Сколько стоит любовь? - Лоуренс Стефани - Страница 41

– Знаю. Пока я скрывался в лесу, любовался его лошадьми. В жизни не видел столько первоклассных животных.

– Для Деймона разведение лошадей не просто хобби. Это его страсть, – пояснил Диллон и, поймав взгляд Прис, ухмыльнулся: – И эта страсть стоит на втором месте после Флик.

Он не слышал, как она фыркнула, но мог поклясться, что так оно и было.

Они прошли пешком несколько сотен ярдов до Дома Кинстера, обсуждая различные детали и подробности, которые удалось свести воедино. Но сколько бы они ни допытывались, Барнаби отказался раскрыть рот, пока не увидит Деймона.

Оказалось, что хозяева уже дома и сгорают от нетерпения услышать новости, особенно когда узнали, кто такой Рас.

Прис старалась сохранять невозмутимый вид, хотя на деле жаждала строить планы и действовать. Она предполагала, что, найдя Раса, обретет покой, и все же, хотя была вне себя от радости, увидев брата живым и невредимым, существование постоянной угрозы его жизни терзало ее день и ночь.

Она хотела покончить с этой угрозой раз и навсегда, и по возможности немедленно. Но при этом нуждалась в помощи Диллона, Барнаби, Деймона и Флик, поэтому прикусила язычок и зареклась их торопить.

Наконец, когда Диллон сообщил о непонятном поведении мистера Абердина, взгляды всех присутствующих обратились к Барнаби. Тот угрюмо нахмурился:

– Должен вам сказать, что, учитывая ваши открытия, все гораздо серьезнее и хуже, чем мы думали. Габриэль и его агенты попытались проследить происхождение десяти тысяч фунтов, полученных Кольером. Если бы деньги были переведены обычным образом, след обязательно нашелся бы. Но, увы, все по-прежнему неясно. Деньги не проходили через банк. Должно быть, Кольер получил их наличными. Вполне вероятно, источником был богатый игрок, в руки которого регулярно попадают подобные суммы. Потом появился Вейн, получивший сведения из подозрительных источников. Судя по последним слухам, касавшимся Смерча, на скачках, состоявшихся несколько недель назад, кто-то ставил огромные суммы против этой лошади. Некоторые букмекеры ноют и скрипят зубами, но особого сочувствия к проигравшим, естественно, не проявляют. Однако Вейну удалось узнать, что выигрыш в том забеге составил более ста тысяч фунтов. Ставки вовсе не были так уж велики, делались у разных букмекеров. И хотя последние уверены, что их надули, все же понятия не имеют, кого в этом винить.

– Если бы они знали виновного, – мрачно процедил Деймон, – проблема давно была бы устранена.

– Это верно, – кивнул Барнаби. – Габриэль велел передать, что и он, и Монтегю, и Вейн уверены, что это не обычная афера, а поставленное на широкую ногу предприятие. Денежные риски, связанные с ним, поистине невероятны, зато потенциальные прибыли просто гигантские. Следовательно, при малейшей угрозе этот кто-то не поколеблется уничтожить все следы, ведущие к нему.

– Я уже говорил, что подобная карта была разыграна с Кольером, – заметил Барнаби. – Вейн тоже кое-что сказал. Всего одно слово – «Берегитесь».

– Прекрасный совет, – одобрил Деймон.

Прис заметила, как Флик, чуть прищурясь, наблюдает за мужем, но не смогла понять направление ее мыслей.

Все замолчали, пытаясь свести воедино полученную информацию.

– Итак, – подытожил Деймон, – сначала нужно узнать, где прячут подмененных лошадей.

Диллон кивнул и поднялся.

– Мы дадим тебе знать, если что-то обнаружим.

Хозяева проводили гостей до крыльца. Разговор шел о лошадях, которых они готовили для следующих скачек, первых в октябре: праздничное событие в календаре Ньюмаркета.

– Мы с Диллоном уверены, что именно на этих скачках подменят Фурию, – уверял Рас.

– Если мы не вставим им палки в колеса, они снова останутся в выигрыше, – вздохнул Деймон. – Но, честно говоря, я пока не знаю, что предпринять и чем смогу помочь. У нас полно дел с подготовкой к скачкам.

Флик смерила Раса оценивающим взглядом.

