возможное применение силы. Самый идеальный вариант – если после первых минут разговора вы перестанете вести себя как Ларги, выполняющие поручение, а превратитесь в обычных девчонок, к которым он привык. Можете немного повредничать, намекнуть на свою женскую слабость и взбалмошность. Пусть злится, обижается, смеется над вами – все что угодно, но он не должен воспринимать вас как врагов. И еще. При всех своих недостатках и странностях Нико чрезвычайно важен для Ларг и для Империи. И если встанет выбор – жизнь ваша или Нико, то выбор должен быть только один – жизнь Нико…

На следующее утро я уже была в дороге. Вокруг спокойно и привычно, а вот предстоящее задание не давало покоя. Как все просто и даже смешно начиналось год назад! Обычный вечер, какой-то мальчишка косится на меня из-за соседнего стола. Хотела припугнуть и сама же нарвалась на оскорбление. А последняя фраза – «Я тебя поцелую сам. Наедине. Если ты не передумаешь». Надо мной потом вся Академия неделю смеялась! Я сама невольно улыбнулась воспоминаниям. А потом меня позвали в Академию магии опознать предполагаемого шутника. Как я хотела его избить и унизить, какие шутки приготовила! И чуть не поплатилась жизнью. После этого все и завертелось – доклад начальству, неожиданное задание налаживать отношения. Особенно непонятна была фраза про «секс без ограничений». Нико, конечно, симпатичный, крепкий, но ему ведь было всего шестнадцать лет! Даже взрослые мужики боятся к нам подходить (за исключением падких до экзотики мазохистов и извращенцев), а тут – мальчишка. Да и повадки у него вредные. На уроки я к нему напросилась, но то, что он стал учить меня только танцам, бесило очень. Один раз показала характер и тут же получила взбучку. И отделал он меня как раз с использованием танцевальных приемов! Готова была провалиться сквозь землю от стыда и ярости, и в этом Нико мне помог. Тот тычок пальцем в лоб я тоже никогда не забуду. Пришлось отбросить гордость и начать заниматься всерьез.

У Мальви тоже не получилось соблазнить Малыша. Сначала все пошло хорошо, он растерялся от такого напора. А потом, похоже, заподозрил нас в сговоре, и мягкость сразу исчезла. Поцелуй при всех, «малышка, с сегодняшнего дня Я буду решать, куда мне идти и что делать. И нам надо на время расстаться, а то из-за твоих красивых глаз я немного подзапустил учебу». Ух как тогда злилась Мальви! Наверное, это был первый случай, когда бросили ее, а не она.