Коллекция «Этнофана» 2011 - 2013 - Кирюхин Илья - Страница 153

— Павел, как ты считаешь, верным ли мы курсом идём? По моим расчётам, наш корабль должен был уже вчера увидеть землю.

— Пётр расслабься, что ты всё переживаешь? Капитан говорит, что всё хорошо и у меня нет поводов ему не доверять. Тем более это не наша задача — следить за курсом, мы всего-то должны сражаться да побеждать.

Если бы их сейчас услышал кто-то из местных сержантов или упаси бог, капитан, то мало им бы не показалось. Такое панибратство между рыцарем и оруженосцем было дикостью, доселе невиданной на корабле или незамеченной. Пётр не хотел быть первым из тех, кого поймают за этим делом, поэтому он сбавил тон.

— Ну, возможно ты и прав, но всё же, я не могу избавиться от мысли…

В этот момент на палубу вернулся капитан. У него стал не здорово красен нос и глаза, а вид из помятого превратился в избитого, как будто он простоял десять минут в бойцовском кругу против боцмана, того ещё здоровяка.

— Видимо ром сделал своё дело. — Тихо, чтоб Иоанн не услышал, прошептал Пётр.

Капитан подозвал к себе боцмана.

— Который сейчас час, Ирей? — С беспокойством в глазах, которое не укрылось от Петра, прошептал он.

— Примерно, пять. — Подскочив к капитану, сказал Боцман. Нервничая, капитан осмотрел палубу, посмотрел на Петра с недоверчивым взглядом. И отправился на нос корабля, при этом что-то бормоча.

— Капитан, капитан Иоанн. — Выкрикнул Пётр, приближаясь к нему. Тот обернулся.

— Что тебе надо, крестоносец? — Брезгливо сказал Иоанн и продолжил своё странствие.

— Мы точно плывём правильным курсом?

— Да, правильным! — Твёрдым, даже немного злым тоном, ответил капитан, повернулся и быстро зашагал от Петра.

— Манфреди, пошли, надо заточить оружие и проверить доспехи. — Прошептал почти на ухо, подошедший к нему Павел. — И отстань от капитана, всё равно сейчас адекватного ответа ты не получишь.

— Да, пошли, но что-то всё же тут не так…

Спустившись в низ, они обнаружили целую кучу оружия. Оно было буквально везде. На бочках, на полу, в каждом углу и что самое странное, в свободных гамаках. Даже удивительно как тут могли жить люди?

— Да тут работы будет на добрые три часа, а ты говорил, что на корабле нечем заняться. — Павел улыбнулся и первым влетел в груду железа.

— Да, ты прав. — Пётр оглядел каюту и тяжело вздохнул, после хоть и не очень плотного обеда работать хотелось меньше всего. Тем более на корабле царила невыносимая жара. Трюм же напоминал баню. К удивлению Петра он увидел пару потёртых веников.

— Может и вправду кто-то решил тут устроить парилку? — Пробормотал он себе под нос.

Как только рука коснулась первого орудия, сзади послышались шаги. Пётр оглянулся, это был тот парень, который прибегал во время обеда. Павел не заметил гостя, отошёл в дальний угол, упал, зацепившись об копьё. Поднялся ужасный шум.

— Парень, с тобой всё нормально? — Поинтересовался Пётр.

— Лучше чем у вас! — Всхлипнул он. — Я-то ещё успею унести ноги… — Парень подхватил кинжал, лук и стрелы. Криво улыбнулся Петру и взлетел по лестнице.

За проверкой и расстановкой оружия прошло ещё пять часов. Работ заняла больше времени, чем они думали и всё из-за большой кучи оружия в правом углу. Копья, зацепившиеся за сети, никак не хотели из неё вылизать, а сети резать было нельзя, так-так они были нужны для охоты на крупных зверей. Освобождённые сети убрали подальше. Сеть не поддавалась на уговоры, Пётр подходил к ней и так и этак, в какой-то момент он начал разговаривать с ней, дело дошло до абсурда: Пётр чуть ли не уговаривал её распутаться! Ей богу только цветы в руки и вперёд, прям ловелас. Естественно это заметил Павел, и тут полетели «подколки», затянувшие процесс до невозможности, да ещё боцман явился. Искал что-то, но, видимо, не нашёл.

Не успели парни отдохнуть, как вниз поспешили остальные обитатели корабля. Измотанные бойцы рухнули в свои очищенные гамаки, и даже спасибо не сказали! Кто-то снова разбросал своё оружие по полу. Никакого уважения к человеческому труду! Пётр аж покраснел и захотел начистить рожу одному особо честолюбивому воину. Но Павел его удержал.

Едва Павел коснулся своего спального места, по галере разнёсся громогласный храп. А вот Пётр не как не мог заснуть. Он ругал себя за то, что задремал сегодня днём, ведь, по его мнению, именно это событие не давало ему покоя. Полежав полчаса и не заснув, Манфреди поднялся на палубу подышать свежим морским воздухом.