– Собственно говоря, мне пригодились бы умелые руки, и поскольку вам нужно скрываться, а наш скаковой круг хорошо охраняется и к тому же находится в уединенном месте, почему бы вам не взяться за дело? Покажите, на что способны ирландцы.

Широко улыбнувшись, Рас с надменной снисходительностью принял предложение. Прис облегченно вздохнула, радуясь за него. Поймав взгляд Флик, она благодарно наклонила голову. Флик ухмыльнулась и погладила ее по руке.

Гости дружно зашагали по полям к небольшому лесу, отделявшему ферму от Хиллгейт-Энд. Рас был на седьмом небе.

– Расскажите, какой вы представляете Флик? – рассмеялся Диллон. – Милая, деликатная, боттичеллиевский ангел: мягкий характер, сплошные улыбки?

Рас пожал плечами:

– Что-то в этом роде.

Диллон дружески хлопнул его по плечу.

– Погоди, парень, там, где речь идет о лошадях, она – настоящий старший сержант, из тех, кто муштрует новобранцев. Гарантирую, она с тебя семь шкур спустит.

Наутро, спустившись к завтраку, Прис застала в столовой Патрика.

– Ты их нашел? – выдохнула она.

– Еще бы! – хмыкнул тот.

Она рухнула на стул и, игнорируя восклицания Юджинии и Аделаиды, почти выкрикнула:

– Где?

Патрик все рассказал. Наскоро позавтракав, она села в коляску, усадила рядом Аделаиду и поехала с визитом в Хиллгейт-Энд.

– Они поменяли местами вороных кобылок вчера ночью. Прис развернула нарисованную ею карту.

– Это крошечный домик, но тут есть примыкающий к дому навес-конюшня, достаточно большой, чтобы вместить двух лошадей.

Она выложила набросок на стол Диллона.

– Вот здесь, – показала она на крестик, – в нескольких милях к северо-востоку от фермы Ригби. Всего четыре стены и дымовая труба, на другом берегу ручья. За хижиной высится холмик, вдоль которого растут деревья.

– Какая лошадь там сейчас стоит? – спросил Барнаби. Рас покачал головой:

– Иногда они меняют лошадей через день, иногда – через три. Нужно ехать. Проверю все сам.

– Только не днем, – вскинулась Прис. – Что, если Харкнесс тебя увидит? Он на все способен.

– Зато я знаю, чем он сейчас занят. Сегодня днем он и Кром будут тренировать лошадей на Пустоши.

– Вы уверены? – обронил Диллон.

– Без меня, если только Харкнессу не удалось нанять второго помощника тренера, что весьма сомнительно, он и Кром вынуждены сами посещать тренировки. У Кромарти довольно много лошадей, и он вовсе не хочет терять деньги.

– В таком случае, – постановил Диллон, – нужно ехать сегодня.

Прис прикусила язык. Они действительно понятия не имели, какая лошадь сейчас стоит у заброшенной хижины. Только Рас может узнать наверняка, потому Прис не могла найти достаточно веских аргументов, чтобы отговорить его от опасной поездки.

Встретив его веселый, понимающий взгляд, она состроила рожицу. Рас засмеялся, обнял сестру, воздержавшись от комментариев.

Они с Аделаидой остались ко второму завтраку. Генерал, похоже, искренне радовался их присутствию, признаваясь, что соскучился по молодежи.

– Флик сто лет живет здесь, и хотя она совсем рядом, это не одно и то же. Иногда я думаю, что неплохо бы пригласить Пруденс, дочь Флик и Деймона, погостить здесь несколько недель.

– Боже избави! – простонал Диллон. – Представьте нечто среднее между Флик и Деймоном, самовлюбленная девица, убежденная, что всегда и во всем права. Такая не остановится ни перед чем, абсолютно ни перед чем, лишь бы настоять на своем. – Он картинно содрогнулся. – Она уже сейчас воплощенный ужас, страшно подумать, что будет через несколько лет.

Барнаби согласно кивнул:

– Я благодарен судьбе, что к этому времени мы будем древними старцами и, возможно, уедем отсюда подальше, так что она не сможет обратить на нас свои пуговичные глазки.

– Они вовсе не пуговичные! – бросилась Прис на защиту девочки, которую видела только однажды. – И очень красивые.

– Разумеется, – фыркнул Барнаби. – Орудие тяжелого калибра. Погодите, вот она обернет это оружие против Раса! Тогда и спросите его, был ли я прав.