Рыцарь Семи Королевств (сборник) - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 44

– Мы же вроде на север едем?

– Стена восемь тысяч лет простояла – постоит еще малость. И добираться до нее добрую тысячу лиг, так не худо бы сперва серебром разжиться. – Славно было бы схлестнуться на турнире с этим желчным лордом Пеком. «Вас победил оруженосец старого сира Арлана, – скажет Дунк, получив с него причитающийся выкуп. – Тот, кто заменил ему убитого вами мальчика». Старику бы это понравилось.

– Хотите на турнир записаться, сир?

– А что? По-моему, время уже пришло.

– Нет, сир. Не пришло.

– Зато в ухо тебе дать самое время. – Ему бы всего два поединка выиграть, и довольно. Если он возьмет два выкупа, а выплатит только один, они целый год будут харчиться что твои короли. – Я мог бы принять участие в общей схватке, если она там будет. – При его росте и силе победа в ней достанется ему легче, чем в одиночном бою.

– На свадьбах общие схватки не в обычае, сир.

– Зато пиры в обычае. Путь перед нами лежит долгий, не худо бы набить животы.

Озеро на закате горело багряным золотом, словно лист кованой меди. Завидев над верхушками ив крышу гостиницы, Дунк снова напялил потный камзол, умылся, расчесал пальцами гриву выгоревших волос. С ростом и со шрамом на щеке он ничего поделать не мог, но надеялся, что теперь будет меньше смахивать на разбойника.

Гостиница оказалась гораздо просторнее, чем он ожидал. Широкий сруб, увенчанный башенками, расползался во все стороны и даже в воду, опираясь на сваи, забрел. К перевозу по илистому берегу проложили дорожку из горбыля, но ни парома, ни паромщика видно не было. Через дорогу виднелась конюшня, крытая тростником; двор с колодцем и колодой для водопоя окружала сложенная насухо стенка, но ворота стояли открытые.

– Займись лошадьми с мулом, только пить много не давай, – распорядился Дунк. – Я пойду закажу нам поесть.

– Вам паром нужен? – спросила подметавшая крыльцо хозяйка гостиницы. – Сегодня уже не придет. Солнце садится, а по ночам Нед перевозит, только когда луна полная. Утречком переправитесь.

– Дорого он берет, не скажете?

– Три гроша с человека, десять с коня.

– У нас две лошади с мулом.

– За мула тоже готовьте десять.

Всего тридцать шесть, прикинул в уме Дунк – больше, чем он надеялся.

– В прошлый раз это стоило всего два гроша с человека и шесть с коня.

– Это вы с Недом договаривайтесь, а от себя я скажу, что постелей у меня нет. Лорды Шоуни и Костейн со свитой стоят, все полнехонько под завязку.

– Лорд Пек тоже здесь? – (Тот, что убил оруженосца старого сира Арлана.) – Он направлялся сюда вместе с лордом Кокшо и Скрипачом.

– Нед взял их на свой последний паром. – Женщина смерила Дунка взглядом. – Вы тоже из ихних будете?

– Нет, просто встретил их на дороге. – От запаха, струящегося из окон, у Дунка потекли слюнки. – Мы бы отведали того, что у вас там жарится, если не слишком дорого.

– Дикий вепрь, – доложила хозяйка. – С перцем, луком, грибами и репкой.

– Мы и без репки обойдемся. Нам бы по ломтю жаркого да по кружке вашего эля – сколько возьмете? А переночуем мы на конюшне, с вашего позволения.

Тут он дал маху.

– Конюшня для лошадей. Ты, конечно, тоже здоров что твой конь, однако ног у тебя две, не четыре. Не нанималась я кормить все Семь Королевств. Жаркое у меня для гостей и эль тоже. А ну как недостанет чего, что лорды скажут? Вон, в озере рыбы полно, и бродяги вроде вас стоят лагерем у пеньков, межевые будто бы рыцари. – Тон женщины ясно давал понять, что их рыцарство вызывает у нее большие сомнения. – Глядишь, примут вас и едой поделятся, только не мое это дело. Проваливай, – она махнула на Дунка метлой, – некогда мне с тобой. – Дверь за ней захлопнулась, и Дунк не успел спросить, где же ему найти упомянутые пеньки.

– Там не свинью жарят, сир? – Эг сидел на краю колоды, с ногами в воде, и обмахивался шляпой.

– Вепря. Но кому он нужен, когда есть вкусная солонинка?

– Можно, я лучше сапоги свои съем? А новые сошью из солонины, она попрочнее будет.

