Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани - Страница 80

– Сегодняшняя ночь позади и осталась в прошлом. А у нас впереди будущее. Вспомни, что завтра сулит нам счастье. Отпусти прошлое. Пусть оно уйдет.

Прис была права. Они здесь, вместе, в безопасности и свободны. Совместное будущее звало и манило. Их партнерство на всю жизнь.

Он сжал ее в объятиях, уложил рядом, и она ощутила, как любовь распростерла над ними благословляющую руку. Она поцеловала его в грудь и вздохнула. Закрыв глаза, он едва слышно пробормотал:

– Что бы ты там ни говорила, я больше ни за что не позволю тебе стоять под дулом пистолета.

Она насмешливо фыркнула. Он улыбнулся и заснул.

Около полудня Диллон потянулся под одеялом и взглянул на Прис, свернувшуюся калачиком рядом с ним.

Он не ушел на рассвете, предпочитая просыпаться в ее постели. А раз так, можно начинать уже сегодня.

– Тебе пора, – промямлила она, толкнув его в бок. Он ухмыльнулся, но не двинулся: с того места, где он лежал, мир казался окутанным розовой дымкой. Только одно его беспокоило.

Он посмотрел на спутанные черные локоны, видневшиеся из-под одеяла.

– Эта наша свадьба… неужели стоит устраивать ее с такой помпой и приглашать кучу народа?

Она нехотя приоткрыла один глаз.

– Я просто хотел… – нерешительно начал Диллон. – Лучше бы получить специальное разрешение на брак, пожениться и умчать тебя в Ньюмаркет, чтобы поскорее начать нашу общую жизнь. Что ты об этом думаешь?

Сам он, по чести говоря, был в отчаянии, особенно после вчерашнего. Еще одного подобного испытания он не вынесет. Сейчас самое главное – жениться на Прис.

Прис открыла второй глаз, улыбнулась и погладила его по щеке.

– Прекрасная мечта, но, к сожалению, всего лишь мечта. Он едва сдержал возглас разочарования.

– Неужели тебе действительно хочется пышной свадьбы?! Такого он не ожидал и думал, что ее снедает такое же, если не большее, нетерпение.

– Господи, конечно, нет. А вот им – хочется. – Он было нахмурился, но она покачала головой: – Нельзя обижать их, и, согласись, они делают это для тебя.

– Но…

Он ныл, умолял, льстил, приводил все доводы, которые только могли прийти в голову, но знал, что она права. У него не хватит мужества обидеть Флик, Юджинию, Горацию и остальных, особенно после всего, что они для него сделали.

Он скорчил гримасу, уже готовый сдаться. Но тут его осенило вдохновение.

– Может, я и соглашусь, если сумеешь «убедить» меня?

Она широко улыбнулась и с готовностью принялась убеждать Диллона. И так сумела заморочить ему голову, что он со вздохом смирился с неизбежным.

Со свадьбой, на которую соберется все лондонское общество, со всеми сопутствующими пытками. И в самом блаженном конце тихий голос прошептал, что это совсем маленькая цена за такую огромную любовь.

Они поженились в церкви Ньюмаркета. Великое событие, состоявшееся сразу же после сезона скачек, посчиталось всеми кульминационным моментом года.

Остальные члены семейства Деллоуэй приехали из Ирландии в сопровождении друзей, которым не терпелось увидеть свадьбу старшей дочери графа Кентленда. Лондон наводнили Кинстеры и друзья Кэкстонов. Приглашенные не поместились в церкви, и у дверей собралась огромная толпа, которая увеличивалась с каждой минутой за счет местных жителей, спешивших увидеть, как обвенчается главный герой.

Диллон с гордой улыбкой не выпускал руки Прис с того момента, как они отошли от алтаря. На пути к ожидавшему экипажу новобрачные то и дело останавливались, чтобы выслушать очередное поздравление. Последний отрезок им пришлось бежать под настоящей рисовой метелью. Наконец под громкий хор приветствий и добрых пожеланий они уселись в экипаж и покатили на свадебный завтрак.

Деймон и Флик настояли на том, чтобы устроить праздник у себя дома. К тому времени как Диллон и Прис вышли из кареты, на широком газоне под окнами гостиной уже толпились собравшиеся.

