Младший бог - Воронков Николай - Страница 28

На следующий день я решил заняться более масштабными работами. Отодвинувшись «тройным зрением» от оазиса километров на десять, стал развлекаться. Сначала просто двигал песок, то собирая его в горки метров двести высотой, то разравнивая в идеально ровную площадку. Потом поэкспериментировал с созданием ветра, смерча, дождя. Получалось как при работе с «тройным зрением», только теперь мне даже не нужно было видеть структуру. И не надо никуда направлять силу, достаточно наполнить ею себя.

День прошел очень результативно. Осталось разобраться с собственной защитой. Что-то мне получать новые стрелы в себя не очень хотелось. Только как мне ее делать? Сказать, что стрелы не должны меня протыкать? А потом обматерил себя. Я же ведь делал раньше защиту с помощью заклинаний. И прекрасно помню ощущение этой защиты. Кто мешает сделать такую же, просто пожелав? Я так и сделал, и защита послушно появилась. Я ее еще немного улучшил, полюбовался и со спокойной совестью улегся спать. Теперь я готов!

Приготовился я очень вовремя. На следующий день меня посетил и сам Амунгул. Усевшись невдалеке, долго меня рассматривал. Я прекрасно выспался, был полностью уверен в себе, поэтому тоже рассматривал его с интересом. Какие новости он сообщит мне сегодня? Мой вид и спокойствие очень не понравились Амунгулу.

– «Младший», ты слишком спокоен для приговоренного к смерти.

– Амунгул, я уже говорил, что меня зовут Мастдай. И пытки меня не интересуют. Сегодня я хочу отправиться дальше. Ты бы распорядился, чтобы мне приготовили хорошую лошадь, а то не люблю я воровать.

Амунгул был так взбешен моей наглостью, что я даже улыбнулся. Поставив защиту, стряхнул с себя цепи. Встав, с удовольствием потянулся.

– Ты меня проводишь? – съехидничал я.

Надо отдать должное Амунгулу. Даже в шоке от происходящего, он выхватил нож и кинулся на меня, но только бессильно уткнулся в мою защиту. Защита ему ничего не делала, просто не подпускала ко мне. Убедившись, что обычное оружие против меня бессильно, я спокойно отправился на выход. Шуму, конечно, было много. Амунгул поднял тревогу, и со всех сторон бежали воины и шаманы. На меня кидались со всевозможными мечами и ножами, летели копья и стрелы. Но все это мягко опадало в метре от меня. Ближе никого и ничего моя защита не подпускала. Да и остановить меня сомкнутым строем не получилось. Примерно как забору остановить бульдозер. Я просто шел, а их строй мягко раздвигался. Потом начали работать шаманы. Но защита просто поглощала их заклинания. Минут через пятнадцать до всех наконец дошло, что задержать меня у них не получится. Теперь я шел прогулочным шагом, а меня сопровождала толпа воинов с ошарашенно-ненавидящими взглядами. Я дошел до палатки вождя, по-хозяйски открыл сундук с моими вещами и, никого не стесняясь, стал переодеваться. В палатку набились шаманы и, красные от ненависти, следили за моими действиями. Одевшись, я навесил на себя оружие. Затем стал надевать амулеты. Когда мои руки коснулись артефакта «младшего», в палатке ощутимо повисло тяжелое напряжение. Решив не усугублять, я с артефактом в руке повернулся к шаманам. Все замерли.

Я приподнял его на ладони, затем сжал кулак, и сквозь пальцы посыпался песок. Демонстративно отряхнув руки, не спеша направился на поиски подходящей лошади. Идти далеко не пришлось. У соседней палатки стояла чья-то уже оседланная. Усевшись и сделав защиту для лошади, огляделся по сторонам. Все мужское население стояло вокруг и не отрываясь смотрело на меня. И взгляды мужчин постепенно менялись. Сначала в них была только ненависть, а теперь у многих появились растерянность и непонимание. Вперед снова вышел Амунгул. Не сводя с меня взгляда, спросил:

– Кто ты?!

Меня очень подмывало сделать про себя еще одну легенду, но лучше слухи о своих новых способностях связать с другим именем, вдруг пригодится. Про Линка уже, наверное, потихоньку расползаются рассказы, что он стал слабенький и мягонький. Пусть для нехороших дядей, которые в это поверили, будет в будущем неприятный сюрприз. Мастдай – это из компьютерного жаргона. Типа, «должен сдохнуть». А раз я умирать передумал, то пусть теперь это другие на себя примеряют.