– Нельзя, – сказал Дунк, сдерживая усмешку. – Еще слово, и я тебя кулаком попотчую. – Он снял с мула свой шлем и кинул оруженосцу. – Достань из колодца воды и размочи солонину. – В сухом виде она могла стоить человеку нескольких зубов. – Из поилки не бери, ты в ней ноги мочил.

– Мои ноги только вкус бы улучшили, – хмыкнул Эг, однако повиновался.

Межевых рыцарей они нашли без труда: углядели на берегу их костер и пошли на свет, ведя в поводу животных. Шлем Дунка, который Эг нес под мышкой, хлюпал на каждом шагу. От солнца осталась только чуть заметная красная полоса на западе. Вскоре деревья расступились, и путники вошли в бывший чардревник, заповедную рощу Детей Леса, от которой ныне остались только пни да белые корни.

У костра, передавая друг другу винный мех, сидели на корточках двое мужчин. Их кони паслись неподалеку, оружие и доспехи были сложены аккуратно. Еще один, намного моложе своих спутников, прислонился спиной к каштану.

– Вечер вам добрый, сиры, – окликнул еще издали Дунк: вооруженных людей врасплох лучше не заставать. – Меня зовут сир Дункан Высокий, а парнишку – Эг. Можно нам подсесть к вашему костерку?

– Здравствуйте, сир Дункан, – сказал, поднявшись навстречу, человек средних лет с рыжими бакенбардами. – И впрямь высокий… будем рады и вам, и парнишке вашему, только что у него за имя такое – Эг?

– Уменьшительное, сир. – Эг благоразумно умолчал о полном своем имени – Эйегон.

– Вот оно как. А с головой что?

Скажи, что вши завелись, мысленно воззвал Дунк. Они часто этим отговаривались, но иногда Эг нес что-нибудь несусветное.

– Я дал обет брить ее, сир. Пока рыцарские шпоры не получу.

– Достойный обет. Я сир Кайл, Вересковый Кот. Под каштаном сидит сир Глендон… э-э… Болл, а рядом со мной добрый сир Мейнард Пламм.

– Пламм, – насторожил уши Эг. – Вы не родственник лорда Визериса, сир?

– Дальний, – ответил высокий сутулый рыцарь с длинными белесыми волосами, – хотя сомневаюсь, что его милость признает это родство. Он, скажем так, из сладких Пламмов[7], а я из кислых. – Плащ сира Мейнарда, неровно выкрашенный в сливовый цвет, по краям сильно пообтрепался. В пряжку, скреплявшую его на плече, был вставлен лунный камень величиной с куриное яйцо, остальной наряд состоял из бурой шерсти и поцарапанной кожи.

– У нас солонина есть, – сказал Дунк.

– А у сира Мейнарда мешок яблок, – похвастал сир Кайл. – Добавить к этому мой маринованный лук, и пир выйдет на славу! Присаживайтесь, сир, вон сколько кругом удобных пеньков. Куковать нам тут до позднего утра: паром на озере один, всех нас он не перевезет, а лорды со свитой, конечно, поедут первыми.

Дунк с Эгом расседлали Грома, Дождинку и Мейстера. Лишь после того как животные напились, поели и были спутаны на ночь, Дунк принял предложенный сиром Мейнардом мех с вином.

– Кислое винцо лучше, чем совсем никакого, – заметил Кайл-Кот. – Вот погодите, доберемся до Белых Стен: у лорда Батервелла к северу от Бора самые вкусные вина, так говорят. Он раньше был королевским десницей, как его дед когда-то; человек он, слыхать, набожный и очень богатый.

– На коровах разбогател, – подхватил Мейнард Пламм. – Вымя бы ему в герб. У Батервеллов молоко течет в жилах, да и Фреи не лучше. В этом браке угонщики скота сочетаются со сборщиками пошлины – деньги к деньгам, стало быть. Когда восстал черный дракон, коровий лорд нарочно послал одного сына к Дейемону, а другого к Дейерону, чтобы Батервеллы в любом случае оказались на стороне победителя. Оба они полегли на Багряном Поле, а младший по весне умер, потому лорд и женится снова. Если же и эта жена ему не подарит сына, имя Батервеллов умрет вместе с ним.

– Туда и дорога, – проронил сир Глендон Болл, точа бруском меч. – Воин не любит трусов. – Одежда на молодом рыцаре была добротная, но поношенная и собранная, видно, с бору по сосенке. Из-под железного полушлема торчали каштановые вихры. Ростом Глендон не вышел, но сложен был крепко. Над близко сидящими глазками гусеницами мохнатились брови, подбородок выдавался вперед, а лет ему было никак не более восемнадцати. Дунк принял бы этого парня за оруженосца, не поименуй его Кайл сиром: на щеках у него росли прыщи вместо бакенбард.