Двое ближайших друзей Диллона, Джерард Деббингтон и Чарли Моруэллан, с честью выполнили порученные им роли шаферов, и сейчас Джерард вместе со своей женой Жаклин ожидали у входа на террасу. Диллон и Прис подошли к ним. Поскольку Джерард и Жаклин поженились всего четыре месяца назад, все четверо имели много общего.

– Никак ни могу запомнить имена гостей, – призналась Жаклин. – А клан Кинстеров все растет.

– И не говорите, – рассмеялась Прис, украдкой оглядывая фигуру Жаклин. Та призналась, что ожидает ребенка, о чем вполне можно было догадаться по ее ангельской улыбке.

К компании приблизился Чарли.

– Двое выбыли. Я последний остался на поле боя.

– Твое время еще придет, – заверил его Диллон, хлопнув по плечу.

Прис краем уха прислушивалась к дружеской перепалке, но когда Диллон и Чарли окончательно распалились, пробормотала:

– Только помните: обратной дороги нет.

Чарли посмотрел на нее. Она улыбнулась, погладила его по руке и позволила ухмылявшемуся Диллону увести ее.

Гостей было столько, что у нее скоро закружилась голова от бесконечных разговоров – ощущение скорее приятное, – хотя Прис с самого начала не слишком хотела многолюдной свадьбы, все же была рада, что послушала старших и более мудрых дам и убедила Диллона сделать то же самое. Было нечто особенное в том, что все присутствующие делят с ней счастье этого дня. Она никогда не забудет эти минуты.

В толпе стоял и Барнаби. Он извинился за то, что затрагивает неуместную тему, но все же взволнованно выпалил:

– Стоукс сказал, что неделю назад из Темзы выловили тело Аберкромби-Уоллеса.

– Он утонул? – нахмурилась Прис.

Барнаби поколебался, но, дождавшись кивка Диллона, пояснил:

– Нет. Ему перерезали горло. Судя по словам Стоукса, смерть Уоллеса не была легкой.

Все трое переглянулись, но тут же дружно закрыли дверь за прошлым и обратились к мыслям о настоящем.

Диллон с неожиданной чувствительностью осознал близость с собравшимися, невидимую, но такую сильную, почти физически ощутимую. И Девил с Онорией, и Деймон с Флик, и Габриэль с Алатеей, и другие замужние пары семейства Кинстер за последние десять лет стали неотъемлемы от его жизни и судьбы.

И он почувствовал прикосновение этой невидимой силы, когда обнял отца и увидел, как генерал с сияющей улыбкой смотрит на Прис, когда Рас и граф с энтузиазмом трясли его руку и хлопали по спине, когда Прис рассмеялась и крепко обняла обоих.

Почувствовал, когда Рас и Аделаида обменялись таинственными улыбками.

Здесь собрались Альберт и младшие брат и сестры Прис. Альберта интересовало все: конеферма, город и работа Диллона. Младшие тем временем бесились под деревьями с Николасом, Пруденс и целой армией ребятишек.

Одна большая общая семья!

Любовь.

Она витала в воздухе. В миллионах обличий. Невозможно было не почувствовать ее.

И Диллон видел, чувствовал, признавал, принимал и позволял этой силе течь сквозь него. Скоро… он был уверен в этом, еще одна ниточка любви найдет его. Та, что связывает отца с ребенком.

Они шли все дальше, и он упивался всем, что видел, и чувствовал, как сердце сильно бьется от предвкушения чего-то прекрасного.

Оставив Прис с дамами, рассевшимися под деревьями, Диллон присоединился к джентльменам, улыбаясь про себя их шуточкам. Кое-кто даже ворчал, но все это было следствием не слишком большого желания присутствовать на событии, пронизанном столь сентиментальными эмоциями.

Теперь он лучше понимал их колебания. Им было очень сложно открыто проявлять свои чувства, открыто признать существование силы, так неодолимо ими завладевшей. Они сами себе казались чересчур уязвимыми, а признать нечто подобное, пусть и на короткое время, было совершенно невозможно.

Но тем не менее они всегда будут посещать подобные собрания по велению своих матерей, жен, дочерей и сестер.

Потому что, как он теперь прекрасно понимал, даже сознание собственной уязвимости чересчур малая цена… за такую безбрежную любовь.