Была спокойная ночь, дул слабый ветерок и на небе было огромное количество звёзд. Вокруг него не было ни души. Все либо спали, либо были на носу корабля и рассказывали друг другу байки. Постояв у борта, наглотавшись морской пены — одна очень не учтивая волна облила не в чём ни повинного рыцаря. Чертыхнувшись, Пётр отправился именно на нос. Он не любил шумных компаний, но в данной ситуации вариантов не было. Можно было попробовать спуститься и снова попытаться уснуть, но морская вода окончательно отбила эту идею.

Подойдя к носу, он увидел пятерых мужчин. Они играли в кости, пили ром и травили байки о разных приключениях. Пётр присел на мешок с чем-то хлюпающим и неприятно пахнущим, о содержимом он предпочёл не думать, и взял стаканчик с красноватой жижей, но пить её не стал. Он это дело не любил, однако выглядеть белой вороной не хотелось. Старый матрос с длинной рыжей бородой рассказывал историю об этих водах.

— Говорят, что в этих морях водиться страшное чудище, любого кто с ним сталкивался, больше никогда не видели. Рассказывают, что у него десятки глаз, громадные щупальца и гигантский хвост, украшенный острыми, как мечи сарацинов, шипами. — Он, было, хотел продолжить, но его перебил молодой крестоносец со сколотым передним зубом.

— Ха! Кто же тебе рассказывал, если ты говоришь, что его никто не видел, а если и видел, то тот уже давно на дне морском? — Старик посмотрел на него злым и недобрым взглядом, но ничего не сказал. В этот момент в разговор влез другой крестоносец. Он был уже изрядно пьян, но рассказ у него получился довольно связный и занимательный.

— Чудовища, морские твари — это всё сказки для детей, настоящая опасность этих морей — сарацины. — При этих словах сердце Петра сжалось. Он не считал себя трусом. Но истории о сарацинах, арабах, южанах, как их не назови, наводили на него страх. Конечно, в этом походе они должны были сражаться именно с ними, но как это будет происходить, думать не хотелось. Старик продолжил.

— Около двадцати лет назад я плыл на Галере «Восход» вместе с ещё одним кораблём под названием «Прибой». — Он сделал паузу и глотнул ещё рома. — Ночью мы сбились с курса и потеряли из вида наших товарищей. Плутая три дня, не видя ничего кроме воды, мы отчаялись. Однако ночью мы встретили корабль, не знакомый нам, без флагов и огней. Капитан решил идти на сближение, другого варианта у нас не было — провизия и вода кончались, нам срочно требовалось помощь. — Пояснил старый крестоносец. — Подойдя ближе, мы подняли белый флаг и спустили шлюпку, для переговоров. В тот же момент как она достигла воды, палуба, не знакомого нам корабля, озарилась ярким светом. Это были стрелы, в их свечение мы разглядели изогнутые мечи и их разнообразные одеяния. Это сарацины, раздался крик капитана, но сделать, что либо, мы уже не успели. Крики эхом разлетелись по нашей палубе. — Он налил себе ещё рома, но пока пить его не стал.

— Сарацины значит говоришь. Ха! Ребята они хоть смелые и безжалостные, но не самоубийцы же. Идти по этому маршруту, одним кораблём, да тут можно без проблем нарваться на какой-нибудь небольшой флот. И тогда им мало бы не показалось. — Вставил со свойственной ему усмешкой молодой крестоносец.

— Я же говорю, мы сбились с курса, куда мы приплыли, я не знаю, но не хочешь, не верь, а рассказ попрошу не перебивать. — Жестким тоном ответил старик. Молодой хотел что-то сказать, но Пётр его перебил и попросил продолжить.

— Так вот, о чём я, а да, стрелы. Все разом, как по приказу, стрелки выстрелили. Стрелы возвысились над нашими головами, осветив всё пространство вокруг. За считанные секунды я сообразил, что происходит и сиганул в воду. Не скажу, что падение моё было очень удачным, я зацепился головой о наше весло. Потеряв ориентацию, я чуть было не ушёл по воду, но я выплыл из этой поганой пучины. Не видя всей ситуации творившейся на корабле, я начал отплывать от него, это было легко — течение относило меня дальше и дальше от корабля. Я лишь слышал крики, крики гибнущих друзей. Прошло часа два, место битвы не было видно, но моё движения не останавливалось, меня гнал страх и этот страх был велик. Через час меня покинули силы, и я отдался течению. Я начал молиться, ведь другой надежды кроме как на бога, у меня не было. В этот момент надо мной показался «Прибой». Меня подняли на борт, обогрели, накормили, перевязали мне голову и, рассказав эту историю, я заснул. Позднее мне объяснили, что мы отклонились от курса и попали в их воды. — Он ещё много рассказывал о том, что было дальше, но для Петра это уже было не интересно, к тому же, молодой крестоносец снова начал высказывать свои сомнения об истинности этой истории. Пётр встал и пошел обратно наблюдать за звёздами и за морской пеной.