– Меня зовут барон Мастдай. И я не «младший». Надо хоть иногда верить людям.

Я тронул лошадь, и передо мной расступились.

– Провожать не надо!

Никто, правда, и не собирался. В полной тишине я уехал. Теперь у них будет что обсудить вечером у костра. А у меня своя дорога.

Глава 4

Младший бог

Оазис скрылся за барханами, никто меня не преследовал, и я позволил себе немножко погордиться собой. Как я их! Вежливо, корректно, как танк. Встал и пошел. И мы кое-что могем! Все-таки магия в нужное время и в нужном месте – очень даже удобная штука. Может, зря я ее боюсь?

Дорога была достаточно легкой. Вода и корм для лошади не проблема. Если мне не нравились высокие барханы на пути, я их просто убирал. А когда песок казался чересчур зыбким, делал его поверхность твердой. Конь воспринимал мои эксперименты с одобрением, и двигались мы очень ходко. Уже через пару дней я выбрался на дорогу, ведущую на юг.

Обстановка в таверне, в которую я решил заехать, мягко говоря, удивила. Посреди зала несколько человек старательно мутузили одного. Причем хозяин таверны взирал на это с полным одобрением. Ну, раз он считает это нормальным, вмешиваться пока не будем. Избитого выкинули за порог, и хозяин налил разгоряченным мужикам по кружке вина.

– А что это такое у вас происходит? – осторожно поинтересовался я.

– Да развелось жулья, продыха нет. И каждый норовит бароном Мастдаем назваться, требует, чтобы его поили и кормили как спасителя королевства! Нацепят пару мечей, а сами даже толком не знают, как за них держаться! – Хозяин презрительно сплюнул, и уже более внимательно пригляделся к моим мечам. – А вы кто, сударь, будете?

– Путешественник, барон…э-э… Бахус. Тут у вас проездом.

Хозяин еще раз внимательно оглядел меня, мои мечи, но цепляться больше не стал. Я заказал «дежурные» блюда, даже позволил себе немного вина. Усевшись, как обычно, в уголочке, с большим интересом стал слушать разговоры. А разговоров стало не в пример больше, не то, что пару месяцев назад. Люди изменились разительно. Голос теперь уже никто не приглушал, да и проблемы обсуждались только государственного масштаба. Стоило мне заикнуться, что пару месяцев я провел в песках, как на меня вывалили кучу новостей. Самой главной было, что диктатуре братьев пришел конец. Откуда они только слова-то такие узнали? О гибели «младшего» говорили как о доказанном факте. Тот вельможа, у которого я забрал карету, остался в живых. Вернувшись в столицу, пару дней таился по знакомым, опасаясь гнева братьев. А когда через несколько дней докатились слухи о погоне, «солнечном ветре», песчаной буре, а братья так и не вернулись, вельможа сложил два и два и пустил слух обо мне. Смысл слуха разительно походил на слова Букмуна об «освободителе». Тем более что в его доме нашли кучу трупов, включая «младшего». А когда спустя еще неделю братья не вернулись, слух быстро перерос в официальную версию событий.

Теперь барон Мастдай превратился в национального героя страны. А желающих погреть руки на чужой славе оказалось множество. «Баронов Мастдаев» появился не один десяток. Тем более что вельможа меня видел недолго, да и был я весь в крови. Но с ними разбирались просто – били морды в твердой уверенности, что настоящий герой от кулаков отобьется. Если уж он смог победить братьев, что ему какие-то кулаки!

Но это были еще цветочки. Неожиданно выяснилось, что чуть ли не каждый второй вельможа в окружении короля руководил движением сопротивления братьям. Выжить при братьях смогли только самые изворотливые и беспринципные. Сейчас эти качества пригодились в полной мере, и вельможи сцепились, как пауки в банке. Несколько человек уже скоропостижно умерли, остальные старались набрать побольше сторонников и готовились к борьбе за власть. Королевство стремительно катилось к гражданской войне. Даже здесь, в захудалой таверне, споры на политические темы частенько перерастали в драки. А что ж тогда творилось в столице?